Теперь так мало греков в Ленинграде, что в память о них новый альбом Аквариума назван греческой буквой "Пси".
- Будь здорова, Сова.
- Я не чихала, Пух. Я просто сказала: альбом Аквариума "Пси"...
- Ну вот, опять. Будь здорова, Сова.
Будь, Сова, здорова. Долгих тебе, Сова, лет жизни.
Слушай Гребенщикова, Сова, он расскажет тебе, в чем смысл всего этого безобразия. Не прошло и пары-тройки воплощений, как Борис Борисыч открыл для себя и для всех православных мир Японии. Новый, еще лучше. Его "Японский альбом" с греческим названием - тот самый катапуморидако пурпурного цвета с множеством длинных тонких рук, лежащий посреди мира. Альбом этот высовывается из круглой раковины размером в тридцать футов с остриями и гребнями, глаза у этого альбома как бы гнилые, но все еще гребенщиковские; он весь оброс полипами предыдущих гребенщиковских жизней и песен, и, когда всплывает, лежит на воде плоско - наподобие "Равноденствия", распространяя зловоние, прямо как "Снежный лев", и испражняясь белым и звенящим, чтобы приманить рыб, птиц и поклонников. Когда они собираются, хватает их руками без разбора и питается ими. В лунные ночи лежит, колыхаясь на волнах, и размышляет о пучине вод, откуда извергнут. Эх, русский рок, японский бог, - говорит он сам себе.
Размышления эти столь мрачны, что ужасают всех нас, и мы начинаем ругаться - мол, слишком уж похоже на все то, что мы раньше слышали от того же Гребенщикова. А он и не скрывается, заставляя журналистов цитировать слова "Напомни мне, если я пел об этом раньше... и я спою это снова". Ну да, пел. Ну да, споет еще раз. За что и любим. Вон, например, явственно слышен отголосок "Вавилона", а вот в той песенке - эхо "Треугольника", а кому не нравится - может помедитировать на дивном русско-японском римейке "I'm the spy in the house of love", а кому и это не по сердцу - может петь песенку хакера про логин, сына плотника, и пароль, начало начал.
И не надо говорить, что это кощунство: кто же виноват, что мастерство вокальное дает сбор больший, чем знамена веры? Гребенщиков мог назвать альбом "Ю" - предпоследней буквой русского алфавита. Или "Ва" - предпоследней буквой алфавита японского. Но он решил, что предпоследняя буква греческого алфавита здесь пригоднее. Пси. Наверное, психею имел в виду. Душу, то бишь.
Сегодня ночью я смотрю в окно и думаю о том, куда, собственно, зашли мы, уйдя от "Треугольника", "Равноденствия" и "Русского альбома". И от чего мы теперь больше далеки: от православья или дзен-буддизма? И к чему, собственно, мы близки, не к эллинизму же? И не ждет ли нас теперь другая эра? А потом я ставлю альбом Гребенщикова сначала, с самой первой и самой проникновенной песни, и понимаю: нет, другая эра нас, к счастью, не ждет.
Пси спокойно, Сова.
Пси по склону Фудзи, вверх до самых высот. А мы еще по семьсот - и тоже баиньки.