НЕЙРОМОНАХ ФЕОФАН  Играли драм, случайно вызвали сатану

Нейромонах Феофан, получивший известность во многом благодаря VK (и там же, преимущественно, известный), только-только выпустил дебютную пластинку “Ядреность — образ жизни”. Поэтому удивительно было видеть полный зал ядрено плящущих людей на выступлении музыканта, пропогандирующего идею “лапти разбить об пол”, — и тем не менее — переименованный в Arti Hall бывший клуб PiPl был забит чуть менее, чем под завязку. Возможно, славе поспособствовал Сергей Шнуров, объявивший в своем инстаграме буквально следующее: “Наконец-то появилось то, что достойно внимания. Актуальный, как ламинат имитирующий дерево, музыкальный проект — Нейромонах Феофан. Вижу, чувствую потенциал чего-то невообразимо большого. Словно ядерный гриб, выращенный на садовом участке в зоне рискованного земледелия садоводом любителем, Нейромонах, надеюсь, прорвет парниковый полиэтилен настоящего. Аминь”. Пост залайкали 20 тысяч человек.

Эффект от музыки и образа случился и впрямь сногсшибательный: в зале самозабвенно рубились под драм школьники и студенты, обутые в лапти, с накладными бородами, подпоясанные кушаками и лентами, барышни в сарафанах, с нарумяненными щеками и ожерельями из баранок. Присутствовал даже один медведь, то и дело вылезавший на сцену, и один неприкрытый сатанист, показывающий “козу” на композиции “Асмодеев на кол”.

Со стилизацией у Феофана все недурно: рубище, онучи и оборы, у битмейкера Никодима очелье и косоворотка, шаровары и лапти, — но могло быть и лучше. Конферанс, с характерным “оканьем” густым голосом, включал в себя слова “шарманка” и “электричество”, что, конечно, немного дискредитировало музыканта в глазах любителей исторической достоверности. Музыкант играл нехитрые соло на балалайке, не показывал своего лица (кто скрывается за этим именем — до сих пор толком не известно), зато вывел на сцену медведя, с которым изредка танцевал, кидал в зал топоры (на номере “Мужицкая силушка”), а в кульминационный момент концерта на номере “Ядреность — образ жизни” и вовсе взял в руки лазерный посох, из которого принялся поливать зал зелеными световыми лучами. Феофан старается исполнять свои песни нараспев, аки старорусские (в том числе была представлена и новая композиция “Охота плясать”, в которой балалайки было существенно больше, чем драм-н-бейса), но плотная и нехитрая стена драма, конечно, никуда не уходит.

Характерный для драм-н-бейса мош и серкл-пит были тоже слегка модифицирован под славянофильские нужды: в центре круга танцевали кадриль обнаженные по пояс мощные юноши, а затем, без характерной жестокости, просто смыкали кольцо или водили хороводы. Стейдждайвинг отличался умеренностью и аккуратностью — двумя великим старорусскими добродетелями — в зал по большей части спускались, приседая на сцену, или и вовсе — задом. Ветераны драм- и габба-движений презрительно фыркали.

Единственный вопрос, который остается после выступления музыканта — насколько одноразовой выйдет эта история? Выступление Феофана — это и впрямь очень весело, очень бескомпромиссно и очень свежо, только вот для второго альбома музыканту придется придумать что-то новенькое.