ТЕХНИКА  Как создавались "Герои"

Продюсер Тони Висконти рассказывает о записи альбома Дэвида Боуи "Heroes".

Двенадцатый студийный альбом Дэвида Боуи (David Bowie) "Heroes" стал второй частью берлинской трилогии музыканта, включающей также альбомы "Low" (1976) и "Lodger" (1979), записанные под руководством продюсера Тони Висконти ( Tony Visconti). Пластинка записывалась и сводилась в Западном Берлине, куда Боуи перебрался в 1976 году, чтобы завязать с наркотиками и перезапустить музыкальную карьеру. Самой известной песней с пластинки стала одноименная "Heroes", рассказывающая историю двух влюбленных, тайно встречающихся возле Берлинской стены. Прототипами, как выяснилось впоследствии, выступил сам Висконти и бэк-вокалистка Боуи - Антониа Маасс (Antonia Maass), с которой продюсер втайне от жены встречался.

Висконти и Боуи были знакомы ещё с конца 1960-х, когда, будучи молодыми музыкантами, вместе снимали жилье. Начиная с 1968 года, Висконти стал постоянным продюсером Боуи: он руководил записью большинства его альбомов - “The Man Who Sold The World”, “Diamond Dogs”, “Young Americans”, уже упомянутой "берлинской трилогии" и более поздних работ, включая последнюю пластинку "Blackstar" (2016), вышедшую за 2 дня до смерти музыканта.

Год создания альбома "Heroes" - 1977-й - был очень насыщенным для Боуи. Он взялся помочь Игги Попу (Iggy Pop) с альбомами “The Idiot” и “Lust For Life”, поехал с ним в мировой концертный тур в роли безымянного клавишника и одновременно редактировал симфоническую сказку Сергея Прокофьева "Петя и волк". Ещё годом ранее Боуи снялся в главной роли в фильме "Человек, который упал на землю", после чего перебрался в Западный Берлин, где и родилось его новое звучание.

Новых идей у Боуи всегда было предостаточно. Необходимо было облечь их в плоть. Музыкант пригласил в студию Hansa друзей - Брайана Ино (Brian Eno), Тони Висконти и Роберта Фриппа (Robert Fripp) из King Crimson. Студия Hansa была очень вместительная - во времена второй мировой войны в ней размещался симфонический оркестр и хор, одновременно до 150 человек. Тогда это был танцевальный зал СС.

Запись проходила в июле-августе 1977 года, и альбом рождался весьма странным способом. У Боуи не было не то что готовых песен, но даже мелодических или текстовых заготовок. Имелись лишь общие идеи, которые вся команда пыталась воплотить в звуковые формы. Перед началом сессий записи Боуи и Ино провели вместе пару недель, создавая конструкции будущих песен. Вдвоём они непрерывно играли на гитарах и клавишных, вычленяя из этого "потока сознания" перспективные идеи. Появились некие ритмические и гармонические каркасы, на которые позже предполагалось наложить мелодии, тексты и аранжировки.

Но если этот процесс был занимателен для Боуи и Ино, то для Висконти это был настоящий кошмар. Продюсер вспоминает, что магнитофон работал на запись без остановки по несколько часов в день, фиксируя все идеи и промежуточные варианты. Висконти приходилось многократно резать, склеивать, плёнки, "подсводить" промежуточные варианты, высвобождая дорожки на 24-канальном рекордере. По его словам, окончательный вариант заготовок "частенько состоял из одних швов".

Впоследствии Висконти рассказывал: "Запись с Боуи означает гораздо больше, чем просто работа в студии. Это "общественное событие", вы вместе едите, вместе ходите в театры, вместе посещаете клубы и впитываете в себя всю местную культуру. Таков его стиль работы. Берлин в то время был для него наилучшим местом. Это было странное, пугающее место с впечатляющей ночной жизнью, с экзотическими районами типа турецкого квартала. Вокруг был целый рой артистов типа Tangerine Dream, которые были нашими друзьями".

В студии Hansa для оркестра имелось специальное возвышение - сцена высотой около полутора метров. На этой сцене установили ударные инструменты. Рядом за звукозащитными экранами расположили гитарный и бас-гитарный комбики и чуть подальше — рояль.

Для всех песен треки ударных, гитары, бас-гитары и рояля, на котором играл сам Боуи, были записаны примерно за десять дней. Висконти особенно нравились партии ударных. Они были сыграны настолько чётко, что барабанщик Деннис Дэвис (Dennis Davis) получил прозвище "человеком-метрономом". Треки ударных и перкуссии Висконти обработал прибором Eventide Harmonizer, который позволял одновременно накладывать delay, делать detune записанной дорожки и создавать в цепи обратную связь. Еще одной любопытной "фишкой" в студийной версии заглавной песни "Beauty and the Beast" стало отсутствие партии "бочки".

После того как ритм-секцию отпустили и гитарист Карлос Аломар (Carlos Alomar) дописал еще несколько партий, начались эксперименты со звуком. Брайан Ино, который после двух с половиной недель вынужден был уехать, оставил в студии свой синтезатор EMS Synthi. Приехавший из Штатов Роберт Фрипп, гитарист King Crimson, решил использовать EMS как внешний эффект для своей гитары. Когда он включил гитару через синтезатор, звук стал похожим на тот, что создается при игре на гитаре смычком - это весьма специфическим образом работала обратная связь усилителя и гитары. Звук получался только если Фрипп стоял в конкретном месте помещения. Чтобы "завести" другую ноту, нужно было сделать несколько шагов к усилителю или от него. Решение для "обуздания техники" придумали Фрипп и Боуи. Усилитель поставили к стене помещения, от его динамиков по полу обозначили прямую линию. На линии сделали отметки, соответствующие нужному положению Фриппа для каждой ноты. Двигаясь вдоль линии, музыкант исполнил нужные ноты, из которых Висконти потом смонтировал дополнительные партии гитары.

Партии духовых за неимением лучшего (подходящих музыкантов в Западном Берлине не нашлось) решили записывать через меллотрон – прародитель современных сэмплеров. Под каждой клавишей этого инструмента находится лентопротяжный механизм и плёнка с записью конкретной ноты хора, духового или струнного инструмента. При нажатии на клавишу запускается лентопротяжный механизм, а головка звукоснимателя прижимается к ленте. То, что получилось на выходе, по мнению Висконти, больше напоминало звучание струнных.

Несмотря на все эти новаторские решения, существовала серьёзная проблема: у Боуи не было текстов песен, и из-за этого он не мог записать партии вокала. Как-то в один из дней Боуи и Висконти решили сделать паузу на пару часов. Продюсер вышел прогуляться со своей подругой, вокалисткой Антонией Маасс (Antonia Maass), с которой он крутил любовь (хотя в то время был женат на Мэри Хопкин). Висконти вместе с девушкой пошли к берлинской стене, целуясь на ходу, а Боуи наблюдал за ними из окна. Через пару часов Висконти вернулся и спросил Дэвида: как дела с текстом? "Я всё сделал", - был ответ. Ассистент Коко Шваб шепнул Висконти на ухо: "Мне кажется, вы с Антонией попали в эту песню".

Вокал песни "Heroes" записали немедленно — один трек более низким голосом, и второй с партией на октаву выше. Вокал Боуи записывался сразу на три микрофона: ближний Neumann-U47 и два удалённых (первый Neumann-U87 в пяти метрах и второй такой же в самом конце помещения). Самый дальний микрофон управлялся гейтами, отсекавшими хвосты реверберации. Трек ближнего микрофона затем сильно скомпрессировали. Боуи до этого не записывался подобным образом, но идея ему понравилась. Вдвоём с Висконти они спели и все бэк-вокалы в этой песне.

Альбом "Heroes" появился в магазинах 14 октября 1977 года и стал одним из самых интересных в дискографии Дэвида Боуи (хотя и не самым коммерчески успешным). Он поднялся до 3-го места в Британии, но в американском хит-параде Billboard дошёл лишь до 35-й строчки. Британские журналы New Musical Express и Melody Maker присудили пластинке титул "альбом года".

13.01.2016, Вадим МИХАЙЛОВ (ЗВУКИ РУ)