Дебютный альбом Элиса Купера, где "великий и ужасный" обозначен уже именно так, а не своим паспортным именем - Винсент Дэймон Фурнье (Vincent Damon Furnier). Тем, кто привык к Куперу с обнимку с удавами, к Куперу с разукрашенным лицом и к Куперу, разливающему вёдрами направо и налево фальшивую кровь, этот альбом вряд ли придётся по душе: девятнадцатилетний Элис тут ещё далеко не так кровожаден и театрализован. А тем, кто к Куперу не привык вообще, с этого альбома попросту нельзя начинать: налицо все недостатки первой работы артиста, который ещё толком не понял, что, собственно, он собирается делать в жизни.
Никакого привычного "дисторшена" не ждите: на дворе, страшно сказать, 1969 год, безвестные молодые музыканты волосаты на одно лицо, в музыке прослеживается больше аналогий с ранними Pink Floyd, Beatles и даже Yes, чем с каким бы то ни было хард-роком. Материал – угловатая и наивная психоделия первого отжима, со всеми положенными молодости комплексами, с попытками солировать одновременно на двух-трёх инструментах, с пускающей порой откровенного петуха губной гармошкой самого Элиса Купера и с играющим время от времени мимо нот и гармонии гитарой Глена Бакстона (Glen Buxton). Слушая эту пластинку в ретроспективе, не перестаёшь удивляться тому, как хорошо в 1969 году жилось молодым рокерам: сегодня коллектив с подобной, мягко выражаясь, мастеровитостью и за пределы репетиционного-то гаража не особенно бы выпустили, а тогда выпускали на вполне заметных лейблах (Bizarre Records – это всё-таки вес). Прощая даже то, что музыканты пытаются (именно пытаются) петь на несколько голосов.
Однако есть два момента, которые многочисленные и очевидные проблемы альбома всё-таки искупают. Во-первых, и от этого никуда не деться, это всё-таки Элис Купер, пусть ранний, пусть ещё смотрящий по сторонам широко раскрытыми удивлёнными глазами, но уже понявший, что в жизни ему суждено быть музыкантом, а не слесарем и не бухгалтером. А во-вторых, это, без преувеличения, совершенно блестящая иллюстрация к ещё не закончившемуся "времени цветов", пластинника из числа тех, что мог записать буквально на коленке любой желающий, хватило бы смелости назвать слабо сочетающиеся аккорды своего сочинения песней. Музыка тогда была для всех. И если бы Купер не сделал в своё время "Pretties For You" (с которой сегодня НЕ НАДО начинать знакомство с его творчеством), не было бы никакого Элиса Купера вообще.