ФЕСТИВАЛЬ  Письма с острова Sziget. Дни 6 и 7.

День шестой, контрастный.

Вечер обещает быть жестким: в качестве хедлайнеров дня заявлены Slayer и H-Blockx. Перед принятием сурового рока мы решаем посвятить утро неспешной прогулке по острову и осмотру местных достопримечательностей, число которых год от года не становится больше, однако содержимое и характер их меняется. Помимо десятков сцен и павильонов, на острове расположены: выставки живописи, "африканская деревня", буддийская община, а также аттракционы, зона экстремального спорта, бассейн, сотни магазинчиков и палаток, каток (на котором все желающие могут вспомнить о далекой зиме), водный и обыкновенный футбол, поле для "томатной битвы" (настоящими помидорами), лабиринт, fashion-show с натуральным подиумом, музыкальные курсы, кружки по бисероплетению и танцу живота, ток-шоу радиостанций и телеканалов и масса другой пищи для слуха, желудка и глаз.
Над толпой взлетают ноги и головы - это батут, на который ваш корреспондент устремляется с нехорошим блеском в глазах. Тот, кто в детстве прыгал на кровати, поймет мой бурный восторг при виде этого аттракциона. На батуте совершенно бесплатно резвятся и опытные прыгуны, и новички - меня можно, скорее, отнести к последним. Хочется еще прыгнуть вниз головой с "тарзанки" и проехаться над толпой на лонже, однако в спортивной части Сигета может и неделя пролететь незаметно.

Разумеется, невозможно не показать друзьям и Alkazar Luminaruim - надувной павильон-скульптуру, созданную архитектором Аланом Паркинсоном по мотивам 3D-моделей и восточного базара. Посетители Люминариума передвигаются внутри причудливо изогнутого воздушного купола под неспешный эмбиент, лежат в закоулках его дышащего надувного чрева, рассматривают игру света и тени, которую образуют резиновые поверхности скульптуры. Когда ты сидишь в Люминариуме, создается впечатление, что время лениво течет где-то за пределами этой огромной резиновой игрушки, и кажется совершенно естественным свернуться где-нибудь в ее закоулках в позе эмбриона и помедитировать часок-другой.

Однако нельзя пренебречь и музыкальной программой дня. Колоритные рэгги-мастера с Ямайки Sly and Robbie открывают день предложением потанцевать. Слай и Робби - это, в первую очередь, - ритм. А ритм - это негры и ритм-секция. Они - и то, и другое. Ударник Слай (Sly Duhnbar), умеющий, кажется, извлечь веселую дробь даже из того, что в принципе не может рассматриваться как ударный инструмент, и бас-гитарист Робби с классической фамилией Шекспир (Robbie Shakespeare) на вопрос, как они сумели продержаться на сцене столько лет, отвечают:
- А мы особенно и не старались. К тому же, нам везет с вокалистами: они нас не напрягают!
Что верно, то верно. Расслабленный и излучающий чистую детскую радость Майкл Роуз (Michael Rose), сотрудничество с которым принесло группе первую в истории музыки награду за пластинку в стиле рэгги (альбом Anthem), не пользуется для поднятия настроения толпы громкими призывами и лозунгами. Он просто увлекает личным примером: пластичный и забавный, Майкл тепло поет и дарит публике свои улыбки, словно экзотические цветы. И публика, пусть в этот час она и малочисленна, не остается у него в долгу.

Музыка немецких захватчиков чартов H-Blockx, вообще говоря, не особо богата хитами. Это становится отчетливо понятно, когда в самом начале концерта все их песни сливаются у тебя в голове в один большой агрессивный ком. Отрастившие животики и двойные подбородки, главные конкуренты Guano Apes бледно смотрелись бы рядом с бодрой Сандрой Насич и ее командой, но на фоне традиционных венгерских рокеров и они - герои.

А теперь - о неприятном: после всего этого благолепия слушать музыку Slayer мы просто побоялись, позорно ретировавшись, продираясь сквозь рекордно огромную и активную толпу. Оставшиеся в живых очевидцы рассказывают, что герои трэш-сцены обрушили на публику (коей в этот день собралось перед главной сценой рекордное количество) энергетический выброс, похожий более на оружие массового поражения, нежели на музыку, и не сбавляли градус до самого окончания концерта - как и полагается легендам.

День седьмой, панковский.

Жизнь прекрасна, музыка весела. Уже второй год подряд организаторы Сигета утверждают нас в этой мысли, оставляя на последний солнечный день фестиваля вкусный сочный ска-панк, рэп и хэви-ска. Именно мастерам этих жанров отдана вся первая половина дня на главной сцене.
Французы Spook and the Guay - отличный состав, участники которого берут на себя самые разные роли в процессе пения даже одной композиции. Духовая секция (саксофон и труба) небрежным жестом трансформируется в веселый рэп-дуэт, и рэпперов в группе мгновенно становится четверо. Один из лидер-вокалистов неожиданно перемахивает за клавишные, второй так же непринужденно начинает развлекаться с перкуссией и переругиваться с толпой пулеметными "частушками" про нехватку денег и переизбыток уродов вокруг. Получающийся в итоге коктейль можно назвать, пожалуй, гангста-ска. Под эту смешную ритмичную музыку танцуют все - даже девушка-телеоператор, работающая на сцене.

Берут за основу ска и старшие товарищи французов - Voodoo Glow Skulls. Эта толпа в черном успешно трансформирует указанный жанр в более суровый и "социальный": меньше танцев и улыбок - больше призывов и хлестких фраз, меньше расслабленных духовых - большая плотность гитарного звука. Это уже почти не ска-панк, а настоящий "рубленый" панк, уверенный и напористый, традиционный до мозга костей, даже несколько старомодный (до такой степени, что наши герои могут начать песню, к примеру, зачином из осборновской "Is It Rain"). Однако преемственность стиля здесь наблюдается невооруженным глазом.

Шэйн Макгован (Shane Macgowan), экс-лидер легендарной ирландской фолк-панк группы The Pogues, ныне - лидер не менее бодрой, но гораздо более беспомощной группы The Popes. С годами легендарный папа ирландского музыкального сопротивления не стал меньше пить, но стал меньше выпускать альбомов и клипов. Вот и сейчас он взгромождается на барный стул с полпинтой пива, тщетно пытаясь сфокусировать взгляд на толпе. Глядя на него, хочется сказать Шнуру: не пей, мальчик, Макгованом станешь, ибо быть нонконформистом в пьющей стране - тяжелая профессия! Однако харизму не пропьешь, и это становится очевидно сразу, как только звучат первые аккорды любимой массами "Dirty Old Town". Дальше - как по писаному: "If I Should Fall...", "Streams Of Whiskey", "Irish Rower"... Когда Шейн в середине концерта грузно сползает со стула и идет за кулисы отлить, группа не теряется и играет веселый рил. Видимо, к закидонам лидера парни уже привыкли.

Massive Attack - этого концерта ждали все российские журналисты, наслышанные от коллег о великолепном московском шоу. Шоу на самом деле великолепное... было бы, если бы не проблемы с техникой, из-за которых концерт начинается почти на час позже заявленнного времени (прощай, последний поезд до дома!). Разумеется, расстроены все: и публика, и Роберт "3D" Дель Наджа (Robert "3-D" del Naja), который благодарит нас за терпение, но сам начинает его терять, когда звук вдруг исчезает или начинает вести себя как выпущенный из бутылки джинн. К тому же, инструменты приходится "вытягивать" уже в процессе игры, что радости не добавляет. не спасают положение ни красивейшие хиты с любимого Mezzanine, ни колоритный Грант "Daddy G" Маршалл (Grant "Daddy G." Marshall) , ни роскошное световое панно, ни убедительный видеоряд - такой же, как и в Москве, только на венгерском языке. Финал концерта скомкан - публика начинает понуро расходиться, не веря, что так суждено закончиться радужному Сигету...

Поэтому для нас фестиваль и не заканчивается: мы идем на Laibach. Те, кто уже слышал об их новом альбоме, нисколько не удивятся тому, что услышанные композиции с него показались нам вычурными, пафосными и совершенно неуместными на фоне привычных боевиков-"перевертышей" этих шок-рокеров. Однако полюбоваться на их жуткие котюмы и маски, а также на дикую, но симпатичную толпу их поклонников, в любом случае, стоило.
А напоследок мы обходим остров еще раз, не переставая удивляться, сколько интересных его закоулков мы не посетили, сколько всего не услышали... и сколько еще услышите вы, если присоединитесь к нам в следующем году.

P.S. Дорогой Пятница,
Я пишу эти строки в надежде, что пароход, увозящий тебя с нашего благословенного острова, даст течь, и ты вернешься ко мне, оставшемуся на Острове дожидаться следующего фестиваля. Ведь там, за его пределами, тебя ждет жизнь, полная лишений и забот, а также тяжелая работа, которой так любят нагружать твоих соплеменников белые хозяева. Я верю - ты одумаешься и вернешься ко мне, Пятница.
Ты говоришь, что на Острове не всегда бывает праздник, а иногда даже бывают наводнения и зимы - но разве я могу уехать отсюда? Я сроднился с его красотами и безобразиями, отзвучавшие вчера децибелы еще теснятся в моей полубезумной голове... Я люблю этот Остров, Пятница, я никогда не уеду. Я жду тебя здесь - через год, может быть...
Твой
Робинзон Крузо.