Дети Picasso за годы существования успели отыграть на совершенно разных площадках Петербурга. На этот раз они появились в "Цоколе", клубе небольшом, видимо, поэтому к концу концерта там сложилась совершенно невероятная обстановка.

У Детей всегда проявлялся дуализм мышления. Сначала они были группой, которая одновременно крутилась на радио и экспериментировала. Потом превратилась в коллектив, играющий нуаровый арт-рок пополам с этно. Потом еще и в Будапешт переехали, хоть и не стали петь ни на английском, ни на венгерском…
А теперь они даже один и тот же материал записали дважды. Вторую версию под названием "Кай", изданную на флэшках, москвичи раскупили за день до Питера. Так что вокалиста Гаянэ Арутюнян лишь смогла обнадежить зрителей, что на "массовом" диске "Герда" есть ссылка на него. Покупайте, переписывайте адрес, качайте.

Группа хорошеет с каждым годом. Даже не музыкально, а чисто визуально. Шоу строится зачастую уже не на одной эмоциональной певице, но и на ее взаимодействии с альтисткой Эллиной Хачатурян – а под горячую руку попадают и остальные. На микрофоне висит гирлянда, Гая пляшет в дизайнерском красном платье, над головой барабанщика Богдана Боброва, также недавно записавшего пластинку, красуется голова плюшевого оленя. После продолжительного сета из "фоновой" музыки, куда попал и Einstürzende Neubauten (как бы намек на коллаборатора Александра Хаке), и армянский фьюжн, группа выходит с песней "Мария" - она исполняется исключительно под гитару Карена Арутюняна.
Далее – ключевая для диска театральная песня "Кукла". ДП поступили очень мудро, разместив предварительно четыре композиции в разных Интернет-изданиях - так сложилась система из треков-меток. Скажем, с большим восторгом принимается "Норвежская рыба", в которой басист Арпад Вайдович (Arpad Vajdovich) играет на "Микрокорге" вокалистки, Карен демонстрирует техники тейпинга и владения электронным смычком.

Но материал в целом не так мил, как этот модный зонг. Возможно, лучше всего материал характеризует песня "Я ожидаю знака" с панковскими заездами. А также "Марионетка", где Хачатурян изображает экзальтированную пианистку-аккомпаниатора, а Гаянэ – манерную звезду. Из зала кричат, что надо петь "в ряду", а не "в ряде" - "Придется теперь всю пластинку переписывать!". Дети всегда любили поэзию Серебряного века и вообще приметы того времени, и на этот раз все их симпатии сложились воедино. А тяжелые аранжировки, при всей многосоставности, производят даже лучшее впечатление, чем аналогичные пробы ранее, когда группу иногда заносило в вычурную психоделику. Что касается старого материала, то здесь квинтет не ограничивается старыми аранжировками. "Щекотала" играется с детскими клавишами, пропущенными через гитарные звукосниматели. Интро "Глубины" почти полностью забито голосящим-танцующим радио. Публика, между тем, требует армянский материал, хотя он в сетлисте не заявлен.

Однако он звучит. Потому что на сцену несут ромашки ("Мои любимые цветы!"), дарятся подарки, выкрикиваются слова любви и обожания, словом, группа тает и млеет. И после "Будды" и "Заговора" на бис играются народные песни – причем через две песни почти вся группа уходит, потому что рискует опоздать на поезд, а раскрасневшаяся Гаянэ исполняет а капелла отрывок из "Нинарэ" - и Бобров даже решается ей немного подыграть. Потом она зал просит изобразить армянский хор, тот берет совершенно непонятную ноту – "нет, лучше не надо". Компромиссом становится "Им гала" - и почти все эти слова поют – получается лучше, чем на пластинке, изданной уже 8 лет назад. Помнится, тогда я впервые видел эту группу. Они, в принципе, капельки не изменились. Качество и эмоции. Очевидно, что сейчас Дети Пикассо для российской независимой музыки – как Бродский для поэзии. Осталось лишь пронаблюдать, как альбом оценит Европа.