С дружественным, хотя и непродолжительным визитом историческую родину посетил Василий Шумов. В ходе своего пребывания в Москве он встретился с деятелями отечественного шоу-бизнеса и представителями массовой информации, среди которых оказался и я.

Вопрос: FUZZ: Не ощущаешь ли ты, что здесь встретили тебя как-то настороженно?

Ответ: Василий Шумов: Я думаю да, и вот почему: ко мне как бы прилип ярлык "отец московской новой волны", "голливудский василек", а тут я приезжаю с какими-то новыми альбомами с новым составом, и чтобы меня понять, нужно как-то подсобраться и даже потрудиться. Я же до сих пор пытаюсь делать что-то новое, причем интенсивней, чем 10-15 лет назад. Ведь помимо музыки я занимаюсь компьютерной интерактивной графикой, собираюсь издавать альманах "Центр", состоящий из публикаций участников группы. Еще пытаюсь создать интерактивный театр, т. е. я придумываю всякие типажи на основе американской жизни, как в свое время Гоголь делал подобное, опираясь на русскую действительность. Там масса интересных персонажей, например, парни, заказывающие яичницу без желтков (для того, чтобы не поправиться), или иностранцы, готовые на все, лишь бы получить американский паспорт. Так что, кроме воспоминаний, у меня много новых работ, которые нужно переварить и оценить, а это для многих тяжело.

Вопрос: Тебя не смущает, что те, кому "тяжело", будут говорить: "У него ничего не получилось там, поэтому он вернулся сюда"?

Василий: А у меня и не было серьезных попыток заняться музыкальным бизнесом в Америке по двум причинам. Во-первых - я русский автор, а во-вторых, мне просто не нравится физически говорить по-английски. Я говорю на нем, потому что это язык той территории, на которой я живу. Пусть считают, что у меня ничего не получилось. А на самом деле - это мне там ничего не нужно.

Вопрос: А ты пытался писать на английском?

Василий: Нет.

Вопрос: Как, по-твоему, этот язык более музыкален, чем русский?

Василий: Язык сам по себе не виноват. Так получилось, что после всех этих миллионов песен английский язык выхолощен, и как только ты сочиняешь песню, то сразу после первых двух строчек появляются штампы. В Америке прежде всего упор делается на мелодию, поэтому эти самые штампы кочуют из альбома в альбом. В русском же языке все иначе, и как не крути, слова все равно вылезают на первый план. Если мелодия не обламывает, а текст очень хороший, то такая песня может даже стать народной. Вот, например, возьми Высоцкого.

Вопрос: Почему так много времени прошло между твоим отъездом и возвращением как музыканта?

Василий: Я воспринимаю жизнь интуитивно, при этом я не очень большой турист. Мне не интересно приезжать сюда просто посмотреть, как все изменилось. Для меня интерес представляют люди, а они меняются крайне медленно. И те семь лет, пока я отсутствовал, для них очень маленький срок. С другой стороны, я оборудовал свою студию, в которой и записал "Шумовидение", "Тиктонику", альбом с Жанной Агузаровой, "Голливудского Василька", "Русские Поют" с Мамоновым и сделал римейки старых песен ЦЕНТРА, которые буду постепенно выпускать под общим названием "Центромания". На первые пять альбомов уже заключен контракт с "Мороз Рекордз". Они появятся осенью.

Вопрос: В каком составе делаются эти записи?

Василий: Теперешний ЦЕНТР - это такой интегрированный состав, в который входят американцы и русские - некоторые участники прежней группы. Все записывается у меня в Лос-Анджелесе. Звукорежиссер и продюсер - я сам.

Вопрос: Успел ли ты за истекшие семь лет обрасти типично американскими привычками?

Василий: Да, я бросил пить, курить, ежедневно езжу на автомобиле (даже на почту и в магазин за водой), вновь стал играть в хоккей, а спорт - это типичное американское времяпровождение.

Вопрос: Как американцы относятся к тому, что ты сделал их героями своего интерактивного театра?

Василий: Они этот стиль называют социальный критицизм. Американцы понимают, что я над ними измываюсь. А деваться некуда, потому что все это правда. Но там не принято говорить ее в лицо. У нас всех, кто писал столь откровенно рано или поздно сажали. В Америке, я надеюсь, меня не посадят - там есть свобода слова и всякие поправки к конституции.

Вопрос: Появится ли сценическая реализация твоего театра?

Василий: Сценарий готов, спектакль будет называться "Смутное пятно неизвестно чего", а идеальное место для постановки - Москва, потому что в этом городе любят подобного рода вещи. К тому же здесь я познакомился с новым поколением музыкантов, продюсеров, журналистов, которое определяет лицо отечественного шоу-бизнеса. Я понял, что в нынешних условиях у меня есть возможность раскрыться более широко. Попробую представить свое компьютерное искусство, попытаюсь трансформировать свою интернетовскую радиостанцию "Радио Совдеп" в программу на какой-нибудь FM-станции.

Вопрос: Есть ли какие-нибудь необычные музыкальные проекты?

Василий: Есть идея записать "Русские Поют-2" по принципу первого альбома, пригласив к сотрудничеству трех-четырех исполнителей. Причем таких, с которыми в жизни я ничего не имел бы.

Вопрос: Ты много общаешься с компьютером, а не появлялась ли у тебя мысль поэкспериментировать с электронной музыкой?

Василий: У меня есть такой альбом. Я его записал одновременно со "Смутным Пятном Неизвестно Чего". Он называется "Короли Поэзии В Трансе". Я отнесся к нему с точки зрения современной концепции искусства. Была идея сделать альбом, в котором я бы ничего не сочинил и практически сам ничего не записал. Однажды слушал какую-то инструментальную техно-музыку, и мне показалось, что это все-таки песни, но без слов, и в них нет мелодии голоса. И я решил наложить на этот ритм стихи советских поэтов периода хрущевской оттепели. В Лос-Анджелесе мне удалось в одном магазине прикупить сборник поэзии того времени. И когда я стал читать эти стихи и слушать компьютерную музыку, то понял, что они родственны. И то и другое мертвечина. Не потому, что это плохо или хорошо (для меня, в общем, живое и мертвое одно и то же), а просто по фактуре - мертвечина. Партийные поэты пытались писать примитивными рифмами о свободе, о пьянках, о путешествиях. А компьютерная музыка состоит из повтора безжизненных, холодных секвенций. Они подошли друг к другу. Получилась вещь в себе.

Вопрос: Но при выпуске подобной пластинки могут возникнуть проблемы с авторскими правами.

Василий: Я к этому отношусь так: если у меня появляются идеи в искусстве - я их реализую. Для меня вторично, если это идет вразрез с законом. Но здесь все проще. Я всего лишь записал и дал тебе послушать. А разные проблемы будут решать люди, которые решат это издать. Я думаю есть обходные пути, тем более в России все проще.