LAIBACH  "Мы бы хотели взорвать "Евровидение" изнутри"

Руководитель индустриально-тоталитарного кабаре Laibach Иван Новак (Ivan Novak) больше похож на прораба югославской строительной фирмы, чем на лидера чуть ли не самого противоречивого музыкального проекта последних 20 лет: кожаный пиджак, брюки, лаковые туфли. Ему нет нужды наряжаться в хромовые сапоги и галифе, потому что на сцене он все равно не появляется. Зато он, как серый кардинал, ревностно блюдет весь процесс на сцене и за ее пределами - нянчит группу, заботится, чтобы было сделано положенное количество интервью и фотографий, но чтобы группа при этом не переутомилась, чтобы звук был выстроен идеально, чтобы свет потрясал воображение. Плоды этой щепетильности налицо: даже на крошечном пятачке "Икры" концерт Laibach смотрится и звучит ничуть не менее внушительно, чем на главной сцене какого-нибудь крупного фестиваля. На заботу худрука группа отвечает взаимностью: Laibach работает бесперебойно и с неизменным качеством, как тяжпром нацистской Германии. Поймать строгого и ужасно занятого Ивана непросто, но нам все же удалось выловить его до начала изнурительного саундчека и задать несколько вопросов.

Звуки.Ru: - Иван, расскажите о последнем альбоме Laibach - "Volk". С чем связан выбор гимнов? Какие еще страны рассматривались?

Иван: - Если бы не неизбежные ограничения по объему, то мы бы с радостью включили в альбом гимны Португалии, Голландии, Швейцарии, может быть, еще Саудовской Аравии. А с тем, что осталось на альбоме, вырисовывается такая картина: это гимны тех стран, которых характеризует отчетливо имперская политика: Германия, Турция, Китай и так далее. Именно это ощущение "имперскости" мы и хотели передать в аранжировках. Кое-где нам пришлось сочинять: например, у гимна Испании нет слов, поэтому мы их придумали сами.

Звуки.Ru: - А это правда, что в треке "Yisra'el" израильский гимн смешан с палестинским? Как вам такое пришло в голову?

Иван: - А что тут такого? Если не считать двух тысяч лет политических и религиозных дрязг, то Израиль и Палестина - это ведь практически один народ семитской ветви, одна нация. Так что наша интерпретация вполне закономерна.

Звуки.Ru: - А кто разрабатывает визуальную часть ваших шоу? У вас ведь наверняка остались связи с остальными членами NSK, это ведь в основном художественное объединение?

Иван: - Напомню, что это группа Laibach создала объединение NSK, из которого потом в 1992 родилась идея одноименного виртуального государства, а не наоборот. Когда коммунистические власти Югославии запретили само название Laibach по этому дурацкому обвинению в фашизме (хотя Лайбах - это историческое название Любляны, оно появилось задолго до фашизма), мы решили, что пора, так сказать, расширить пространство борьбы и работать в самых разных формах искусства. Появились разные художественные проекты, которые заимствовали нашу эстетику. Да, мы до сих пор общаемся с арт-группой IRWIN, которая входит в состав NSK, и другими, но такого единства, как в середине 80-х, у нас уже нет. Все занимаются своими проектами. А весь видео-арт, декорации и свет мы разрабатываем для себя сами.

Звуки.Ru: - У вас не возникает желания устроить какую-нибудь масштабную провокацию, типа того случая, когда 1987 году группа художников "Новый коллективизм" из объединения NSK выиграла первое место на всесоюзном конкурсе с переделанным немецким плакатом времен Третьего Рейха?

Иван: - В контексте арт-провокаций меня интересует феномен "Евровидения". Этот якобы музыкальный конкурс не имеет никакого отношения к музыке, потому что по этой части там все безнадежно зависло в середине девяностых. Идеальная поп-музыка, абсолютно ничем не выдающаяся, блестящая обманка. Причем в последнее время туда ломанулись восточноевропейские страны, которые соревнуются друг с другом и со старой Европой в попсовости. Это настолько консервативная и замкнутая среда, что скандал там вызывает любое микроскопическое отступление от формата. Может, помните - в 2002 году от Словении там выступало трио трансвеститов Sestre? Музыка у них была ничем не примечательная, но зато они изрядно эпатировали общественность своим имиджем. Да, у нас была идея замаскировать Laibach под поп-группу, проникнуть на "Евровидение" и выиграть его, а потом вскрыть обман и изрядно повеселиться. Но, к сожалению, мы не пройдем национального отборочного тура - слишком много словенцев знают нас в лицо.

Звуки.Ru: - Как бы вы охарактеризовали музыкальную ситуацию на родине, в Словении?

Иван: - Основная проблема в том, что в Словении очень ограниченный рынок сбыта. Во всей стране живет два с лишним миллиона человек - это меньше, чем в одном районе Москвы, если я правильно понимаю. Все самое интересное в музыкальном плане на территории бывшей Югославии происходило в середине 80-х, а сейчас действительно оригинальной музыки катастрофически мало. Доходит до смешного. Например, сейчас самая крутая рок-группа в Словении - Siddharta. По ним явно слышно, что они фанатеют от Rammstein, но ирония в том, что Rammstein, в свою очередь, много заимствовали у нас, они сами это признают. Таким образом, круг заимствований замкнулся. Siddharta поют по-словенски и довольно популярны на родине, но этим все и заканчивается. Если они попробуют выпустить альбом на английском, чтобы выйти на европейский уровень, их вторичность сразу станет очевидна. Все очень скучно и предсказуемо. Некоторый успех в последнее время имеют новые фолк-группы, которые интерпретируют народную музыку на современный лад. У некоторых получается действительно хорошо: например, есть прекрасный электро-фолк-коллектив Katalena. Но словенские слушатели узнают о таких группах из зарубежных изданий и сайтов - за пределами Словении они почему-то вызывают больше интереса. И этому тоже есть причина: в остальных республиках бывшей Югославии Словения считается самой "европейской", зато для остального мира это "самая западная Восточная Европа". "Настоящим" европейцам неинтересно слушать, как славяне играют рок или электронику, у них и у самих этого добра полно. Им хочется представлять Балканы как недоразвитых самих себя, этакий этно-парк, где разгуливают усатые крестьяне в меховых шапках и играют цыгане на скрипочках. Поэтому такую бешеную популярность имеет Горан Брегович (Goran Bregovic: он просто берет мелодии, которые носятся в воздухе по всему Балканскому полуострову, и впаривает их Европе как славянскую экзотику. А ведь когда он играл в рок-группе Bijelo Dugme, они никому вообще не были нужны даже на родине. Только в Советском Союзе, я слышал, их уважали. Вот такая примерно ситуация.

Звуки.Ru: - Какой концерт Laibach вам запомнился больше всего?

Иван: - В 1995 году мы оказались в еще осажденном Сараево накануне подписания Дейтонских соглашений. В городе царила очень странная атмосфера, смесь усталости от этой ужасной четырехлетней осады, отчаяния и надежды. Все думали только о том, договорятся ли Милошевич, Туджман и Изетбегович, наступит ли долгожданное перемирие или бойня пойдет по новой. Так получилось, что мы сыграли в Национальном театре прямо на следующий день после подписания соглашений, и это было фантастическое событие - первый концерт в мирном Сараево. Люди плакали от радости, эйфория в зале перехлестывала за край. Пожалуй, лучше концерта у нас еще не было. Кстати, есть интересный момент. На том концерте мы раздали 400 паспортов виртуального государства NSK, и нам потом рассказывали, что некоторым боснийцам удалось покинуть с ними страну. Проблема была в том, что жители Боснии оказались гражданами несуществующего государства, они не могли никуда уехать от этой войны, потому что их паспорта оказались недействительными. А вот паспорта NSK почему-то не вызвали у пограничников никаких вопросов. "Еще одно государство на Балканах? Ну и ладно!" Людей тогда было трудно чем-нибудь удивить. Получается, что группа Laibach внесла свою лепту в установление мира на Балканах.

За помощь в организации интервью Звуки благодарят Gala Records и лично Татьяну Логинову, а также клуб "ИКРА" и лично Николая Олейникова.