AMORPHIS  Озеро Туонелла и его обитатели.

В Москве и окрестностях похолодало. С севера на крыльях ледяного ветра приближается Amorphis...

В Москве и окрестностях похолодало. С севера на крыльях ледяного ветра приближается очередное музыкальное чудо из суровой Финляндии. Чудо, вовремя разорвавшее задубевшую на морозе оболочку породившего его чудища. Музыкальный коллектив по имени Amorphis.

Странное дело: то, что у первого поколения нынешних представителей сверхтяжёлого металла было всего лишь неумением петь и играть, ныне стало атрибутом стиля. Первые дэт-металлисты хрипели и рычали по причине тотального отсутствия вокальных данных; ныне для неспособных рычать естественным порядком выпускаются примочки, стягивающие вокал в субконтроктаву.
Дум - порождение дэт-металла: можно научиться со временем более задушевному перебору струн, однако голосовые связки как были никакими, так и остаются. Предельно неестественное сочетание филигранного, квазисимфонического инструментала с вокальной партией погибающего в северных льдах детища д-ра Франкенштейна неожиданно быстро стали расхожим штампом неоготического рока. Некоторые решились на смены состава или на сессионное приглашение к работе профессиональных оперных певиц, оттеняя их бесплотными сопрано собственные людоедские хрипы. Сей принцип "красавицы и чудовища" также скоро был возведён в ранг штампа.
К счастью, есть на свете творческие люди, не дающие новым стилям превратиться в набор клишированных ходов. О них и пойдёт здесь речь.

Горячие финские парни, гитаристы Томи Кайасуори и Эса Холопайнен, начинали с сурового северного металла. Тотальной смены ориентации, у них правда, не произошло, однако уже второй альбом "Tales From The Thousand Lakes" (1994) знаменовал отход от дет-дума в неожиданную сторону: никаких псевдосимфонических пассажей и сочетаний утробного рыка белого медведя в тёплую погоду с бесплотным сопрано! Оба вокала - чистый и хриплый - были мужскими, в клавишном саунде доминировали минималистическое пианино и старый дребезжащий "Хаммонд", в гитарном - удачно ложащиеся на риффовую почесушку протяжные соло. в психоделическом стиле. Вступление к этой первой по настоящему прославившей Amorphis программе на концертах исполняли на синтезаторах в четыре руки клавишник Каспер Мортенсон и ударник Ян Рихтенберг. На закуску шоу публике, как правило, предлагалась абсурдная, околонемоляевская версия дорзовской "Light My Fire".

В дальнейшем (с приходом в группу постоянного клавишника Кима Ронтала "чистого" вокалиста Паси Кошкинена и нового ударника Пека Касари) группа еще больше углубилась в дебри так называемого стонуер-рока, переосмысляя наследие Pink Floyd и Deep Purple. Апогеем было исполнение в 1997 году классической композиции Hawkwind "Levitation". Альбом "Elegy" (1996) и EP "My Kantele" демонстрировали отказ от сложившихся в сверхтяжелом металле 90-х штампов. Некоторые незнакомые с историей группы рецензенты даже квалифицировали эти работы Amorphis, как арт-рок.
Недавний уход из коллектива Кима Ронтала и басиста Олли Пекка-Лане вовсе не означает отказа от психоделии и возвращения к "похоронам в тундре при свете чёрной луны". Последние альбомы Amorphis наподобие "Tuonela" (1998) - это продолжение экспериментов со стилями и звучанием инструментов.
Московский концерт Amorphis состоится 14 декабря в ДК им Горбунова. Организатор концерта - Roxx Music

10.12.2002, Дмитрий БЕБЕНИН (ЗВУКИ РУ)