НАШЕСТВИЕ  Нашествие: Алиса в Закулисье, часть 1.

Дневник фестиваля, транслируемый по телевидению и кропотливо ведомый прессой, был бы неполон без описания того, что происходило в дивной, недосягаемой для простых смертных местности под названием Закулисье. О том, что творилось за сценой в этот weekend - скорбный труд Сони Соколовой в сопровождении фотографий Нади Лебедевой...

"Нашествие" завершилось. Все заготовки отработаны, все таблетки подъедены, все сенсации состоялись, все трупы шоу-бизнеса изъяты из шкафов и продемонстрированы акулам пера. На Звуках вы прочтете отчет обо всем, что творилось в течении 2 дней на Раменском ипподроме.
Однако дневник фестиваля, транслируемый по телевидению и кропотливо ведомый прессой, был бы неполон без описания того, что происходило в дивной, недосягаемой для простых смертных местности под названием Закулисье. О том, что творилось за сценой в этот weekend - мой скорбный труд.

4 августа, суббота.
Бодрые журналисты приезжают стайками на VIP-стоянку за ипподромом. С удивлением обнаруживают там пасущуюся VIP-корову и немедленно начинают упражняться в остроумии, фотографируясь на фоне изумленного животного. Из машин выгружаются музыканты. Половина из них журналистам пока незнакома. Впрочем, как показывают дальнейшие события, с некоторыми лучше было не знакомиться вовсе.
Закулисье очень напоминает пейзаж перед сценой: те же бодрые люди, те же палатки (небольшие синие - мелких артистов, большая белая - пресс-холл, несколько больших - для титанов, еще кучка тентов под пиво).
Вдалеке разогреваются Конец Фильма, на полупустой площадке звук мечется между трибунами, словно сумасшедший мячик на теннисном корте. Слушатели ручейками стягиваются на поле. В клубах пыли приближается машина, из нее, потягиваясь, вылезает Найк Борзов. Телевизионщики заканчивают установку стационарных камер. Краткий миг тишины, которой нам не услышать до самого понедельника.
Конец Фильма начинают свой сет - известный форматный набор: Ночь Одиночество, Желтые Глаза, Шоссе. На закуску исполняют вместе с Башаковым Элис. Публика (вся имеющаяся к этому часу,- тысяч 20) подтягивается к сцене и активно подпевает, тем временем организаторы суетливо приглашают журналистов за кулисы: сразу после сета - пресс-конференция. В этот день музыкантам говорить много не приходится: все еще хотят слушать музыку, и потому задушевных бесед не ведется.
КФ счастливы, всем довольны, им все понравилось, даже провалы со звуком их не смутили. Считают, что Элис - это "такая развращенная гадкая девчонка". На следующий день Башаков (автор кавера) опровергает эту точку зрения, отвечая на мой вопрос: "Элис - это абсолютно святая девочка, такая Белая Богиня. Я в одной из своих последующих песен объясняю, кто такая Элис. Там есть строчка: "И все, кто к ней нашел дорогу, все потому куда-то делись". Потому что и описание совпадает: она говорит на множестве языков, лечит паранойю, ОРЗ и простатит, и не курит!"

МультFильмы, на выступление которых подъехала уже примерно половина народа, решили замаскировать посредственные вокальные данные Егора Тимофеева за многочисленными переодеваниями: музыку загримировали под Rammstein (фактически, проговорили всю песню, глотая строки), а сами прикинулись стайкой мобильников. Егор расточает комплименты журналисткам и страшно доволен собой. Обещает к осени издать новый альбом.

Сид, духовный лидер поп-панк-проекта Приключения Электроников, настроен решительно: прежде всего он загружается пивом, потом сообщает: "Я ничего не понимаю в форматах". Выступление Электроников, тем не менее, вызывает заметный ажиотаж среди "отформатированной" публики.

Борзов отрывается на сцене как может, его порядком навязшая в зубах программа по-прежнему в чести, но для разнообразия добавлены новые вещи: Инфекция и День Как День... впрочем, об этом вы уже и так знаете.

По полю несут огромных размеров фаллос вполне натурального вида. Это декорации к "Матной песне" группы Ногу Свело!. Лидер "Ноги" Макс Покровский и до, и во время, и после выступления обращает на себя максимум внимания разомлевшего от солнца и пива народа: он лицедействует и обещает всем показать "танец на лошади". Вместо танца Макс просто резво проезжается на большом рабочем коне по VIP-зоне и исчезает в клубах пыли. Через несколько минут он попытается гарцевать на оглохшем и охреневшем животном перед сценой. "Чу, смотри: Есенин гулкой ранью проскакал на розовом слоне",- саркастически замечает наш собкор.

Отдельные новички типа Армады, Мертвых Дельфинов или Доктора Александрова вызывают сонливость пополам с раздражением: часть журналистов отправляется за палатки валяться на траве и пить пиво, часть лениво закидывает пришельцев вопросами со скрытым смыслом "А че это вы тут делаете?". Ответы даже скучнее музыки: видно, что продюсеры еще не научили ребят, что говорить и как играть.

После перерыва вступает Сплин. Играет мощно и здорово: многие будут потом вспоминать их сет как лучшее выступление Нашествия. На поле ипподрома организаторы насчитали 100 тысяч человек. Саша Васильев легко "берет" зал, натянув поверх штанов красно-синие трусы со звездами. На вопрос, зачем он это сделал, отвечает: "Эти трусы мне подарили перед выступлением!" На вопрос, счастлив ли он, признается в любви жене: "Я просыпаюсь каждый день рядом со своей женой,- и это счастье! Некоторые говорят, что песни я посвящаю некой Полине. Но я Полине могу еще 20 песен посвятить, а сердце мое отдано Александре."
В разгар конференции со сцены раздается дикий вой: это группе Би-2 запороли звук. Саша мгновенно реагирует: "Там за пультом какие-то вредители сидят, ей-богу! Потому что я свою гитару не слышал, потом голос пропал...". На вопрос Звуков, почему сайт Сплина "25-й кадр" заглох, Саша клятвенно заверяет: "Вот сегодня вернусь с концерта - и обязательно что-нибудь туда положу!". Напоследок лидер Сплина делится сокровенной мечтой: "Я хочу построить корабль",- и уступает слово "родственникам по Феллини".
Би-2 презентуют на Нашествии новую песню Моя Любовь, явно навеянную группой Любэ. На просьбу прокомментировать сей странный факт невозмутимо говорят: "Всегда нужно что-то новое с чем-то сравнивать!" Ставят нас в известность, что клип на их новую песню снимает Виктор Вилкс, о знаменитой истории с Лукашенко рассказывают с воодушевлением, завершают повествование мрочным "Если мы не вернемся с гастролей - значит, нас повязали!". Отвечая на вопрос о трудностях со звуком, Лева рассказывает анекдот:
"Перед выступлением у одной группы пропал барабанщик. Уже на сцену выходить - а его нет. Ну, группа поймала звукотехника, говорит: "ты же все равно весь наш репертуар знаешь - будь другом, замени его, отстучи "двоечку"! Выступление закончилось, группа возвращается в гримерку, а там барабанщик с двумя бабами. Ой, говорит, ребята, я первый раз в жизни слышал нас со стороны - такая x..ня!".

Лидер Неприкасаемых, появляется в палатке прессы, утирая полотенцем обильный пот: только что он чуть не устроил на сцене стриптиз, исполняя песню Крупнова Я остаюсь и Бела, чао!. Завелся сам - заведи другого: зал сходит с ума под Моя бабушка курит трубку, а журналисты уже через несколько минут будут подпрыгивать на стульях, задавая вопросы Сукачеву. Гарик делится наболевшим: "Алкоголизм - это тяжелая изнурительная работа!", рассказывает о планах: "Я собираюсь снимать следующий фильм о любви", а сам, как выяняется, только что приехал со съемок нового фильма.
К месту и не к месту Гарик цитирует группу Ленинград, с которой в последнее время (и на Нашествии тоже) часто выступает вместе. Я интересуюсь:
Звуки- Гарик, в чем причина твоей особой симпатии к группе Ленинград?
Гарик: - Мне это очень легко объяснить. Понимаете, когда в Питере появился Майк Науменко, то многие сразу стали его ненавидеть, а другие - наоборот, стали сразу обожать. Серега Шнуров даже похож чем-то на Майка: я когда на него гляжу, всегда поражаюсь.
И он, и они пришли в музыку с тем языком, которым говорит каждый из нас. И не принесли с этим языком никакой пошлости: они говорят языком настоящего рок-н-ролла. Я надеюсь, что их услышат - это великая группа."

О других командах Сукачев отзывается менее восторженно; даже по любимому Чайфу проходится: "Если они скажут: "пойдем рок играть!" - то я пойду, а если скажут "пойдем водку пить!" - то я в завязке."

Чичерина, как и многие в этот день, включила в свою программу песню из Кинотрибьюта. В конце выступления Юля получает за кулисами тортом по морде. Перед журналистами она предстает, вытирая с лица торт. Делиться тортом отказывается. Рассказывает тем, кто еще не в курсе, о программе "Сто Дней", сообщает, что песни, исполненные на фестивале, были выбраны на сайте методом голосования.

Хандру, как всегда, развеивает Петкун. Посвящает отличную новую песню про каменный мир "отечественному краснознаменному шоу-бизнесу", бодро рапортует: "Группа Танцы Минус лучшая, публика отличная, дождя не было, все за..ись!". Жалуется на состав выступающих, говорит, что не признает половину того, что звучало в этот день. На закономерный вопрос Звуков - "а как бы выглядел фестиваль имени Танцев Минус?",- отвечает: "Это... гм... попить-покурить... А кто бы играл? Найк Борзов, Парабеллум, ЧайФ тоже можно пригласить: они вдали от жен очень удалые парни!"

ЧайФ - герои вечера. Запросто задвинув объявленных хедлайнеров - Арию - со всей их пиротехникой и симфоническим оркестром, народные рокеры держатся отечески просто: прямо на сцене празднуют юбилей совместной игры Шахрин с Бегуновым. "25 лет назад в наш 10-й "Б" класс вошел новый ученик - Володя Бегунов. 25 лет мы на сцене вместе. Мы давно хотели это отпраздновать, как раз искали подходящий концерт. Поздравляем нас!" - радуется Шахрин. Между прочим, для многих зрителей осталось секретом, что свой сет Чайф удлинил аж на 20 незапланированных минут: организаторы попросили потянуть время, пока к своему триумфальному выходу готовилась Ария. Ко всему прочему, группе не дали настроиться. Все это Шахрин под большим секретом рассказывает прессе, попутно отмечая: "Мы не пытаемся молодиться или казаться этакими монстрами рок-н-ролла, надувая щеки. Мы остаемся самими собой." На нашу просьбу охарактеризовать фестиваль он глубокомысленно замечает: "Нашествие - это рок-н-ролльный туризм". C этим утверждением не поспоришь: после выступления Арии все поле превращается в один большой туристический лагерь. Вспыхивают костры, народ укладывается на ночлег. Отдельные экстремалы бродят в ночи, исполняя нетрезвыми голосами особо понравившиеся песни.

Продолжение следует незамедлительно.

07.08.2001, Соня СОКОЛОВА (ЗВУКИ РУ)