КНИГА  "Панк рок: Устная история", отрывок

История панк-рока, рассказанная теми, кто его создал

В России наконец выходит книга журналиста и музыканта Джона Робба "Панк рок: Устная история", одновременно и побратим хронике "Прошу, убей меня", и британский ответ ей, рассказывающий о том, как новый жанр закалялся, там, где тон задавали Sex Pistols, Buzzcocks и The Clash. С разрешения издательства АСТ Звуки публикуют главу "1, 2, 3, 4!", в которой первый альбом Ramones приходит на Альбион и "возвращает улице рок-музыку".

23 апреля 1976 года Ramones выпустили одноименный альбом, который произвел на музыкальную сцену сейсмический эффект, и его влияния сильны по сей день. Конечно же, он не стал хитом. И все же он взорвал андеграунд и его воздействие на зарождающуюся британскую панк-сцену было огромным. Альбом был записан в престижной Плаза Саунд Студиос в нью-йоркском Радио Сити Мюзик-холл за 6000 долларов. Четырнадцать песен, уместившиеся в 28 минут, смешавшихся в волне гитарного звука, похожего на рев циркулярной пилы. Потрясающие, ставшие классикой, треки, такие, как "Blitzkrieg Bop" и "Beat On The Brat", помогли спроектировать панк-рок, когда пластинка медленно просочилась в андеграунд.

Джей Джей Бернел (The Stranglers): Вышел альбом Ramones, и один из наших менеджеров сказал: "Тебе надо это послушать", — и я подумал: «Ох**ть! Это просто фантастика!» — как и большинство других. Тебе они либо нравились, либо нет.

Пол Рисерч (The Scars): Я купил альбом Ramones в середине 76 года. Это было первым, что я осознал здесь, в Эдинбурге. Я не был уверен, о чем они поют, но Ramones появились в моей жизни в нужное время. Очень в тему в том возрасте — такой аккуратный саунд. До этого я был подростком-прог-рокером! (Смеется.)

Марк Перри (Alternative TV, фанзин Sniffin’ Glue): Думаю, впервые я узнал о панке, читая NME. Они стали печатать много рецензий на проходившие в CBGB концерты, о Television, Ramones, Patti Smith, такого плана людях. Все это казалось таким увлекательным, в таком вот духе. Потом Ник Кент написал рецензию на первый альбом Ramones, и едва я ее прочитал, как тут же понесся в магазин импортных записей и купил альбом. Как только я принес его домой, я был полностью обращен. Это было как глоток свежего воздуха, так здорово. Будто рок опустили на уровень, где ему и место, на уровень реальной улицы. Оттого, что рок к тому времени стал невероятно раздутым и помпезным, музыканты играли длиннейшие гитарные соло, концерты становились все грандиознее. Все это было настолько далеко от реальной аудитории, и тут Ramones будто бы сказали: «Все. Хватит этого. Давайте заберем рок обратно». Словно снова наступил год ноль! Избавляйтесь от этого мусора.

Джон Лайдон (Sex Pistols, PiL): Ramones для меня были почти как Status Quo. Они были веселыми, но они не могли уйти дальше этих своих «да-да-да-да». Я послушал это. Следующий. Двигайтесь дальше. Их уловкой было притворяться бездумно тупыми. Все это, конечно, здорово, но немного напоминает «Полет над гнездом кукушки», не правда ли? Ты находишься в этом слишком долго и в результате становишься именно тем, что, по твоему мнению, имитируешь. Нью-йоркская сцена всегда состояла из действительно сомнительных, потрепанных, грязных старых людей. Нам было по 17, им по 25. Нью-йоркские музыканты все имели богатых родителей, которые купили им красивые сияющие гитары, и они втыкали поэзию Рембо и прочую чушь куда ни попадя, и полностью в этом существовали. Они слишком много проповедовали и притворялись интеллектуалами, но оставались при этом чертовыми студентами университетов.

Марко Пиррони (Siouxsie and the Banshees, The Slits, Adam and the Ants): Не думаю, что многие знали о нью-йоркской сцене. Никто не знал об этом, пока не стали появляться пластинки. Возможно, Ричард Хелл и изобрел панковский образ, уверен, что так оно и было. Еще Макларен ездил в Нью-Йорк, видел Ричарда Хелла и вернулся с идеей изрезанных футболок. В Нью-Йорке они выглядели мятыми. Здесь они были аккуратно сделаны Малкольмом так, чтобы видно было соски. Это было по-другому. Кто знает? Это такие туманные идеи. Я помню, как многие носили английские булавки в соул-тусовке в семидесятые — все было очень запутано.

Рэт Скэбис (The Damned): Первым, что мы услышали из нью-йоркской сцены, был сингл Television "Little Johnny Jewel" (Гипнотические гитары Television сплелись узорами на двух великолепных альбомах поэтического, артистичного дрон-рока. Тот факт, что они были приняты панк-поколением, демонстрирует открытость всему новому этой эры, что часто не учитывается комментаторами - прим. Джона Робба) Помню, послушал я эту пластинку и мне крышу снесло. Это было всем тем, о чем мы говорили. Это были на самом деле очень классные музыканты с позицией. Появились они, потом Патти Смит, потом первый альбом Ramones, просто отличный, и все захотели их увидеть. Все наше знание о нью-йоркской панк-сцене было получено из журнала Punk. Никто не видел Heartbreakers живьем, но мы думали, что они выглядят круто. Мы видели фотографии Television, Ричарда Хелла, Blondie, но никто не слышал их музыки. Поскольку Дэнни Филдс имел отношение к МС5, мы знали, что это должно быть круто.

Кит Левин (The Clash, PiL): Поначалу американская сцена оказала большое влияние. Я не знаю, что там происходило в Макс Канзас Сити или CBGB. Я был слишком молод, но слышал об этом. До того, как были сформированы Clash и пока формировались Pistols, уже существовала Патти Смит, и это сильно все подогревало. После New York Dolls были Heartbreakers. Если на кого-то и следует указать пальцем за то, что они были торчками, если кто-то приехал и притащил с собой эту чуму сюда, в Лондон, так это именно этих мудаков надо винить. Да и хрен с этим, тем более, что большинство из них умерли. (На тот момент нью-йоркская панк-сцена была в куда большей степени подсажена на тяжелые наркотики, чем более молодая и наивная британская тусовка. Героин был в Англии и до панка, конечно же, однако, когда в городе появились Heartbreakers на время тура Anarchy, вместе со своим фантастическим рок-н-роллом они привезли и кое-какие вредные привычки, присущие рок-н-ролльному стилю жизни — привычки, которые, в конце концов, помогли умереть барабанщику Джерри Нолану и иконическому гитарному герою — Джонни Фандерсу. - Прим. Джон Робба) Странные ребята. У Фандерса была невероятная харизма. Джерри был отличным барабанщиком, но он был карикатурой, похожей на тварь из мультика Кот Фриц (Fritz the Cat - комедийный мультфильм, снятый Ральфом Бакши в 1972 году, сатира на хиппи; первый мультфильм, получивший в США рейтинг X, т.е. не рекомендованный для зрителей младше 17 лет - прим. Звуков).

Пенни Рембо: Я услышал Патти Смит на каком-то радиошоу. Я подумал: "Мать твою!" Я понятия не имел, что это. Я думал, что это джаз! Сначала мне вообще показалось, что это какая-то новая разновидность черного южного джаза — эта музыка вызывала странное ощущение, типа Бесси Смит. Как бы то ни было, эта музыка меня потрясла и заинтересовала.

21.08.2018, John ROBB (ЗВУКИ РУ)