FEDOROVA & TAKSER  "Мы изменили принцип работы с классикой"

Дуэт Fedorova & Takser дарит вам премьеру сразу трех видео, приглашает на 3D-концерт в Консерваторию и раскрывает секреты концертной съемки c дронами

Год назад я познакомила вас с дуэтом академических пианистов Фёдорова&Таксер, создавших "uber-школу" для талантливых детей. За год музыканты провели множество выступлений по всему миру, вернулись в Канаду и скоро приедут в Москву, чтобы поразить воображение слушателя инновационным подходом к работе с академическим материалом.
11 февраля в Большом зале Московской консерватории состоится большой концерт "Классическая музыка в 3D", в котором скомбинированы музыка и технологии. Уникальность 3D-проекта - в его механике. Зрители перед входом в зал получат стереоскопические очки и увидят, как визуальные образы заполняют всё пространство концертного зала, пока со сцены звучит музыка.

Но это не единственная инновация, которой делятся Илья и Дарья. В преддверии концертов они сняли несколько видео, использовав для съемки в концертном зале камеры и дрон. Этот подход позволяет существенно расширить изобразительные возможности, одновременно снизив расходы на съемку клипов для независимых музыкантов.

В интервью Звукам вместе с Ильей Таксером и Дарьей Федоровой делятся своими секретами продюсеры и режиссеры обоих проектов - Мария Чернова и Давид Варданян.


Картинки с выставки: классика и визуальное искусство

Трехмерная визуализация для цикла пьес Мусоргского "Картинки с выставки" - проект с интересной историей. Дело в том, что эти пьесы были написаны композитором после посещения посмертной выставки художника Виктора Гартмана. Его работы вдохновили Мусоргского на написание образных пьес, а Мария Чернова, руководитель Artnovi, решила создать анимацию на основе рисунков Гартмана. Помимо Мусоргского, в программе - 'Карнавал животных" Сен-Санса, "Шехерезада" Римского-Корсакова и "Лунный свет" Дебюсси, каждая пьеса - со своим видеорядом и в сопровождении ансамбля Артнови. Руководитель студии Мария Чернова рассказывает, как родился этот проект.

Мария Чернова: Одни из самых сильных инструментов эмоционального воздействия на человека - это музыка и свет. Их гармоничное соединение, при полном погружении, способны совершить революцию в сознании человека или, как минимум, оставить сильный эмоциональный след. Это чувствовал и понимал Скрябин: он хотел достичь некого полноправного контакта между звуком и светом, с логичным переходом одного в другое. Поэма “Прометей” имеет название Поэма Огня, а огонь в русском искусстве начала 20- го века, как и в творчестве Скрябина, символизирует грядущее обновление, очистительный пожар.
Его идея была революционной, и в 20 веке его преемники продолжили поиски в области светомузыкальных экспериментов. Его дочь Мария Скрябина видела в этом огромный потенциал, она писала, что "появление художников-композиторов "светомузыки" создадут новый вид искусства, временно- пространственный, потому что краски будут жить и в пространстве, и во времени". Советские инженеры создавали специальные световые и звуковые конструкции в тесном сотрудничестве с профессиональными музыкантами. Экспериментальная студия была и при Музее Скрябина, а одно из самых ярких явлений - это конструкторское бюро "Прометей" в Казани.

Звуки: Чьими работами из современных художников вы вдохновлялись?
Мария: Меня очень впечатлил один эпизод из жизни Булата Галеева. Однажды к нему в бюро пришло письмо от руководителя фирмы "Colour music company" из Токио, который во время войны находился в Хиросиме и видел своими глазами взрыв сброшенной там атомной бомбы. Он увидел "красочный цветной мир и развернувшуюся над ним трагическую картину", после чего начал работу над поисками мира. И “желая действовать в пользу мира”, он решил посвятить свою жизнь творчеству в области цвета и музыки.

Я работала в музее Скрябина руководителем специальных творческих проектов, организовала экспериментальную лабораторию Scriabin lab, мы создали ряд крупных аудиовизуальных проектов. И всё же в музее я не в полной мере могла себя посвятить поискам и экспериментам, для того чтобы в дальнейшем прийти к тому масштабу, который задумывал Скрябин. У меня сформировалась мощная и профессиональная команда художников по свету, художников компьютерной графики, классических художников, музыкантов. Мы находим новые решения и их реализовываем, что и привело, в частности, к проекту “Классическая музыка в 3D”.

Звуки: Кто ваша аудитория? Любители классики, фанаты технологий?
Мария: И те, и другие! Молодые люди с осторожностью относятся к посещению концертов классической музыки, но как только мы соединили шедевры классической музыкой с визуальным рядом, тем более трёхмерным,- ещё первый концерт спровоцировал большую волну интереса людей, далеких от "классики". Более того, по опросам, 70% наших зрителей впервые в своей жизни посетили концерт классической музыки. Как показали первые проекты, этот формат оказался интересен и профессиональным музыкантам. Возможно, именно из-за стерео 3D. В этом есть что-то магическое - когда ты в привычном Большом зале консерватории надеваешь 3D очки и видишь объёмную графику в одном пространстве с музыкантами на сцене.

Звуки: Почему именно Мусоргский?
Мария: Ещё на первых проектах мы искали формат визуализации музыки - создавали абстрактные образы, чтобы каждый зритель мог в этом увидеть что- то своё. Но это зрителей, скорее, насторожило: люди хотят видеть конкретные образы. Именно поэтому мы пошли по пути создания трехмерной образной анимации с персонажами и волшебными мирами. Для этого мы подобрали программную музыку, в основе которой уже заложены визуальные образы. Одной из них и является цикл фортепианных пьес 'Картинки с выставки". Мы нашли все сохранившиеся эскизы Гартмана и отобразили их в 3D. Далее мы придумывали сюжеты каждой пьесы, исходя из музыки и редкими описаниями самого композитора о том- что он предполагал в своей музыкальной интерпретации картинок. Аналога такого проекта нет в мире, он уже заинтересовал множество стран: ведь язык музыки и визуализации - международный.


Два рояля 2.0


Илья Таксер: Я буду откровенен, никогда еще обработка не давалась нам с таким трудом, одновременно принося столько удовольствия. 'Укрупнение"оригинальной версии для одного рояля незабвенного Модеста Петровича оказалось задачкой не из простых. Добавляешь одну нотку в аккорд - и простота, лаконичность, сила и мощь его музыкально-художественного высказывания уходит.

Звуки: А почему бы не взять уже существующие переложения для двух роялей?
Дарья Федорова: Дело в том, что известные нам транскрипции для двух роялей основаны на оркестровом переложении Мусоргского Равелем.
Илья: Я попробую объяснить для людей, не являющихся музыкантами. Вот представьте: вам вручают ключи от самой мощной и современной Теслы. Вы радостно выбегаете во двор, а вас встречает настолько усеченный вариант этого авто, что он с трудом поддается опознанию. Двери из картона, колеса деревянные, вместо окон пластиковые пакеты из Ашана - и вообще, она, оказывается, дизельная… Вот примерно так для нас выглядит редукция (переложение) оркестровой версии в два рояля.
Дарья: В целом, у фортепианных переложений оркестровых пьес довольно-таки интересная история. Изначально они не предназначались для публичного исполнения.

Звуки: Но ведь практически все оркестровые сочинения существуют в переложении для двух роялей или хотя бы для одного рояля в 4 руки. Это же авторские переложения.
Дарья: Все верно! Но причина их возникновения весьма прозаична. Дело в том, что написать оркестровую пьесу – это только лишь часть забот композитора. Далее он должен что? - Продать ее издателю. А как вы эту пьесу этому издателю презентуете? Оркестр позовете?
Илья: Ну, если вы из рода Мендельсонов, то, конечно, могли бы себе такое позволить. А если вы Дебюсси?
Дарья: Вот и выходило, что без четырехручного или двухрояльного переложения вам не обойтись. Стоит ли говорить, что без богатой оркестровой палитры эти редукции превращаются в безжизненные подобия.

Звуки: Значит, вы не являетесь сторонниками прямого переложения оркестровых произведений на 2 рояля?
Дарья: Абсолютно верно.
Илья: И опять пример на воображение. Вот представьте любые 3 ноты. Сейчас их сыграла флейта своим пронзительным голоском, затем прожужжал фагот, потом проурчали тромбоны и так далее. А теперь давайте представим чудака, долбящего три этих ноты на рояле три раза кряду. Понравится вам это? Сильно ли веет разнообразием, заложенным, между прочем, композитором в оркестровой версии?
Противопоставлять рояль оркестру - это все равно, что спорить о том, кто лучше - мужчины или женщины (хотя всем ясно, что женщины). У оркестра есть свои "фишечки", у рояля - свои.
Нашей целью было создать транскрипцию, которая бы подчеркнула именно особенность и уникальность дуэтного прочтения этого великого произведения Мусоргского.

Звуки: Даша, в этом концерте тебе достались очень непростые партии. Вы специально сделали такую аранжировку, чтобы проверить тебя на прочность?
Дарья: У меня просто руки меньше, поэтому так кажется! А если говорить серьезно, партии абсолютно равнозначные, ну, пожалуй, в Лютославском в первой партии есть пара мест, когда я мечтаю о третьей руке или хотя бы паре дополнительных пальцев.

Звуки: Мне очень понравилось, какой невесомой стала ваша "Фея Драже"...
Илья: Целый час на нее убили! Эту пьеску мы планировали, как "приятный новогодний сувенир". Выучили за 2 дня до записи. Она жутко сложная. Пианисты нас поймут. Нот почти нет, а "ощущение праздника" не поймаешь...


Классика с дроном

Звуки: Эта концертная съемка выглядит как результат работы огромной команды телеоператоров и режиссеров - сложно поверить, что все это сделано силами пятерых человек. Вы изначально планировали снимать концерт, или клип?
Илья: Мы обратились к Давиду, чтобы снять промо нашей обработки и еще несколько пьес. И он предложил совершенно нестандартный вариант съемки. Сначала эти проекты не были связаны. Но теперь есть вероятность, что Давид будет снимать это самое премьерное шоу в Москве 11 февраля.

Звуки: Расскажите о том, как родился концепт съемки "классика с дроном".
Илья: Я даже не думал, что такое вообще возможно. И был недалёк от истины, - учитывая как сложно было получить на это разрешение. Сама-то идея "классика с дроном" не нова, и в интернете - куча тому доказательств. Но нормальные люди всё-таки снимают на открытом пространстве, а не внутри концертного зала.

Звуки: Давид, для тебя работа с ребятами- первая музыкальная съемка?
Давид Варданян: Такого маштаба - да. Тем более если учесть что мы снимали на пять камер. Мы набрали команду из 4 человек и арендовали 3 камеры (остальное оборудование было предоставлено моей компанией). Сложней всего было соединить картинку со звуком на пост-продакшне. Мы решили использовать 5 камер, чтобы в итоге получить как можно больше ракурсов, и это создало определенные сложности.
Благодаря последнему проекту Diversity где я использовал дрон внутри кафедральных соборов, мечетей и иных храмов, идея попробовать снять исполнение ребят внутри концертного зала мне показалась логичной. Ну, и необходимо отметить, что пока тебе не сказали, что это рискованно и так не делается, ты и не думаешь, что в этом есть что-то особенное. Плюс у нас была страховка на 1 миллион долларов!

Звуки: Прямо скажем, сочетание дрона и академической музыки - не самое очевидное.
Давид: Дело не в технике а в том, как она передает историю. Мы использовали дрон, свет, монтаж чтобы погрузить зрителя в атмосферу, которую Даша и Илья создали. Возможности, которые открывают технологии, невероятны. 5 лет назад полет камеры над залом обошелся бы в 50 000 USD, сейчас - в разы меньше.
Музыка динамична, и съемки должны передавать эту динамику. В основном, классика снимается статикой. Но я считаю, что зритель должен не просто наблюдать игру, но и полностью погрузиться в атмосферу, которая музыка создает. Это как снять классный фильм, но пустить абы какой саундтрек.

Звуки: Давид, но ведь есть, допустим, съемки краном? Хотя они, конечно, больше подходят для больших залов.
Давид: Верно! Телескопический кран даст результат лучше, чем маленький дрон, но для него нужен бюджет в разы выше, чем бюджет, который мы использовали за весь проект. Дрон превосходит кран возможностью подняться на 500 метров, хотя в данном проете это делать было нельзя - мы бы сбили люстру. Сам факт того, что один человек может за 15 минут снять то, что 5 человек будут снимать полдня, уже для меня поразителен. Хотя все упирается в бюджет. Поюс с дроном есть свои сложности, с которыми многие не хотят связываться.

Звуки: Какие, например?
Давид: Давай по пунктам.
1. Маленький дрон производит файл, сжатый в разы. Таким образом, съемки внутри помещения делают картинку почти непригодной. Нам пришлось потратить часы над цветокоррекцию, чтобы хоть как-то смягчить шумы и вернуть детали.
2. Управляемость. Те кадры где дрон летит полукругом очень сложны в выполнении. Тебе приходится и за дроном смотреть, и на экран телефона. Первое ты делаешь, чтобы никого не покалечить а второе - чтобы исполнить маневр.
3. Ориентация. Когда нету GPS сигнала дрон использует световые датчики, чтобы понять свое местонахождение. При тусклом освещении он в любой момент может потеряться и лететь как ему вздумается. У дрона 6 датчиков предотвращения столкновения, но когда он теряется, они просто отключаются. Поэтому мы летали низко и с защитой пропеллеров. Плюс я всегда старался быть рядом с дроном, чтобы в случае потери управления схватить его или, если нужно, сбить.

Звуки: Илья, сколько времени понадобилось на съемку и хватило ли его?
Илья: Мы самонадеянно взяли одну сессию записи - 4 часа. Мы опирались на свой предыдущий опыт звукозаписи, когда, скажем, за час мы получали 30 минут продукта (это много). А тут, появились волшебные слова "камера, мотор!" - и ступор (смеется). Здесь все шло по правилам киносъемки. "Приготовились. Звук. Камера. Мотор. Дубль 1." Для тонкой душевной организации музыканта это совсем не годится. Через две неудачных попытки записать "Фею Драже" мы взмолились, попросив Давида позволить нам записать долгий дубль, когда после окончания пьесы никто хлопушкой не стучит, а можно просто начать еще раз. А потом еще. Давид благородно пошел нам навстречу, хотя это заметно усложняло монтаж.

Звуки: Как технически происходит синхронизация? Это же очень сложно - добиться такой точности!
Дарья Федорова: Технически - сидели втроем по 10 часов и все-все-все сверяли, сводили. С дрона было сложнее всего, потому что он не записывает звук, пришлось ориентироваться на движения рук при монтаже.

Звуки: Что для вас было самым неожиданном в этом проекте?
Илья: Уход на обед светотехника через 20 минут после начала съемок. Дело в том, что самим съемкам предшествовала пара тройка часов подготовки. Он решил, что работа работой, а обед по расписанию. Мы же в Канаде. Если нанимаешь работника (оркестранта, звукорежисера, и.т.д.) на 3 часа и более ты обязан включить расходы на обед.
Давид: Для Чайковского мы изначально планировали съемку с использованием минимального количества света. И так как съемки с дрона были запланированы на конец сессии, то освещение менять было нельзя - иначе кадры не совпали бы по свету в монтаже. GPS сингнала не было, света в зале тоже не хватало. Каждый раз, когда я поднимал дрон, он не мог понять свое местонахождение и улетал, куда хотел. Благо, я его тут же сжал таким образом, что далеко он не улетал. И это действие продолжалось минут 15, пока я не понял, что придется включить свет в зале. В итоге все, что снято дроном, получилось намного ярче, чем основные съемки. Все решилось на стадии монтажа и стоило дорполнительного дня цветокоррекции.


Попытайтесь повторить это в домашних условиях


Илья: Если вы уверены в своем контенте, силах, и всерьез намерились сотворить нечто подобное, мы с удовольствием расскажем вам о нашем опыте. Вероятно, это избавит вас от лишних телодвижений, переживаний или, хотя бы, даст вектор вашим идеям.

Предварительный сбор информации и бюджет

Стоит попытаться здраво оценить свою идею. Попробуйте представить, насколько ваш продукт будет уникален и конкурентоспособен. Мы потратили часы и часы в интернете в поисках аналогов, анализа успешных и провальных проектов с подобной или смежной тематикой.
Создайте файл и соберите туда скриншоты всего того, что вам понравилось. В отдельную папку поместите ненавистные образцы. Это серьезно сэкономит ваше время на этапе общения с режиссёром.
Из открытых источников нужно постараться собрать информацию относительно стоимости вашего проекта. Аренда зала, рояля, средняя ставка звукорежиссёра, час аренды камеры и многое-многое другое, всё это мы прикидывали задолго до того, как стали непосредственно контактировать людей. По итогу, где-то получилось больше, где-то меньше, но, во многом благодаря феноменальной организованности и связям нашего режиссёра Давида Варданяна финальный бюджет остался в рамках "средней температуры по больнице".
Спонсоров следует искать сильно заранее. Ну, или уповать на то, что вы создадите нечто такое, что "с руками оторвут" на всех каналах планеты.

Организация

Первое, что мы сделали – выписали всех участников своего безумного мероприятия. Помимо нас их оказалось 5: режиссер, звукорежиссёр, администрация концертной площадки, компания, которая предоставляет рояль и компания, которая этот рояль доставляет.
Если вы когда-нибудь пытались собрать пятерых друзей в одном месте в одинаковое время, вы, наверное, знаете, что дело это не самое простое. К сожалению, с компаниями дело обстоит не проще, и многое зависит от ответственности ваших партнеров. Мы рекомендуем оставлять зазоры. Это избавило нас от стресса на тему "уж полночь близится, а Германа все нет", ибо и рояль и вся аппаратура были доставлены заблаговременно.
Если вам удалось договориться с первым участником вашего дикого проекта, не спешите подписывать документ. Убедитесь, что все 5 элементов совпадают идеально. Если вы осьминог, это работа просто создана для вас!
Тщательно читайте контракты. Из аренды зала, например, мы выкинули семь (7!) довольно обременительных пунктов, к каждому из которых прилагалась финансовая ответственность.

Творческое планирование

Вот тут вам и пригодятся все собранные заранее картинки ракурсов, света, примеров звукозаписи (например, мы не большие фанаты варианта "микрофон в рояль", что очень популярно в Северной Америке). Все это можно делать, не выходя из квартиры, обмениваясь файлами и сообщениями в чате. За две недели до дня Х мы пригласили Давида и исполнили для него нашу программу, а он в это время делал пробную запись, чтобы выверить ракурсы. Это оказалось очень полезным и позволило нам исключить неподходящие планы и сэкономить время при съемках.
За день до съемок нам разрешили немного потрогать рояль и, наконец-то, одобрили дрон. Давид дал наставления работникам сцены и режиссёру по свету и все мирно разошлись до утра.

И вот настал великий день

Из 8 часов, которые мы по итогу там провели: 4 часа ушло на установку-перестановку, и демонтаж оборудования (нет, вы не сделаете это быстрее), 15 минут на уговаривание дрона взлететь, и около 4 часов осталось, собственно, для музицирования, что включало прослушивание записанных дублей, борьбу со скрипящими стульями и столбняком после киноматографических фраз вроде "звук, камера, мотор, дубль…".

Монтаж

Монтаж – штука требовательная. А цветокоррекция, как оказалось, вообще искусство! Если желаете создать атмосферу, придется изрядно потрудиться.

Звуки: А теперь, как в старых боевиках – моменты удачные и не очень.
Илья: К неудачным отнесем состояние роялей. Настоятельно советуем закладывать в бюджет 8-9 часов работы настройщика. Невозможность найти спонсора в короткий срок. С момента завершения работы над пьесой до самой съемки прошло около месяца. К удачным - единодушие и единогласие с режиссёром. Сговорчивость и адекватность администраций всех уровней. Классная команда операторов, да и просто людей, которых привлёк Давид.
Дарья: Мы надеемся, что своими экспериментами вдохновим новое поколение академических музыкантов на работу с цифровой техникой. Развитие технологий идет семимильными шагами, и все они могут быть полезны даже представителям жанров, которые насчитывают сотни лет.

06.01.2019, Соня СОКОЛОВА (ЗВУКИ РУ)

FEDOROVA & TAKSER - свежие публикации:

FEDOROVA & TAKSER