BOBBY McFERRIN & CHICK COREA  То вместе, то поврозь

Вокруг выдающихся американских джазменов, пианиста Чика Кориа (Chick Corea) и певца Бобби Макферрина (Bobby McFerrin) у нас в стране уже давно сложился настоящий культ. Их первое совместное выступление, следовательно, не могло не привлечь внимания. Оно и привлекло - на московском концерте был аншлаг, а публика, как обычно, рыдала от восторга.

На сцену зала Чайковского легендарные - и уже, чего греха таить, немолодые - музыканты вышли в обычной одежде, джинсах-футболках, кратко поздоровались с залом, как будто вчера только здесь были. И заиграли стандарт с "Night and Day" - без слов, с вокализом. Потом Макферрин напел какую-то чепуху типа "На сцене жарко, свет слишком яркий". Задал, так сказать, ноту веселья. Перешли к I’ve Got the World on a String из репертуара Фрэнка Синатры (Frank Sinatra). Здесь Чик Кориа принялся играть нечто запутанное, нарочито серьезное, с диссонансами. Играл локтями, защипывал струны рояля. Это заставило вспомнить его краткий роман с авангардом, квартет Circle с фри-джазовым саксофонистом Энтони Брэкстоном (Anthony Braxton). Но этот кусок публика приняла хорошо. Ничего, в общем, странного: манера игры (звук, фразировка и т.д.) у Кориа всегда своеобразны и приятны, что чувствуется на любом материале.

Затем наступила часть Бобби Макферрина. Он, впрочем, представил свою привычную мультикультурную абракадабру. Любимый и Макферриным, и Кориа, и публикой процесс - активное участие этой самой публики. Самые смелые представители аудитории танцевали на сцене, пели с дуэтом с Макферриным (очень стараясь делать то, что знаменитому певцу дается как будто безо всяких усилий), а один парень даже сыграл с Чиком Кориа в четыре руки.

Сказать по правде, демократическая часть явно затянулась. Наконец, когда из совсем уж развеселившейся публики кто-то крикнул "I am singing, you are playing", то получил ледяное "No!" г-на Макферрина. И уже нормальные артисты - на которых, собственно, мы все и пришли, и не все, мягко говоря, забесплатно - исполнили нормальную пьесу, а именно "Aranjues" Хоакина Родриго (Joaquín Rodrigo Vidre).

Концерт с бисом шел меньше двух часов. И оставил радостное ощущение. Хотя фрагментов, где был накал страстей от совместного музицирования, каких-то изобретательных импровизаций и вообще - магии, было очень мало.