После распада Dirty Pretty Things и непонятно-когда-и-зачем-происходящего воссоединения The Libertines, от Карла Барата (Carl Barat) ждали-ждали, но все никак не могли дождаться полноценного сольного альбома. Предполагалось, что извечный alter ego Пита Доэрти (Pete Doherty) просто обязан выдать что-то бритпопообразное, но вместе с тем - абсолютно вменяемое. А самого Барата вместе с тем, по его же собственным словам несло в другую крайность - "отойти от британского звучания".

Даже если закрыть глаза на то, что мастеринг альбома делался в Нью-Йорке, сбежать от родных осин у Карла не получилось. "Carl Barat" - это очень и очень британская пластинка: мелодичная, ироничная, ритмичная и даже в меру наивная. И одновременно - она ностальгическая: сам того не ведая, Барат записал альбом, которому было бы самое место в чартах конца 70-х - начала 80-х. Здесь нет ни резких смен темпа или гармоний, нет агрессивных гитар или чарующих многоголосий, здесь есть простая мелодия, спетая так же очень просто и одновременно - чрезвычайно притягательно. У рокеров старой школы может возникнуть предсказуемая ассоциация с "Somewhere In England" Джорджа Харрисона (George Harrison), который в свое время так высказался по поводу собственного творчества: "Я знаю, что у меня маленький вокальный диапазон, поэтому пишу очень и очень простые песни".

Барат тоже не демонстрирует каких-то особых вокальных чудес, но при этом порой его голос балансирует на грани псевдоисповедальной лирики ("What Have I Done"), где он то и дело переходит с высоких нот на заниженный речитатив а-ля Моррисси (Morrisey). А в быстрой виньетке "Je Regrette, Je Regrette" куда важнее хрипловатого тембра Барата гармонические переходы, приправленные нервным фортепиано и такой знакомой "либертиновской" гитарой. То есть, куда бы не бежал Карл от своего и без того бурного прошлого, он так или иначе настигает его - то в мелодике, то в аранжировке. Видимо, это в крови.

И лишь в пульсирующей и обрамленной форсированными клавишными и звенящей ритм-гитарой "Run With The Boys", мелодика песни вырывается из столь явного семидесятничества и погружается в окончательные и бесповоротные 80-е. И те, кто по каким-то причинам с Баратом до этого не был знаком, могут вполне принять его за Саггза (Suggs). Да, такая музыка вполне бы подошла Madness "среднего возраста".

Одним словом: вы поняли. Не ждите от Барата ничего оригинального - все это вы, так или иначе, слышали. Впрочем, на этой пластинке есть хорошие мелодии и простые гармонии. Не хватает, разве что, ярлычка "рекомендовано для семейного прослушивания". А это, согласитесь, для дня сегодняшнего - не так уж и мало.