СПЛИН  Пыльная быль

Не очень понятно, какими словами лучше начать рецензию: то ли "давным-давно", то ли "давно пора". "Пыльная быль" - первый альбом коллектива, впоследствии известного как Сплин. То есть он и тогда уже был "Сплином", но, по словам самого Александра Васильева, в момент записи "Пыльной были" название уже было, а вот группы еще не было.
Так вот, давным-давно, уже почти девять лет назад, "в атмосфере строжайшей секретности" был записан альбом из двенадцати треков. Позже к нему был дописан бонус-трек про рыбу без трусов.
К чему была секретность - поди пойми теперь. Альбом по-питерски хорош и зануден: легкий налет гребенщиковской пасторальности сочетается с грязным звуком очередного поколения питерского подполья. Разборки с великой литературой, столь характерные для русского рока вообще и для умных инфантилов в частности, здесь вполне изящны: мне, мол, сказали слово, я и заплел его в строку.
Уже по "Пыльной были" стало понятно, почему группа взяла свое название не из "Евгения Онегина", а из Саши Черного. (Конечно, если предположить, что музыканты читали Пушкина). Пушкинское "Недуг, которого причину / Давно бы отыскать пора, / Подобный английскому сплину, / Короче: русская хандра / Им овладела понемногу..." - слишком вялое для рок-музыки. И когда это, скажите, кто из рокеров "застрелиться, слава богу, попробовать не захотел"?
Это только попсовик на вопрос: "Тебе плохо, Винни, тебе плохо?" - томно ответит: "Да, Пятачок, мне нехорошо". (И - угрюмый, томный, - продолжит "появляться в гостиных".) Настоящий рокер - это тот, кто в ответ радостно заорет: "Мне? Плохо? Мне вообще пи*дец!" А Саша Васильев - это тот, кого вообще нет смысла спрашивать о таких глупостях. Все и без вопросов понятно, трогательно и мило. "Он пел, и стpока его текла / Печально, как чеpная pека".
Вот примерно так и у Саши Черного, поэтому Васильев поет эти стихи с мрачной убедительностью: "Как молью изъеден я сплином / Посыпьте меня нафталином, / Сложите в сундук и поставьте меня на чердак, / Пока не наступит весна".
Весна обязательно наступит, Пятачок. Спасибо детям цветов - это они научили нас верить в весну. Если вслушаться в последние альбомы "Сплина", станет ясно, что музыканты так и остались веселыми растерянными людьми "из города длинных волос", несмотря на всю свою альтависту. Куда мы денемся из этого сундука, да еще с ножом в спине и вертолетом за окном?
Давно пора было выпустить первый альбом "Сплинов". Инфантильный, наивный, прекрасный. Странные оркестры бродят в голове моей. Мы гадали на мертвом цветке Хиросимы. Поверь, я рисую, что вижу.
А на обложке, где раньше желтела луна, теперь лежит медведик. Это тот самый, который живет в стихотворении Саши Черного про сплин. Тот самый, который сосет пальчики лап, и у Саши Черного спит в "зимней спячке", а у Саши Васильева - в "нежной спячке". И именно этого медведика в последующих альбомах "Сплина" будут старательно ронять на пол, отрывать ему лапу, давать покурить, выпить, поесть таблеток и чего-нибудь еще. А потом, может, поймут, что лучше было оставить его в сундуке еще в 1994 году. Я его, пожалуй, брошу, потому что он хороший. Слишком уж... невинный какой-то.