ФЕСТИВАЛЬ  Flow 2018: DAMN!

Кендрик Ламар, Arctic Monkeys, Лорин Хилл, Патти Смит, Камаси Вашингтон, Bonobo, St. Vincent, Люкке Ли, Fever Ray, Mura Masa и многие другие - в репортаже Звуков со знаменитого фестиваля Flow

- Девушка, постойте! Вы ведь на фестиваль?, - окликает меня высокий, крепкого телосложения финн, прогуливающийся по хельсинкской набережной Похьойсранта.
- Ну да, - киваю я, притормаживаю и приноравливаю ход своего велосипеда под темп моего собеседника.
-А как будете возвращаться? Тоже на велике?, - не унимается финн. В ответ я пожимаю плечами, а он поднимает банку пива в беззвучном тосте, торжественно отхлебывает и заговорщицки подмигивает: "Может, все-таки возьмете такси?". Мы разражаемся смехом.

Здоровая самоирония, умение повеселиться на славу и бесконечная любовь к музыке у финнов в крови, поэтому неудивительно, что крупнейший летний фестиваль страны Flow ежегодно привлекает в Хельсинки десятки тысяч меломанов. В этом году неактивную ТЭС Сувилахти, на территории которой традиционно проходит фест, за три дня посетили 84 тысячи человек. Для них на 10 сценах Flow выступили 145 артистов, в том числе Кендрик Ламар (Kendrick Lamar), Arctic Monkeys, Лорин Хилл (Lauryn Hill), Патти Смит (Patti Smith), Шарлотта Генсбур (Charlotte Gainsbourg), Bonobo, St. Vincent, Люкке Ли (Lykke Li), Fever Ray, Mura Masa, Brockhampton, Пегги Гоу (Peggy Gou), Moodymann и Kedr Livanskiy.

Пятница: ночь принадлежит влюбленным

Одна из крутейших особенностей Flow - разнообразие программы фестиваля. Хочешь - слушай самых крутых поп-звезд на основных сценах (Main, Lapin Kulta Red Arena и Seat Black Tent), хочешь - проторчи хоть весь уикенд на танцполах Resident Advisor Front Yard, Backyard и Red Garden, а хочешь - наслаждайся джазом и экспериментальной музыкой на культовых площадках Balloon 360° и Sun Effects Voimala. Каждый найдет здесь для себя что-то интересное и удивительное.

Для автора этих строк Flow 2018 открывают Терри и Гьян Райли (Terry and Gyan Riley) на сцене Sun Effects Voimala. Несмотря на то, что легенда минимализма и его сын выступают в довольно раннем, шестичасовом временном слоте, зал набит под завязку. В легкой дымке и полумраке бывшего котельного цеха электростанции звучат причудливые, близкие к северо-индийским рагам темы и вариации, всего четыре композиции. Кажется, что на час с небольшим все присутствовавшие входят в транс.

Тем временем на главной сцене играют американцы Fleet Foxes. Команда Робина Пекнолда привезла в Хельсинки материал с прошлогоднего альбома Crack-Up, но порадовала публику и проверенными хитами вроде "Helplessness Blues" и "Drops in the River". Последняя, учитывая на несколько минут разошедшийся над Сувилахти грибной дождик, звучит как нельзя кстати.

На противоположном конце площадки в шатре играет в прятки с толпой Mura Masa. Дело в том, что юный протеже Деймона Албарна привез с собой одну из приглашенных вокалисток с дебютника - бунтарку Бонзай (Bonzai). Девушка поет и зачитывает не только свои куплеты, но и партии Charli XCX и Desiigner и явно перетягивает одеяло, то есть внимание публики, на себя.

И все же самый яркий концерт вечера — выход на главную сцену Патти Смит и ее группы. Нужно и, что важнее, можно ли это описать? Просто представьте, как 71-летняя американка (можете по вкусу подставить здесь "крестную маму панк-рока" или "костлявую чуму в одежде" из "Прошу, убей меня!" Легса Макнила) непринужденно выпархивает из-за кулис, приветствует многотысячную аудиторию, смачно сплевывает и как ни в чем не бывало заводит своим гнусавым голосом: "We shall live again, we shall live…", - а слушатели - и молодежь, и те, кому сильно за - рыдают, заходятся в аплодисментах и срываются в танец под следующую за "Ghost Dance" нетленку "Dancing Barefoot" и великолепный кавер на "Beds Are Burning" Midnight Oil. И так всю дорогу.
Под первые аккорды "Because the Night" меня чуть не сносят три седовласые дамы - они явно перенеслись в Лето любви! Я вылезаю из фан-зоны, чтобы посмотреть на публику, удивиться чему-то еще и получаю вознаграждение: прямо посреди толпы танцуют под строчку "Love is a ring, the telephone", прижавшись к друг другу, он, с лихо закрученными усами и в экстравагантной шляпе, и она, хипповая, с венком в волосах. Танцуют так, словно им снова по 17. Потому что ночь принадлежит влюбленным.

Чуть перевести дух можно на сете гречанки Лены Платонос (Lena Platonos), колдующей над синтезаторами в Sun Effects Voimala. Ее меланхоличные, но энергичные треки отлично готовят к выступлению соул-дивы Лорин Хилл. Впрочем, Хилл и сама не лыком шита: возит с собой диджея, открывающего ее сеты с получасовым попурри из "лучшего и любимого". При этом концерт певицы сокращается до каких-то 20-30 минут, что выглядит как откровенная халтура. Многие слушатели разочарованы и устало бредет к выходу. По дороге к гейтам у них есть шанс заглянуть на сцену-амфитеатр Balloon 360° и открыть для себя сумасшедших конголезцев KOKOKO!, и таким образом спасти вечер. Безумные люди в безумного цвета комбинезонах играют на безумных инструментах, собранных из чего попало, самую безумную, задорную, танцевальную, умопомрачительную музыку! Афробит — новый рок-н-ролл.

Суббота: в эти тонкие руки падают камни

Приятно, когда в начале января славословишь дебютный альбом удалой английской группы и чуть ли не нарекаешь этих отлетевших пацанов надеждой местной гитарной сцены, а потом попадаешь на их живое выступление и только укрепляешься в своем ощущении. Shame - лучшее, что случилось с гитарной британской музыкой в этом году. Их лайв — это ярость, жесть, кровь и пот, бесконечный стейдждайвинг и пьяный слэм. Боже, храни старую добрую Англию!

По контрасту смотрится выступление молоденькой подружки Chance The Rapper Фатимы Уорнера, она же Noname. Тут есть всё, чего так не хватило накануне Лорин Хилл: энергия, позитивный вайб, потрясающая группа, обаяние самой певицы, ее общение с публикой на равных — словом, жизнь в каждой ноте. Выступление Noname покоряет даже далеких от нового ритм-н-блюза и рэпа слушателей. Ай да девчушка!

Ламповости вечеру субботы добавляют и выступающие на главной сценой Grizzly Bear. Удивительная группа: могут вынести из студии вкрадчивую романтическую балладу и превратить ее в стадионный рок-хит с выразительной стеной звука в конце. Или, напротив, взять типичный бодрый инди-рок трек и обратить его в атмосферный медляк, под который на фестивале будут танцевать парочки и светить фонариками с телефона (вместо зажигалки) forever alone.

Перемещаемся в Sun Effects Voimala на выступление Сюзанны Чиани (Suzanne Ciani) - женщины, которая в конце 1960-х познакомилась с создателем культовых синтезаторов имени себя Дональдом Буклой и стала пионером в записи всевозможных тем и эффектов на этих самых синтезаторах. Чиани сделала себе имя на записи рекламных джинглов для Coca-Cola, AT&T, General Electric и других корпоративных гигантов, но писала она и музыку для фильмов, и саундтреки для компьютерных игр. Лайв Чиани — это импровизация, полет в космос под монотонное попискивание синтов и сомнамбулическое блуждание по закоулкам сознания.

Дремать и мечтать под звуки стареньких Букла можно вечно, но, к сожалению, сеты артистов на Flow не бесконечны и приходится уходить из уютного зала Воймалы на фестивальное поле, которое, надо сказать, забито по самое не балуй — с главной сцены с как будто приросшей к лицу ухмылкой начинает проповедовать Алекс Тернер. Музыканты Arctic Monkeys нынче — статичные актеры второго плана, звезда Tranquility Base Hotel + Casino - фронтмен. Интересно, как к этому относятся другие участники коллектива, но ответ на этот вопрос мы, вероятно, никогда не узнаем, ведь интервью - ха-ха! - раздает тоже Тернер. Впрочем, паства довольна: поклонники и поклонницы (последних, ясное дело, куда больше) знают песни с новой пластинки наизусть, а на проверенных вещах вроде "Do I Wanna Know?", "I Bet You Look Good on the Dancefloor" и "R U Mine?"и вовсе срывают голос.

Сет Arctic Monkeys - отличная возможность отдохнуть и перехватить что-нибудь на фудкорте, благо перед лайвом шеффилдецв он почти опустел. К слову, в гастрономической программе фестиваля в этом году - 40 ресторанов и кафе, включая мишленовский Grön, в меню которого есть, например, хот-дог с трюфелем. А еще на фудкорте представлены средиземноморская и ближневосточная, эфиопская и марокканская, скандинавская и вьетнамская, мексиканская и китайская кухни, вездесущие бургеры и вегетарианские блюда, десерты и кофе. Словом, есть от чего потерять голову и помимо музыки!
Но вернемся к концертам.

Танцпол Resident Advisor Front Yard прокачивает гамбургская диджей и продюсер Хелена Гауфф (Helena Hauff). Накануне Flow у нее вышел любопытнейший альбом "Qualm", с которым она, вероятно, и приехала на фестиваль. По словам прорвавшегося на забитую площадку коллеги, Гауфф отыграла 2,5 часа как 10 минут.

Вечер продолжается на Balloon 360° концертом легенды нигерийского джаза Орландо Джулиуса (Orlando Julius) с фанк-формацией The Heliocentrics. Сказать, что на джазовой сцене Флоу в это время жарко, не сказать ничего: тут грув, аншлаг и полный отвал башки — мама-Африка! Звезда сета — 57-летняя супруга 75-летнго Джулиуса, ЛатояЭкемонде. Она танцует, подыгрывает мужу и музыкантам, читает рэп на языке игбо и успевает толкать профеминисткие спичи в перерывах между песнями. Ух!

Но на этом второй день Flow 2018 не кончается, впереди концерт одного из хедлайнеров - Шарлотты Генсбур. Невероятная сценография, стильный превосходный звук и какой-то очень теплый, бесконечно живой и человечный лайв, от которого мурашки на протяжении всего концерта. Поговаривают, что присутствовавший на выступлении Генсбур главный редактор российского Esquire Сергей Минаев так впечатлился, что уже мечтает привезти певицу в Россию. Вот бы и правда привез.
В это же время в Sun Effects Voimala свой проникновенный и в чем-то даже интимный сет играла Яна Кедрина, известная под псевдонимом Kedr Livanskiy. Молодая российская сцена на крупном международном фестивале - check point.

Воскресение: блаженны смиренные

Этот репортаж уже разросся до монструозных размеров, а впереди последний, третий и самый насыщенный день Flow 2018. Вы готовы, дети? Да!.. Простите. Понеслась!

Воскресную музыкальную программу открывает Джорджа Смит (Jorja Smith). Певица только что выпустила дебютный альбом, большие фестивальные площадки для нее не самая привычная площадка, поэтому спишем некоторые огрехи и заминки на неопытность. В целом же у Джорджи отличная программа, классные группа и голос и большой потенциал — а значит, все впереди.

Настоящим откровением становится выступление Мозеса Самни (Moses Sumney) - артиста, чей прошлогодний дебютный альбом попал в списки лучшего за 2017-й у альтернативных медиа вроде независимой платформы для музыкантов Bandcamp. Самни умеет делать голосом всё, буквально всё. И еще он гипнотически воздействует на публику, может взять паузу и не издавать ни звука несколько минут, и все замрут в ожидании. Это что-то невероятное, фантастически музыкальное, непревзойденный талант. Неудивительно, что уже через несколько минут после начала сета Самни, в технический проход у звукорежиссерского пульта выбегают выступающий на этой же площадке чуть позднее Камаси Вашингтон (Kamasi Washington) и половина его группы. Великие музыканты слушают вчерашнего новичка с открытыми ртами и радуются как дети.

Тем временем одну из главных сцен Flow разрывают Brockhampton. "Я не видел группу Odd Future в 2011 году, зато видел Brockhampton в 2018-м. Зрелище - огонь", - скажет чуть позднее редактор сайт The Flow Лёша Горбаш. Что ж, я ему верю, но жертвую взрывными рэперами и заранее отправляюсь обратно к Balloon 360°, чтобы попасть на концерт Камаси Вашингтона.
Сначала кажется, что это невозможно: несколько входов к сцене и все пространство вокруг площадки забито очередями, хвосты которых оборачивают амфитеатр по нескольку раз. Теперь понятно, почему у Камаси сдвоенный сет (два тайм-слота подряд) - на обычное фестивальное часовое выступление не попали бы все желающие. Да что уж там, судя по количеству стоявших у ограждений и слушавших концерт великого саксофониста снаружи, впору было запиливать и третий слот! Немного магии пресс-паса и я все же внутри.

Саундчек чуть затягивается, потому что музыканты решили пойти страждущей публике навстречу и выкрутили ручки на усилителях по максимуму — пришлось все еще раз перепроверить, но в результате народ слушал одного из лучших джазовых музыкантов планеты со всей территории фестиваля, прилегающей к Balloon 360°. А послушать было что! Вашингтон не путешествует налегке, возит с собой полный бэнд, в том числе двух барабанщиков. Лайвы Камаси, словно продолжение его эпичных трехчасовых альбомов, - это необъятные, полные головокружительного чувства свободы и любви к всему сущему композиции, растягивающиеся на дюжины минут и переходящие в джемы и импровизации.

Основные сцены фестиваля в этот вечер делят рэперы и девушки: с одной стороны Brockhampton и Кендрик, с другой - уже упомянутая Джорджа Смит, Fever Ray, Люкке Ли и St. Vincent. Главное слово дня - "пересечения". Программа воскресенья оказывается настолько плотной, что попасть на все и всех банально невозможно.

И все-таки большая часть зрителей приходит на большое фестивальное поле ради новоиспеченного Пулитцеровского лауреата. Что сказать, Ламар не разочаровывает. При том что с музыкальной точки зрения его шоу далеко от идеального (а, по мнению некоторых, и просто хорошего) — прописанные бэки, простенькое оформление со сбивками—стилизованными мультиками и редкими столбами пламени, сам Ламар лениво прохаживается по сцене, предлагает многотысячной толпе петь за него, что та с огромным удовольствием делает, — наверняка этот концерт останется в памяти многих зрителей как один из лучших в жизни. Слишком уж многое тут совпало: артист на вершине славы и на пике формы, превосходные три дня самой разнообразной и удивительной музыки, плюс вокруг сплошь позитивные и счастливые люди, — как не поддаться этому настроению?

Когда Ламар выскакивает на сцену под "I got, I got, I got, I got / Loyalty, got royalty inside my DNA", — несколько сотен зрителей перед сценой срываются в мощнейший слэм и увлекают за собой других. Они орут "BE HUMBLE!", орут все эти строчки, неистовствуют и сходят с ума, сегодня они — самые живые на свете, а перед ними человек, который доказал, что невозможное не существует. Катарсис наступает, когда «самый крутой рэпер планеты» выходит на авансцену, смотрит в море людей перед собой, ищет кого-то глазами. Потом выхватывает одного: "Эй, чувак, в майке с моего прошлого тура, я тебя вижу! Респект!". Другую: "Эй, девчонка с рыжими волосами! Да, ты, классно выглядишь". Еще кого-то: "Парни, вижу вас, вы крутые!". И он говорит им, всем нам: "Я вернусь". И они знают, что это правда, и они будут здесь.

Красивый финальный аккорд Flow 2018 — концерт St. Vincent с причудливым артом на экранах, броскими оформлением сцены и костюмами, отличными гитарными партиями самой Энни Кларк, выступающей в нынешнем туре в образе этакой сексуальной твари. Сет-лист St. Vincent венчают песни «Fear the Future», «Slow Disco» и «New York» с прошлогоднего альбома "MASSEDUCTION", и два из трех этих названий отлично описывают конец фестиваля: всех уже не держат ноги, поэтому если и дискотека, то медленная.

А еще в хорошем смысле слова страшно подумать, что же нас ждет в будущем, что придумают устроители Flow в следующем году, что мы опять бросим все и погоним в Финляндию?
Оставляю эти вопросы на потом и возвращаюсь домой по ночному Хельсинки. Пешком.

30.08.2018, Кристина САРХАНЯНЦ (ЗВУКИ РУ)