Четверо ребят с обросшими бородами симпатичными лицами аборигенов университетского кампуса вышли на сцену, показали знаками, чтобы дали свет на висящий у них за спинами большой плакат Б2 (потому что ведь день рождения клуба), уселись за свои гитары, взяли перебором несколько нежных аккордов и спели несколько фраз нежными голосами. Потом сделали паузу, кажется, даже зажмурились, и... разразились таким мясным, утробным ревом, что сидящие и стоящие в зале чуть ли не пригнулись. Потом - снова несколько нежных аккордов с многоголосным распевом, потом - снова рев. Это было выступление группы Akron/Family, приехавшей вместе с Майклом Джирой (Michael Gira). Оно оставило двойственное впечатление. С одной стороны - как я уже сказал, симпатичные, умные лица. Явная непопсовость, искренность. Хорошее знание классики - где-то слышится "Белый Альбом", где-то чуть ли не ранний King Crimson; порой музыканты начинали себя вести почти (ах уж это почти!) как The Who. С другой: на обложке акустических лед-зеппелиновских каверов говорилось: что останется, если убрать из этих песен плантовскиме рулады, пейджевские запилы, сумасшедшие бонемовскиме барабаны и бухающие джонсовские басы? А останется музыка. Так вот - здесь, если убрать зафузованные гитары и пещерный рев, ничегошеньки не останется - пустое место.

Я так подробно пишу о выступлении разогревающей команды, потому что, когда, после долгого ожидания, уже ближе к часу ночи, на сцене появился в ковбойской шляпе сам Джира со своими музыкантами, выяснилось, что его музыканты - это и есть Akron/Family.
Седовласый рокер скинул шляпу, взгромоздился на барную табуретку, взял в руки акустическую гитару и запел рокочущим низким баритоном, заставляющим вспомнить о Нике Кейве (правда, иногда промахиваясь немного мимо нот). Что можно сказать о нынешнем этапе творчества заслуженного индустриальщика (точнее говоря, индастриальщика) и лидера великих Swans? Превратившись внешне в солидного джентльмена средних лет, Джира не утратил своей фирменной мрачности и глубины. Спокойные акустические баллады со сложными текстами превращались в тяжкие шаманские камлания, Майкл в экстазе спрыгивал с табуретки и вбивал такт левой ногой в пол, музыканты тоже велит себя соответствующе. Но где-то после третьей песни всё-таки начало чувствоваться однообразие, и бесенком зашевелился в голове вопрос: а здесь - останется что-нибудь?..

Понятно, что верные поклонники Джиры и Swans, снимавшие весь концерт на DVDcam'ы, подобными провокационными вопросами не задавались. Да и требуется ли от каждого клубного артиста, пусть даже и легендарного, требовать мелодического дарования уровня Леннона-Маккартни?
У меня нет ответа на этот вопрос.