Jessie WARE  Последняя любовь на Земле

Джесси Уэйр, надежда британского поп-соула и делегат "новых чувственных", наследница Шаде и слегка засахаренная соперница Адель, уже приезжала в Москву два года назад на фестиваль "Субботник". Тогда в хедлайнерах значились Arctic Monkeys, Foals и Hurts, а Джесси шла мелким шрифтом в дневной программе. Но когда все же на раскаленную сцену вышла, слегка стесняясь, долговязая красавица с огромным узлом на голове, и завела свои нежные песни про любовь, с публикой произошло примерно то же самое, что происходит со змеей перед дудочкой заклинателя. Уэйр на "Субботнике" выглядела стесняющимся новичком, на которого случайно обрушилась слава, и что теперь делать с этим добром, непонятно. Она словно думала, что все еще поет на бэк-вокале, а успех ее собственных песен — так, нелепая случайность. За два года многое изменилось: британка прибыла в Россиию в рамках европейского тура со своей новой, второй пластинкой "Tough Love" (над которой работали и Эд Ширан, и Дев Хайнс, и Эмиль Хейни), зал Yotaspace был заполнен почти полностью, несмотря на кризис и не самые низкие цены на билеты. И она определенно больше не стесняется.

Черный бархат, костюм в стиле 1980-х, красная помада и кольца, большой минималистичный задник, барабанщик, отделенный стеклянной стеной, музыканты, сплошь как официанты в дорогом ресторане, в черных костюмах-тройках. Джесси открывает московский сет беспроигрышной "Running". Уже на четвертой песне, "If You Never Gonna Move", к ней приходят букеты и розы — их за весь концерт будет так много, что вокруг клавишника образуется теплица, а Уэйр пошутит: "Столько цветов не дарил мне даже мой муж за все время нашего с ним знакомства!".

Она вообще куда охотнее перебрасывается словами с аудиторией, которая теперь к ней ближе — все-таки клуб, а не заасфальтированный загончик в парке. Потешным "разговорным" голосом она рассказывает истории про своего младшего брата, которому в жизни было нелегко, и поэтому она решила написать для него "Taking In Water", объявит, что никогда не выходит на бис, вспомнит выступление на "Субботнике", будет трогательно оправдываться, что не может забрать цветы у всех желающих, потому что иначе свалится со сцены ("Охрана, немедленно принесите мне все цветы, сейчас же!"). У Уэйр больше нет ложной скромности, зато есть величественность, которая, впрочем, не кажется раздражающей или вызывающей: это просто уверенность человека в том, что то, что он делает - и делает хорошо. И с этой уверенностью она исполняет и "No to Love", пополам с кавером на "I Want You" Марвина Гея (Marvin Gaye), и "Wildest Moments", и "Say You Love Me", отполированные до идеального состояния — публика бросается зажигать огоньки, пускать слезу и обнимать своих спутников с первых же аккордов.

За Уэйр страшно интересно наблюдать с точки зрения взросления: она меняется быстро и заметно, а поэтому тем интересней, каким будет третий альбом. Такими темпами он может оказаться неимоверной патокой и растерять весь свой шарм и нерв (который, например, был свойственен песне "Midnight Caller"), а может — превратиться в неубиваемую классику.