Каждый второй разговор о хоть сколько-нибудь заметном новичке сцены, будь то поющая домохозяйка Сьюзен Бойл (Susan Boyle) или маскирующийся под непонятную секту коллектив WU LYF, обречен рано или поздно свестись к обсуждению того, насколько официальная легенда исполнителя соответствует действительности. Но в случае Ланы Дель Рей (Lana Del Rey) споры об аутентичного публичного имиджа перешагивают все разумные пределы. Насколько персонаж с псевдонимом, склеенным из имени Ланы Тернер и автомобильной марки, тождественна урожденной Лиззи Грант (Lizzy Grant)? А если не тождественна, важно ли это? Какими должны быть оптимальные пропорции правды и вымысла в биографии современного поп-исполнителя? Можно ли вообще верить человеку с губами, накачанными силиконом?

За диалогами о качестве пластика и прочности фабричных швов (а "разоблачение" Дель Рей, кажется, тоже было частью большой игры - мне трудно представить, что менеджмент Лиззи Грант без задней мысли состряпал ей настолько хилую легенду, что она разбивается одним постом на Hipsterrunoff) теряется внимание к тому единственному, что только и стоит обсуждать. Выступления и студийные записи. С выступлениями у Дель Рей, мягко говоря, не задалось: ее недавний выход в "Saturday Night Live" на NBC диктор канала назвал "одним из худших за всю историю" программы, и, в общем, небезосновательно. Остается вышедший на днях альбом "Born to Die", и он заслуживает не менее холодного душа.

В течение пятидесяти минут - или шестидесяти, если брать расширенную версию - Лиззи Грант примеривает на себя маски томной дивы родом откуда-то из голливудской эстрады 60-х, благочестивой выпускницы, переживающей проблемы "трудного возраста" (в эти эпизоды она поразительно напоминает певицу МакSим), r'n'b-старлетки, впадающей в искушение взрослой жизни, и скучающей мажорки при деньгах. Это не те образы, которые хорошо стыкуются, тем более когда пересменка происходит прямо по ходу песни: в "Off to the Races", начинающейся как вещь из репертуара покойной Эми Уайнхаус (Amy Winehouse), Дель Рей вдруг переходит на кошачье мурлыканье а-ля Рианна (Rihanna).

Лане очень хочется нравиться соотечественникам: "Born to Die" под завязку набит американской символикой - не говоря уже об обложке титульного сингла. Но консервативные домохозяйки едва ли увидят в ней идеальную дочь, а исполнение национального гимна на съезде республиканской партии автору строчки "Let me fuck you hard in the pouring rain" доверяют нечасто. Даже если "fuck" под давлением общественности потом заменяется на "kiss".

"Born to Die" - образцовый современный поп-альбом, в худшем понимании этих слов: несколько примеров удачного сонграйтинга ("Million Dollar Man", "Video Games") перемежаются в нем толщами перепродюсированной музыки, повторяющихся аранжировок и лирических штампов ("you're no good for me" в "Diet Mountain Dew", там же через пару секунд затертая до дыр рифма "New York City - pretty"). Современный соул, ретроградский и одновременно косящий в сторону модного r'n'b, - та колея, на которой вроде бы решительно невозможно подскользнуться. Но если предшественницы, протоптавшие дорогу для Дель Рей, Адель (Adele) и Уайнхаус, формировали устойчивые образы и столь же цельную музыкальную фактуру, то сама Лана распадается на множество осколков, плохо совместимых друг с другом и потому заставляющих вспомнить популярную фотожабу. Увы, но "Born to Die" звучит как аудиоэквивалент той картинки.

Альбом "Born to Die" вышел 27 января на лейбле "Interscope".