GLASTONBURY FESTIVAL  Гласто-04: Моменты счастья

Это Glastonbury. Лучший фестиваль в мире. Не по составу участников, а по тому, что участников - 130 тысяч: все посетители. И неважно, кого считают хэдлайнерами: каждый сам себе хэдлайнер, а музыку, в принципе, можно и не слушать. Не случайно билеты на него распродаются задолго до объявления состава исполнителей: все знают, что в Гласто непременно будет что-то, ради чего стоит все бросить и поехать в английскую глубинку на три дня. Отправился туда и десант Звуков...

1. Пятница 25 июня, 03:17. Чуть в стороне от дороги стоит плотная толпа молодежи, человек пятнадцать, на лицах которых написано абсолютное счастье. Гремит музыка, мигает стробоскоп, но чем занимаются эти люди - определить решительно невозможно. Лишь протиснувшись ближе, обнаруживаешь, что народ закупился копеечными птичками-марионетками тут же в магазинчике, и устроил то ли дискотеку, то ли конкурс на лучший танец...

Это Гластонбери (Glastonbury). Лучший фестиваль в мире. Не по составу участников, а по тому, что участников - 130 тысяч: все посетители. И неважно, кого считают хэдлайнерами: каждый сам себе хэдлайнер, а музыку, в принципе, можно и не слушать. Не случайно билеты на этот фестиваль распродаются задолго до объявления состава исполнителей: все знают, что в Гласто непременно будет что-то, ради чего стоит все бросить и поехать в английскую глубинку на три дня.
В этом году билеты разошлись за считанные часы, и это время было настоящим кошмаром для жаждущих попасть на фестиваль: интернет-серверы и телефонные линии не выдержали потока обращений, люди снова и снова пытались пробиться к заветной цели сквозь короткие гудки и сообщения "сервер недоступен". Пробились лишь самые настойчивые. Кто-то впервые, кто-то в двадцать четвертый раз: именно столько фестивалей прошло с тех пор, как в 1971 году фермер Майкл Ивис впервые пустил на свои угодья в западной Англии толпу рок-н-ролльных фанов.

2. Пятница 25 июня, 10:30. Над центральной сценой звучит традиционное "Good morning, Glastonbury!" - с этого начинается каждый фестиваль. Открывают его в этом году норвежцы Ralph Myerz and The Jack Herren Band. Вряд ли кто-либо в небольшой толпе, собравшейся у сцены в столь ранний час, их знает. Впрочем, это неважно: трио из двух барабанщиков (!) и гитариста, иногда пересаживающегося за ди-джейский пульт, развлекает публику весьма умело, превращая свою беспредметную музыку в довольно увлекательное сценическое действо. Во всяком случае, к концу их сорокаминутного сета зрителей уже втрое больше. Может, кто-то из них и альбом купит - если название вспомнит.
Фестивальная поляна обнесена забором, который охраняется, как государственная граница: вышки, патрули, телекамеры. Прорваться на халяву теперь нет никаких шансов, и это несколько изменило дух фестиваля: прежде многие считали делом чести приехать в Гластонбери без билета. Фестиваль, таким образом, из хипповски-анархистского стал буржуазным, утратив дух опасности, свойственный былым временам. Под стать этим изменениям и музыка: несмотря на то, что фестиваль не имеет "формата", в его программе бесполезно искать что-либо радикальное. Открытия здесь возможны лишь в русле главного потока западной музыки.
Главных сцен - около десятка, второстепенных - без счета. В любом из крупных баров можно услышать живые выступления, иногда довольно интересные. Заметной частью фестиваля является программа поощрения исполнителей, не имеющих контракта со звукозаписывающими фирмами. В течение года жюри отслушивает демо-записи, давая лучшим группам шанс поиграть перед гластонбурийской публикой. Общее число выступающих в последние годы превышает тысячу.

3. Воскресенье 27 июня, полночь. Заканчиваются последние концерты фестиваля. На главной сцене - Muse, держащие в оцепенении стотысячную толпу. Группа настолько хороша, и вживую настолько превосходит свои студийные записи, что никто не может остаться равнодушным к тому, как Мэтт Бэллами (Matthew Bellamy) сотоварищи продираются сквозь свои хиты, срывая связки, сдирая кожу, выворачивая душу наизнанку.
Это - кульминация фестиваля, лучший концерт. Сам Бэллами в школьные годы был завсегдатаем Гластонбери, развлекая соседей по палаточному лагерю песнями "Нирваны" под гитарку. Теперь он на главной сцене, и концерт этот без сомнения станет историческим, будет обсасываться критиками и вспоминаться очевидцами. Кульминацией концерта становятся "Time Is Running Out" и "Plug In Baby" - аудитория просто загипнотизирована энергетикой Muse, для которых - и это совершенно очевидно - с этого концерта начинается новый этап биографии. Тем временем на другой сцене (она так и называется - Other Stage) Orbital прощаются с английской публикой: концерт в Гластонбери - один из последних в их прощальном туре, а в танцевальном тенте самые неутомимые отплясывают под Ozomatli. И все завершается грандиозным фейерверком, которому вторит спонтанная пиротехника, словно в новогоднюю ночь в Москве - до утра...

Грязь неотделима от рассказов об этом фестивале. Даже небольшой дождь надолго превращает поляну в болото. Англия известна своей непредсказуемой погодой, поэтому резиновые сапоги входят в экипировку почти каждого обитателя фестивальной поляны. Нынешнее лето не стало исключением: после дождичка в четверг и относительно сухой пятницы, весь день в субботу продолжался ливень, и уже к обеду стало ясно, что единственный способ с ним справиться - это не замечать его. Завсегдатаи говорят, что грязь - часть фестивального веселья, и если с этим не согласиться, то жизнь на поляне покажется тяжелой: в отсутствие горячей воды и ограниченного доступа к воде холодной самым разумным поведением становятся заплывы в лужах на дальность, борьба в грязи и прочие детские забавы.

4. Суббота 26 июня, 23:30. Пол Маккартни обращается к аудитории: "Скажите, а разве можно танцевать рок-н-ролл в резиновых сапогах?" - и сам же отвечает: "Еще как!", предваряя таким образом "Back in the USSR". В одном из интервью Пол сказал, что весь короткий тур этого года был организован лишь для того, чтобы подготовиться к Гластонбери - первому фестивальному выступлению в карьере экс-битла. Подготовка (включавшая и питерский концерт) не прошла даром: отыграв два часа на одном дыхании, сэр Пол выглядел очень свежо, и был принят публикой с энтузиазмом - многотысячная толпа хором пела каждую песню, не обращая внимания на дождь, почти не прекращавшийся весь вечер. Ближе к концу концерта Пол представил новую песню, пока без названия, которая, видимо, войдет в новый альбом. В остальном же сет-лист строился на проверенном материале The Beatles и Wings, от "Jet" до "The End", и практически не отличался от других концертов нынешнего тура Маккартни. Единственным инцидентом концерта стала реакция публики на объявление Пола: "Насколько я понимаю, сейчас к нам подключилась телеаудитория Би-би-си" - народ начал было скандировать антиправительственные лозунги, но следующая же песня - "Helter Skelter" - заставила забыть о политике: мало кто ожидал ее услышать вживую. А уж припев "Hey Jude" от души орали всей поляной, кто громче...
Вообще, фестиваль в Гластонбери по традиции политически активен: даже есть отдельная сцена, Leftfield, где наряду с музыкантами выступают политические ораторы социалистического толка. Уставшая от капитализма английская молодежь пытается искать альтернативный вариант общественного устройства. Выглядит это порой наивно, но довольно уместно в полевых условиях. К регулярно выступающему на Leftfield Билли Брэггу в этом году добавился бывший гитарист Sex Pistols Гленн Мэтлок с акустической программой. Впрочем, бывший панк подрастерял молодецкой удали и звучал, мягко говоря, странно.
Фестиваль ежегодно перечисляет круглые суммы на счета благотворительных организаций, от Greenpeace до Amnesty International, их ролики крутятся на больших экранах в паузах между концертами, тут же активисты собирают какие-то подписи или пожертвования. Иногда это становится чуть навязчивым, но, в принципе, не мешает всеобщему оттягу.

4. Суббота 26 июня, 20:45. В стороне от больших фестивальных площадок стоит акустическая сцена: небольшой шатер, рассчитанный на 500-800 человек. Там случаются интересные концерты, и тогда шатер окружают опоздавшие, которым уж не пробиться к сцене. Звук поставлен великолепно, и музыку слушать можно и издалека, но, разумеется, задним рядам ничего не видно. Между концертами сцена прикрыта полупрозрачным занавесом, что добавляет происходящему некоторой театральности.
Выступление Love with Arthur Lee на акустической сцене ожидалось многими: еще до его начала в шатре было не протолкнуться. Артур Ли в очередной раз полностью поменял состав своей группы -- и, несмотря на то, что выступать ему пришлось на акустической сцене, программа была вполне электрической, основанной на материале 37-летней давности, легендарном альбоме "Forever Changes". Равнодушных в толпе не оказалось: сан-францискская группа необыкновенно популярна в Англии, и уже второй год подряд собирает в Гластонбури большую аудиторию. Love играют старые и отличные новые песни, заканчивают концерт классической "A House Is Not A Motel", занавес падает, сквозь него видно, как расходятся со сцены музыканты... Артур Ли внезапно вновь подходит к микрофону: "Да, совсем забыл... Сделайте мне одно одолжение, хорошо?" - и, в наступившей тишине, четко: "Любите друг друга!"
Организатор фестиваля Майкл Ивис говорит, что нынешний фестиваль -- самый лучший по составу исполнителей: "конечно, жаль, что нет Radiohead, но они у нас были в прошлом году".
Состав, действительно, силен и разнообразен, и не всегда хедлайнеры оказываются лучшими: долгожданные Oasis в пятницу были откровенно скучны (поговаривают, что братья Галлахеры в очередной раз повздорили перед концертом), разрекламированные Kings Of Leon звучали явно лажово, от Моррисси тоже ждали большего - при этом новая группа Dogs Die In Hot Cars стала бы открытием фестиваля, если бы играла на любой из больших сцен, а незатейливый попс Starsailor и Belle And Sebastian звучал уместно и убедительно, уходить не хотелось.

5. Четверг 24 июня, 22:00. До начала фестиваля еще 12 часов, но у главной сцены стоит семидесятитысячная толпа, хором поющая "Боже, храни королеву". На экранах - четвертьфинал чемпионата Европы по футболу, матч Англия - Португалия. Позже выяснится, что болельщиков в Гластонбери было больше, чем на стадионе в Португалии, где проходил матч. Люди эмоционально реагируют на то, что происходит на поле, бурно радуются забитому в начале игры мячу: над толпой сотни английских флагов... Игра, однако, складывается не в пользу англичан, после ряда драматических событий Англия повержена. Разочарование таково, что кажется, что фестиваль будет испорчен. Однако наутро жизнь продолжается, только флагов уже не видно, и футбольные майки сменились музыкальными...
Полное название фестиваля - Glastonbury Festival Of Contemporary Performing Arts - отражает тот факт, что, помимо собственно музыки, в фестивальной программе присутствует цирк, пантомима и всяческое лицедейство. Как ни странно, все это гармонично вписывается в атмосферу общего веселья, и фестивальная поляна не распадается на отдельные островки, но становится единым пространством, где всем хорошо, и каждый находит себе что-то по душе.
В качестве эксперимента Английская национальная опера представила в этом году третье действие вагнеровской "Валькирии" -- на главной сцене разместился полный симфонический оркестр с солистами -- и, несмотря на то, что происходило это в полдень в воскресенье, когда фестивальный народ, по идее, только просыпается после вчерашнего, на классику пришло около 40 000 зрителей. Несмотря на то, что опера исполнялась по-английски, на экран выводились английские же титры для облегчения восприятия. Звучало все это мощно -- однако, надо признать, что симфоническая музыка все же требует акустики зрительного зала и через микрофон звучит несколько странно.

6. Воскресенье 27 июня, 16:40. На Other Stage - нью-металлисты Eighties Matchbox B-Line Disaster, невзирая на столь ранний час, рубятся так, что щепки летят. Солист Гай Макнайт (Guy McKnight) - в припадке: он не на шутку бьется головой о сцену, лупит микрофоном о гитары, рычит в толпу тексты --и струя слюны свисает у него изо рта, как из пасти бешеного пса. В этот момент на Гластонбери обрушивается ливень, сильнейший за все три дня. Наименее стойкая и наиболее многочисленная часть публики разбегается в поисках укрытия. "К-куда, мать вашу..." - хрипит Гай, и заводит "Morning Has Broken".
Оставшаяся пара сотен самоотверженных метал-хэдов у сцены вскидывает руки в едином порыве - и солист, видимо, плохо соображая, что делает, пытается прыгнуть в толпу во время гитарного соло. Пойманный на излете бдительными секьюрити, он заканчивает песню, стоя под дождем, и, последний раз швырнув микрофон об сцену, уходит с нее победителем.

Сколько ни рассказывай об этом фестивале - за кадром останется больше, чем вместит в себя рассказ. Насыщенность программы такая, что остается лишь перечислять: и феерическую PJ Harvey (ей немножко не повезло со звуком, но концерт был сверхъестественный), и необъявленный диджейский сет Fatboy Slim до пяти утра на одной из маленьких сцен, и нестареющего Джеймса Брауна, и великолепных Chemical Brothers, и легальные грибы, и нелегальные самокрутки, и закатное небо над главной сценой, и развеселых геев из Scissor Sisters, и депрессивных рокеров из I Am Kloot, и флаги над палатками, и ночные костры... Ясно одно: пока фестиваль продолжается - сюда стоит возвращаться. В будущем году Майкл Ивис обещает U2 - и неважно, получится ли...

6. Воскресенье 27 июня, 19:58. Дождь все идет. Многих это уже достало: "то есть, никто не обещал, что будет легко, но не до такой же степени!" У дороги на танцевальную сцену стоит винный бар, где четыре бармена, пытаясь развеселить унылых клиентов, вытащили две колонки на барную стойку, да и врубили "It's Raining Men" Weather Girls. Пространство перед баром моментально превращается в танцевальную площадку, люди сбрасывают куртки, ловят капли дождя, подпевают... И в этот момент, прямо на слове "Hallelujah", над фестивальной поляной встает радуга!

Это Гластонбери. Лучший фестиваль в мире.

12.07.2004, Сергей ПАНЦИРЕВ (ЗВУКИ РУ)