ЖЕЛТЫЕ ПОЧТАЛЬОНЫ  Болдерайская железная дорога

Первый полноценный латвийский магнитоальбом никогда не задумывался Желтыми почтальонами как продукт, предназначенный для дальнейшего распространения. У него не было обложки, поскольку музыканты не...

Первый полноценный латвийский магнитоальбом никогда не задумывался Желтыми почтальонами как продукт, предназначенный для дальнейшего распространения. У него не было обложки, поскольку музыканты не планировали въехать на нем в царство местного андеграунда или попасть в список нормальных советских ансамблей . Раскрутка и легендаризация дебютного альбома Почтальонов происходили совершенно независимо от его создателей, неумолимо разрушая их затворнический имидж и репутацию группы, в отношении которой никогда до конца не было ясно, о чем же они на самом деле поют. Для ответа на вопрос, что представляли собой Почтальоны в 81-м году, достаточно послушать их реггей Чемодан , аскетично сыгранный на игрушечных электроклавишах - с обманчиво романтическими интонациями и шепчущим вокалом (соответственно - на латышском языке). Приблизительный перевод этой песенки выглядит следующим образом: Чемодан этот очень стар/К тому же он еще и секретный/Потому что у него двойное дно, сделанное со вкусом/И под двойным - еще одно/Там лежат тюбики с зубной пастой/Но внутри у них не та паста/Как она называется, не знает никто/Потому что она очень секретная/Чемо-Чемодан .

Весной 81-го года Почтальоны записали получасовой демо-альбом Студень Мадонны , в котором слышались первые попытки исполнения new wave. Несмотря на то, что никто в группе толком не умел играть, комбинация иронии и интеллекта, воплощенная в эстетике новой волны, казалась молодым музыкантам настоящим спасением.

Первоначально Почтальоны даже пытались проповедовать свою новую эстетику на дискотеках, но курортная и местная публика стала быстро догадываться, что над ней, судя по всему, издеваются. Музыканты вспоминают, что однажды после исполнения нескольких вещей Гэри Ньюмана и Боба Марли им едва удалось избежать мести разгневанной свингующей молодежи.

С дискотеками было покончено, и осенью решили записываться по-настоящему. К тому же именно в этот переходный период выкристаллизовался классический состав Почтальонов . Костяк группы Dzeltenie Pastnieki составляли лидер и идеолог Ингус Баушкениекс (в основном - бас и вокал) и его школьные друзья Виестур Слава (гитара, вокал) и Мартыньш Руткис - интеллектуально и творчески очень прогрессивный, но музыкально не самый сильный гитарист. Чуть позднее к ним присоединились клавишник Зигмунд Стрейкис и барабанщик Илгвар Ришкис.

Особняком в группе стояла фигура Хардия Лединьша - профессионального архитектора и одной из самых заметных личностей в латышском авангардном искусстве того времени. Одним из увлечений Лединьша было сочинение песенок. Побрякивая по клавишам пианино и напевая сочиненные им тексты, он создавал наброски многих песен, которые Почтальоны затем самостоятельно превращали в конечный продукт. (В шести магнитоальбомах группы были использованы отдельные идеи Лединьша, что, правда, никогда особенно не афишировалось, и таким образом создавалась почва для взаимных упреков.) К слову, именно Лединьш стал инициатором ежегодной акции-перфоманса, в процессе которой группа артистов, художников и прочих авантюристов устраивала шествие по шпалам железной дороги, предназначенной для перегона товарных поездов из Риги в сторону пригорода Болдераи и проходившей в двухстах метрах от родительского дома Ингуса Баушкениекса (его отец - довольно известный латвийский художник), в котором создавались более поздние опусы группы.

Запись происходила в два, очень редко в три наложения на обычный бытовой магнитофон Ростов и магазинную ленту Свема . Последними на альбоме записывались клавиши. Дело в том, что клавишник Зигмунд Стрейкис половину сессионного времени отсутствовал, поскольку поступил в институт и исполнял народно-хозяйственный долг, помогая колхозникам в уборке урожая. В качестве клавиш использовались остатки чешского электрооргана Матадор , на основе которого бывший участник группы и студент-радиотехник Андрис Калныньш соорудил такой ящик, который позволял исполнять кое-какие эффекты . Вспоминая о чрезмерном увлечении группы некоторыми звуковыми трюками (в чем впоследствии нередко упрекали Почтальонов ), Баушкениекс говорит: Когда инструменты настолько плохи, что их естественный звук абсолютно неприемлем, их лучше преобразовать. Все равно как, лишь бы они не звучали по-своему .

Следует отметить, что сессия Болдерайской железной дороги оказалась единственным случаем в истории Почтальонов , когда в студии были записаны уже более-менее готовые песни. Как правило, музыка группы создавалась при работе с сиюминутно рождавшимся звуком, что, однако, только способствовало возникновению свежего спонтанного и увлекательного духа альбома. Железная дорога синтезировала в себе меланхоличную лирику Почтальонов и их меломанские увлечения того периода - почти в каждой песне просматривались актуальные токи и влияния. К примеру, композиция Хардия Лединьша Локомотив на морском берегу в аранжировке Почтальонов обрела ритм и гитары а-ля Police после того, как однажды ночью в перерыве между записями включив радио, музыканты услышали только что вышедший альбом Ghost In The Machine , надолго ставший для группы своего рода эталоном.

В композиции Зеленый длинный поезд Почтальоны проявили себя мастерами психоделических сюрпризов. Эта монотонная зарисовка, исполняемая под плавающие гитары в ритме тормозящего поезда, была создана, по признанию Баушкениекса, под сильнейшим влиянием Talking Heads, граничившим с плагиатом . Все преднамеренно затянуто - по-видимому, товарняки и пассажирские поезда двигались мимо едва-едва, не боясь оторваться от графика.

Плохая песня про остров зайцев - чистый рок, нечастый гость в творчестве Почтальонов . С точки зрения самих музыкантов - блюз новой волны, у которого, конечно же, нет ничего общего с блюзом . Выйди из воды - очередное творение Хардия Лединьша. Один из классических хитов Почтальонов : У тебя очень красивые ноги/Твоих ног не видно/ Выйди из воды/Чтобы увидеть твои ноги/Левую ногу, правую ногу .

В три часа ночи - опять реггей. Может возникнуть впечатление, что это не более чем телега в стиле грузинских застольных песен про пьяную луну. В реальности для создания ночного настроения здесь использован голос Руткиса, который монотонно читает зарубежные новости из газеты.

Венчает альбом композиция Желтый ненастоящий почтальон . Впоследствии это стало традицией - включать во все альбомы группы песни, посвященные странным или вовсе сумасшедшим почтальонам. Этот совершенно отвязный вальс с впечатляющим атональным вступлением и синтезированным минором в финале стал первым хитом группы и довольно часто звучал на местных дискотеках: Ах, молодой месяц!/ Знаешь ли ты, что твой нежный луч украдет сегодня ночью/Почтальон ненастоящий желтый?/Чтобы смотреть восковым взором/ На каждый поздний поезд . Настроение импрессионистской сессии в пахнущем озоном воздухе. Танец на фоне восходящего солнца после легкого весеннего дождя. Конец ночных галлюцинаций. Сюрреалистическая радуга с произвольным спектром цветов. Идеальный финал футуристического альбома.

10.09.2002, Александр КУШНИР (100 Магнитоальбомов Советского Рока)