Вышла книга бывшего виолончелиста Аквариума Всеволода Гаккеля "Аквариум как способ ухода за теннисным кортом". Прошлой осенью она была полностью вывешена в Интернете, что вызвало многочисленные споры. Главным и предсказуемым аргументом противников книги было утверждение, что, дескать, некто Гаккель, пару лет поигравший с великим "Аквариумом" и ничего выдающегося не совершивший, теперь пытается продать свои воспоминания под знаком "моя жизнь в искусстве". И они абсолютно не правы.

"Аквариум как способ ухода за теннисным кортом" - отнюдь не мемуары рокера на покое и не попытка заработать на прошлом. Это попытка Всеволода Гаккеля именно так, через текст, осмыслить прошлое, настоящее и свое место в них. Это попытка наконец расстаться с "Аквариумом", повторяя как заклинание: "Аквариум для меня кончился, я не имею к нему отношения, меня это не волнует". Все это уместно смотрелось бы на кушетке психоаналитика. Так что, в сущности, книга предназначена для одного читателя ? самого Всеволода Гаккеля. Ну, может быть, еще для Гребенщикова.

Хотя книга заканчивается неким подобием хэппи-энда - Гаккель тихо работает на теннисном корте, растит дочку и музыкой не занимается - на всех 365 страницах подробно изложена Большая Обида Гаккеля, под знаком которой, если верить этим записям, прошла вся жизнь Гаккеля с момента его физического ухода из "Аквариума". Обида не столько за то, что Гребенщиков использует название "Аквариум" для группы, в которой никого, кроме него самого, из старого состава нет. Скорее за непонимание и, как кажется Гаккелю, нежелание понимать. Именно поэтому книга предназначена, может быть неосознанно, БГ - чтобы объяснить тому свои мысли и свою оценку происходящего.

Все это было бы абсолютно неинтересно постороннему читателю, но помимо выяснений отношений с собой и бывшими друзьями в книге весьма занимательно и по-новому изложена история не только "Аквариума", но и всей музыкальной тусовки 70-х - 80-х, а также того периода, который мало отражен в литературе - 90-х.
Биография "Аквариума" давно стала мифом, причем существуют канонические тексты и апокрифы. БГ с его любовью к туманным формулировкам и манере говорить так, что никто никогда не знает, шутит он или всерьез, немало этому мифотворчеству поспособствовал. Книга Гаккеля, несмотря на то, что написана от лица участника событий,- это взгляд человека почти со стороны.
Судя по его словам, он никогда не был полностью включен в эту тусовку, многого в ней не понимал и не принимал, что и послужило в итоге причиной ухода. Хотя, конечно, приходится лишь верить ему на слово, отдавая себе отчет в очевидной необъективности автора.

Больше всего внимания в книге уделено событийной стороне, и меньше всего ? оценкам и выводам. Даже язык книги больше напоминает деловой отчет о проведенном времени, не особо разукрашенный эмоциями автора по поводу происходившего. В редких же оценках персонажей Гаккель осторожен и предельно корректен, что, безусловно, делает ему честь. Так что несмотря на то, что книга явно нуждается в редакторе и корректоре и несколько страниц перепутаны местами, читается она легко и приятно.

Конечно, можно усмехаться, глядя на обиду Гаккеля на Гребенщикова, учитывая, что первый ухаживает за теннисным кортом под Питером, а второй записывает альбомы и дает концерты. Но понять, кто там был прав, кто виноват, все равно невозможно. Так что лучше при чтении книги просто оценить еще раз масштаб личности Гребенщикова, былую дружбу с которым люди не могут забыть десятилетиями. И погрузиться в интересную и толково описанную атмосферу питерских тусовок советского периода.