Второй диск бруклинского фолк-квартета Grizzly Bear является скромной одой дискомфорту: дремотная, неуютная, слегка заторможенная запись вызывает в памяти ощущения от странного тяжелого сна, в котором чувствуется, что опасность где-то совсем рядом, но сделать что-то, чтобы избежать ее никак не получается. Музыка тут то и дело намеревается убежать от слушателя, композиции состоят из едва связанных переваливающихся друг через друга мелодических фрагментов — как будто в вынесенный в название альбома желтый дом, в котором проходила запись, вдруг ворвался ветер, и раскидал записанные на клочках бумаги наброски песен. Grizzly Bear звучат как продравшие глаза с первыми лучами калифорнийского солнца похмельные Beach Boys — атмосфера, царящая на "Yellow House" определенно заслуживает того, чтобы возвращаться к этому диску снова и снова. К тому же велика вероятность, что инди-рок начала двадцать первого века войдет в историю именно таким, как на "Yellow House": это странная, но доступная музыка, в которой виртуозный домашний продакшен соседствует с кустарным лоу-фаем, чересчур педантичное внимание к деталям скрыто за разбросанными то тут, то там сносками к тоннам переваренных чужих записей, а все это обрамлено в шелковые многоголосье. За почти четыре года, прошедшие с выхода альбома, становится все более очевидно, что "Yellow House" - быть может, одна из самых всеобъемлющих записей последних десяти лет.