Фри-джазовые концерты в Культурном центре "ДОМ" начинают пользоваться всё большей популярностью. Об аншлаге на октябрьском выступлении саксофониста Кена Вандермарка (Ken Vandermark) и ударника Пола Нильссена-Лава (Paal Nilssen-Love) мы уже писали. Теперь пришёл черёд контрабасиста Уильяма Паркера (William Parker) и ударника Хамида Дрейка (Hamid Drake). На их выступлении 7 февраля все сидячие места были заняты. Зрители толпились вплоть до выхода из зала.

Бас и барабаны ‒ состав инструментов, который кажется недостаточным для полноценной группы. Японская авангардная рок-группа Ruins, состоявшая в своё время из басиста и ударника, не могла обойтись одними инструментами и активно использовала экспрессивный вокал. Басист Трей Ганн (Trey Gunn) и барабанщик Пэт Мастелотто (Pat Mastelotto) в рамках своего прог-дуэта TU не смогли обойтись без сэмплов и ухода в электронное "космическое" звучание. Пожалуй, только в импровизационном джазе бас и барабаны без дополнительных ухищрений могут составить настоящую группу. Паркер и Дрейк это наглядно показали.

Одежда Паркера контрастировала с холодной московской зимой: ярко-красная шапочка, свободная рубаха в сине-оранжевую полоску, фиолетово-зелёные штаны. Дредастый Дрейк вышел на сцену в шлёпанцах, словно только что с солнечного пляжа. Манера его игры оказалась соответствующей ‒ он будто плескался за ударной установкой. Его движения мягки и пластичны. Иногда он нырял вниз, к полу, и, не прекращая играть, быстро менял палочки на щётки или руты. У его ног лежала целая коллекция приспособлений для игры на ударных. Временами он облокачивался на установку, временами буквально на неё ложился ‒ и всё это в рамках музыки, похожей одновременно на своеобразный сидячий танец. В Московской консерватории один из абонементов называется "Богатство тембров фортепиано". Если бы где-нибудь открылся цикл концертов под названием "Богатство тембров ударной установки", то Дрейка следовало бы пригласить для участия в первую очередь. Паркер со звуком экспериментировал меньше и играл, в основном, пальцами. Смычок, обычно используемый им для наиболее жёсткого звучания, вступал в игру редко.

Концерт при этом растянулся на два часа, причём играли музыканты без перерывов, если не считать двух выходов на бис, когда они откладывали инструменты и ненадолго уходили со сцены. Получилось три трека ‒ один длинный и два покороче. Хороший формат для нового концертного альбома (хотя неизвестно, велась ли в данном случае запись). Нечто похожее было на недавнем сольнике Паркера "At Somewhere There" (2010), где после первого трека длиной 48:11 шли два трека поменьше (5:48 и 3:50) Главное впечатление от происходящего: начинает казаться, что эти люди запустили вечный музыкальный двигатель и теперь могут играть бесконечно. Их звуки то сливаются в шаманский танец, то напоминают звук движущегося поезда. Дрейк активно использует тарелки и хай-хэт. Но вот он прекращает играть из-за проблем с ударной установкой. Паркер, весь концерт медитировавший с закрытыми глазами, не утихает и тут ‒ он играет, не открывая глаз, не обращая внимания на происходящее. В этот момент Ольга Дука, один из организаторов концерта, приносит Дрейку сначала клейкую ленту, затем кусачки. Дрейк возится с кусачками и ударной установкой, а Паркер знай себе бубнит свои музыкальные заговоры.

Первый выход на бис разнообразил звучание дуэта ещё больше. Дрейк взял в руки рамочный барабан (frame drum), а Паркер взялся за флейту (предположительно ‒ сякухати). Это была наиболее расслабляющая часть концерта, где Дрейк даже запел. Второй выход на бис продолжил этнографическое путешествие. Дрейк вернулся за ударную установку, а Паркер сменил флейту на некий "рожок" (предположительно ‒ бомбарду). Знатоков творчества Паркера подобная смена инструментов не удивила ‒ на альбомах и концертах он нередко использует разнообразные инструменты, как экзотические (например, кора), так и не очень (например, туба). Знатоки музыкальных инструментов могут попытаться определить, на чём всё-таки Паркер играл в "ДОМе".