Александр ДОЛЬСКИЙ  Государство синих глаз

В конце 70-х - начале 80-х годов взаимоотношения бардовской песни и официальной культуры были столь холодными, что барды пели о чем угодно, лишь бы не о власти. В крайнем случае они держали фигу в кармане или рассуждали о каком-нибудь "государстве синих глаз". В этом альбоме Александра Дольского, несмотря на название, песен о синих глазах, в сущности, и нет, зато есть душевные песни о старых парусах, начинающей балерине и улыбающемся капитане. Очень спокойная запись: блестящая, как обычно, гитарная техника, предсказуемые, как обычно, слова, тихий рассказ о себе ("и умники со мной становятся в тупик"). Основной философский посыл этого диска - "давай забудем навсегда, что время есть на свете". Две последние песни, "Тимталибри и компот" и "Возвращение флотилии", производят тягостное впечатление чужеродного тела. "Тимталибри" с ее бессмысленными аллитерациями - дальний родственник знаменитого "Ежика с дырочкой в правом боку" Юнны Мориц. Таких родственников обычно стыдятся, хоть и не подают виду. На общем фоне альбома "Тимталибри" с "Флотилией" выглядят, как затянувшееся объявление антракта.

Цитаты: Не следует забывать, что творчество поющих поэтов вообще и мое, в частности, не было тогда признано официально в нашей стране. К тому времени, как мы довольно многочисленной компанией появились в природе, социализм был уже развитым, т.е. он развивался до такого предела, что остановился и больше не развивался... И поэтому нам места не нашлось ни в Союзе писателей, ни в Союзе композиторов. В уставе Министерства культуры наша творческая специальность не значилась, в филармонических ее тоже не было. Нас не было на бумаге, а в нашем государстве это означает отсутствие в жизни. Все идеологические фаланги интересовались нами только в отрицательном смысле - запретить, обругать, наказать, не пущать (из интервью А.Дольского).

Монополия говорить правду, расходившуюся по магнитофонам, принадлежала когда-то только бардам. О роке тогда не было и речи. И, возможно, сейчас лучшие рок-музыканты говорят о наболевшем честнее и острее. Но это не вина КСП, а беда. Слишком долго им затыкали рот, слишком долго они боролись за выживание (из интервью).