РОК-Н-РОЛЛ НИК  Не подохнуть голодным псом

"Ник Рок-н-ролл напоминает помесь Яна Дьюри с Гришкой Распутиным. Это, согласитесь, довольно необычная смесь. Ник меняется. Меняется его музыка". Таким увидел Ника Б. Блажкович, побывавший на его дне рождения в Б2.

Концерт в клубе Б2, посвященный дню рождения Ника Рок-н-ролла, начался с голосистого тюменского парня по имени Женя Кочевник. Женя, длинноволосый бородач в черном, наяривал на антрацитовой акустической гитаре и зычным голосом пел какие-то хипповские баллады. Народ пока еще не подтянулся к сцене, и внимательно слушал барда, рассредоточившись по стенке, как на сельской дискотеке. Женя закончил петь и на сцене появился знаменитый журналист-контркультурщик Сергей Гурьев, который объявил группу Пассатижес.

Эта группа принимала участие в фестивале женского вокала 'Сирин', который проходит в Тюмени. Понятное дело, что и за вокал в ней отвечает женщина. Ну что ж, женщина - это хорошо. Но так ли хороша группа Пассатижес? Эти ребята, москвичи, играют невероятно дремучий, волосатый грандж, такой же волосатый, как и они сами. Не смотря на отроческое обаяние скромняги-вокалистки и наличие скрипача - музыкой этот скучнейший гитарный хиппи-рок на английском языке в духе Pearl Jam назвать можно с натяжкой. Не смотря на, похоже, культовый статус в определенных кругах - я, к этим кругам не принадлежащий, с нетерпением ожидал, когда же кончится это занудство. Ни одной запоминающейся мелодии, кошмарное нагромождение ритмов, риффов, каких-то обильных сольняков, скрипичных поливов - какой-то безумный школьный рок, где музыканты хоть и прекрасно владеют инструментами, но ничего придумать не могут, но от этого играют еще с большим энтузиазмом, стараясь количеством своих упражнений и приемов закидать худосочное качество самого музыкального материала. Распространенное заболевание. Не лечится. Но тон был задан верный - и многие зрители мирно расположились на полу.

Гурьев рассказал вкратце о фестивале 'Сирин' и что в ближайшем будущем планируется провести его в Москве, а в качестве guest star будет Нина Хаген (Nina Hagen). Потом вышла красивая высокая брюнетка в темно-синем облегающем замечательную фигуру вечернем платье и под минималистический гитарный аккомпанемент резким, как обсидиановый первобытный нож, голосом исполнила несколько непростых песен, которые ошеломили меня, но пока я возился со вспышкой на моем потрепанном Nikon'е, дива успела закончить петь и, поклонившись, удалилась!!! Ее зовут Ксения Иванова.

После Ксении - был объявлен заслуженнейший из заслуженных - Олег Сакмаров собственной персоной.
Сакмаров выступал совместно с Анатолием Погодаевым из группы Зерна, который помогал ему игрой на гитаре. Программа знаменитого аквариумиста была не длинной, запомнилась необычным гитарно-флейтовым реггей. Тексты и музыка по ощущениям - вторяк, смытый с БГ, если вы понимаете, что я имею ввиду.

Потом была владивостокская группа Зерна, в прошлом Бунт Зерен. Их лидер Анатолий Погодаев в прошлом играл в группе Коба, с которой Ник записал альбом "Покойный Мень" (выпущен на виниле в 1991). Песни у Зерен на редкость пресные и обтекаемые. Такое мог бы петь Барыкин или Женя Осин. Все они хорошие музыканты, талантливые люди, но я не буду ходить на их концерты или покупать их компакт-диски. Не мое. Зерна играли в акустике, так как басист по дороге на концерт где-то потерялся.

Потом, дорогие товарищи, было потрясение. Группа Дети Пикассо - это нечто. Во-первых - прекрасный звук, наверняка у них свой звукооператор. Очень красивая вокалистка. Очень хорошо движется на сцене. Вся группа - превосходные музыканты. Что играют Дети Пикассо? Я не знаю. Это довольно эклектичная музыка, где армянские старинные тексты и, возможно, мелодии, переплетены с мощнейшим психоделическим роком, сбивающимся то на джангловые ритмы, то вдруг на трип-хоп. Харизма хрупкой сексуальной певицы - что, я подчеркиваю - огромная редкость среди девушек играющих живую, не пластмассовую, музыку - просто наэлектрелизовала партер, люди заизвивались в танце, затряслись, а я просто впал в ступор и даже не мог аплодировать.
Я был в восторге и одновременно я был раздавлен от мысли, что этих музыкантов ждет неминуемый провал в большом шоу-бизнесе. Слишком ярко, слишком талантливо, слишком хороший вкус, слишком хороший звук, слишком не похоже НИ НА ЧТО - они не смогут из года в год играть по клубам без всяких перспектив, как Рада и Терновник, как Арефьева или Оксана Чушь.
Конечно, ни о какой популярности этих диких необузданных шаманских песнопений на непонятном языке не может быть и речи. Но именно поэтому, я думаю, у Детей есть все шансы стать культовой группой. Я первым встану в очередь за их компакт-диском.

Потом, кажется после Детей Пикассо - выступал некто Солдат Семенов. Он был объявлен как автор текстов группы Вежливый Отказ. Мне никогда не нравились тексты этой группы, а крепко сбитый самовлюбленный человек, похожий на гендиректора какого-то хитрого фонда, размахивая фонариком в одной руке и блокнотом из листов фольги в другой, звучным, что называется, поставленным голосом, исторгал на слушателей потоки первосортной графомании. Зрители смеялись и одобрительно улюлюкали, а девушка, стоявшая передо мной ернически голосила, давясь от смеха: "Гениально!!! Гениально!!!"

Солдат Семенов был не единственный stand alone поэт сегодняшним вечером. Сергей Гурьев, мало того, что оказался прекрасным ведущим, он еще принялся декламировать тексты из репертуара его группы Чистая Любовь, при этом энергично проделывая на сцене какие-то специальные отточенные па. К вящему восторгу собравшихся, надо сказать. И как только со сцены уходили музыканты, сразу начинался крик:
- Гурьева! Гурьева давай! Где Гурьев?!
Знаменитые строки про молодого ницшеанца 'Во Берлине/где колбасы/там где шнапс течет рекой:' вызвали прямо-таки вой восторга. Я считаю - вся заслуга в том, что вечер удался лежит на Гурьеве, создавшем замечательно ностальгическую атмосферу забытого братства и единения, коим так славился 'русский рок'. Не тот русский рок, который нам разливают 'из баллона' на известных фестивалях, а тот, который многие и не застали живьем - рок, как из фильма АССА, если кто смотрел.

Ну и, разумеется - именинник. Да-да. Это тот самый Ник Рок-н-Ролл, который спал у меня на кухне, в Магадане, суровым декабрем 1996 года, тот самый Ник, который призывал меня на войну с попсом и, расчувствовавшись, исполнял что-то вроде устрашающего танца живота под велветовскую "Venus In Furs" для нас - меня и моей подруги Ани. Ник тщетно боролся с алкоголизмом и, глядя на этого большого, испещренного шрамами беззубого человека, я был почти уверен, что дни его сочтены. По дороге на автовокзал (что было довольно странно - звезда сибирского панка не передвигается в одиночку) говорил в основном я - говорил о том, что если он не перестанет пить, то он просто помрет или его убьют по пьяни. Ник хмурился под лохматой собачьей шапкой и старался не зачерпывать снег сапогами с поломанными молниями.
Отбыв по месту прописки, в затерявшийся на колымской трассе поселочек, Николай Францевич исчез. Потом исчезла подруга Аня - она давно замужем и живет в США. Потом исчез Магадан и та квартира. Остались только мы с Ником Рок-н-Роллом.

И вот я на его дне рождения, в Москве! Меня не приглашали. Вряд ли артист помнит меня, да и мне, в общем-то, все равно - помнит ли он меня или нет. Важно другое - этот колыхающий пивным животиком жутковатый человек - этот осколок прошлого - сейчас он актуальнее, чем любой из его друзей-врагов. Музыке, которую играют его аккомпанирующий состав Трите Души аналогов нет. Это какая-то мрачная тучная психоделия, которую можно услышать на альбоме "Падре", но гораздо более утяжеленная на концерте. Мрачное кликушество. Филька Шкворень, Психологический Сон, Желудок, Аллах Акбар:Отличные музыканты, выкладывающиеся до последнего патрона. Конечно же, Ник никакой не русский Игги Поп. Ник вял и толст. Он скорее напоминает помесь Яна Дьюри (Ian Dury) с Гришкой Распутиным. Это, согласитесь, довольно необычная смесь. Ник меняется. Меняется его музыка. Сегодня он, как и на протяжении всей своей многотрудной карьеры, снова на линии огня. Настоящий герой рок-н-ролла.

30.03.2009, Б. БЛАЖКОВИЧ (ЗВУКИ РУ)