EVERLAST  Рассказы на ночь

Эверласт (Everlast) – это, конечно, феномен. И речь не только о его удачных музыкальных экспериментах, когда он совершенно органично вписывается в каждый поворот и одинаково круто смотрится что в ковбойке, что в рэпперских штанах и кока-ностровских банданах. Эрик Шроди (Erik Schrody) как-то удивительно соответствует своему образу крутого, много повидавшего мужика – просто былинный герой! Вездесущие рэпперские понты портили его, пока он был молодой да ранний, потом жахнули проблемы с сердцем, соответственно, проблемы с финансами, поскольку, как он потом признавался, у него не было страховки, невостребованность в течение краткого времени – и в текстах пошла правда жизни. Теперь он такой папочка, к которому хочется прийти за советом. Есть предположение, что за сценой концертного зала выстроилась очередь на поклон. Не перед ними ли Эверласт извинялся, сказав, что не может пообщаться с каждым желающим из-за болезни дочери, так как ему надо тщательно следить за собственным здоровьем? Другому бы такое заявление не простили, а тут приняли без возражений. Спасибо, что приехал – зал был забит под завязку.

Но перед тем как пройти в этот не самый подходящий зал в городе, публике пришлось с полчаса постоять на морозе. Уже тогда пошли разговоры о том, что место было выбрано неправильно. В идеале, это должна была быть площадка, где всякий желающий мог бы спокойно сесть и послушать эверластовы истории под бокал пива, а ещё лучше – виски. Вот когда простые истины пробирают до печёнок! У него что ни песня, то чуть ли не притча, в текстах есть всё: тоска от одиночества, боль от потери любви, отчаяние от болезни ребёнка, опустошение после краха надежд. Найдите хоть одного человека, а особенно мужчину, которого не проймёт! “I`m a storyteller”, сказал Эверласт ближе к концу своего сета. Не поспорить. Раньше иные критики упрекали исполнителя в однообразии лирики и, чего греха таить, музыки. Сейчас вопрос так уже не стоит.

Шестой студийник у Эверласта вышел в прошлом году, и он мог бы представить эту пластинку целиком, так как она оказалась не хуже, а в чём-то даже лучше предыдущих, но справедливо рассудил, что солянка из песен разных лет пойдёт куда лучше. Нам повезло: мы услышали ”Ends”, ”Black Coffee”, ”Long Time”, ”White Trash Beautiful”, ”Little Miss America”, ”Stone In My Hand” и, конечно, ”Put Your Lights On”, ’What It`s Like’ и ’Black Jesus”. Увы, не было ”I Can`t Move”, но, может быть, в следующий раз повезёт. По ходу концерта выяснилось, что у Эва отличное чувство юмора. Он умудрился выступить профессиональной свахой, подсчитав одиноких девушек в зале и порекомендовав им своих ребят из команды, которые приехали с ним в Москву. Рассказал, что в первый раз трясся ехать в Россию, а потом успокоился, ведь он же gun man, а кольт, как мы знаем, всех уравнял. Заметил, что у нас сейчас такой дубняк, что у него аж иней на ресницах выступил. И, конечно, выступил в поддержку Pussy Riot, по общей иностранной ошибке назвав их музыкантами, но главное – что поддержал. Знал бы он, что аккурат напротив, на Триумфальной площади, каждое 31 число у нас проходят задержания не менее известных активистов, которые борются с режимом! Это традиция.

Знать ему это совсем не обязательно, своих проблем хватает. Главное, что Эверласт обещал вернуться. Может быть, даже с полным бэндом, с которым он звучит очень мощно. Хотя по итогам этого концерта можно сказать, что в акустике он не менее крут. Всего пара человек на сцене, а эффект как от десяти. Я думаю, Эв уже давно стал слишком яркой единицей для всевозможных коллабораций вроде La Coka Nostra. Нет, конечно, он не откажет старым друзьям и с удовольствием вспомнит былое, но не просто так он теперь не исполняет на сольниках ”Jump Around”. Пусть, говорит, этим Снуп Догг (Snoop Dogg) занимается. Эверласт уже несколько на иной орбите, и я ни в коем случае не имею в виду коммерческий аспект, как раз наоборот. Он уже давно вырос из этих штанишек и медленно, но верно идёт по пути заслуженного правдоруба Америки. Кто знает, может, он станет вторым Джонни Кэшем (Johnny Cash). По крайней мере, сам Эрик Шроди к этому стремится.