Когда я разражаюсь бурными восторгами по поводу творчества "Рады и Терновника", друзья косятся на меня с подозрением. Не то, чтобы друзья не разделяли этих восторгов. Просто многим известна моя глубокая неприязнь к дамской психоделической "музыке", ко всяким Арефьевым и т.п. Чем Рада не похожа на остальных "психоделинь"? Тексты, вроде, такие же пионерские, то же стремление к фольклорности, не отягощенное особыми познаниями в фольклористике...
И, тем не менее, все тексты Рады оказываются к месту, а псевдорусские музыкальные (и особенно вокальные) ходы звучат гениально. Морозная пустота, ночной полет, нежность и смерть. Ни в чьем другом исполнении перечисленные "духовные ценности" меня не влекут. А Раду я, наверное, просто люблю, причем любовью совершенно платонической - что отличает ее от всех остальных женщин на свете.
Величайшей наградой моей любви явился последний альбом. Единственный маленький недостаточек - тяжеловатые барабаны. Впрочем, недостаточек почти незаметный, особенно на фоне основного достоинства. Скрипки. Вот как должна звучать рок-скрипка: чуть поперек гармонии, то плавно, то дергано, взлетая к высотам ультразвука и тут же падая в тихие омуты вечного покоя ("Краматорий", как вы догадались, отдыхает). Скрипка на альбоме - вторая Рада. Тот же голос. Та же легкая картавость, те же гармонические диссонансы, тот же тембр! И когда на песне "Солнце за Луной" скрипка формально пытается спорить с вокалом, противопоставляя дремучей серьезности Рады и всех инструментов сардоническую иронию, вдруг становится ясно: в отличие от всех прочих "психоделинь", Рада, как и эта скрипка, сардонична, иронична и холодна. В "Привратнике радости моей" тождество Рады и скрипки становится окончательно очевидным. Метель вокала и ледяные отблески скрипки - орнамент, украсивший замок Снежной Королевы. Кстати, "Снежной королевы сказки" в варианте, представленном на альбоме - лучшее исполнение этой песни, которое я когда-либо слышал.
Несколько лет назад Рада ввела в группу саксофониста, объясняя, что хочет звучать "демократичнее". Саксофон в "Терновнике" не прижился: Рада и демократия - все равно что снотворное со слабительным. Эффект получился несколько нелепый. Скрипка же противоположна саксофону, особенно если распорядиться ею правильно, как это сделал Гена Лаврентьев. Я опасаюсь лишь ревности Рады: на небе не может быть два солнца. Рада, не ревнуй. Ты и скрипка - две половинки одного и того же солнца, черно-белого, свободного от пошлой необходимости греть, льющего свет Люцифера на пустоту обезлюдевшего рая.