Питер Гэбриел (Peter Gabriel) – кажется, последний на свете артист, на концерте которого я безуспешно мечтал побывать с позапрошлого десятилетия; даже преодолев расстояния и поборов солд-ауты, я раз за разом натыкался на что-нибудь непредвиденное (скажем, отмену шоу), не говоря уже о том, что выступает маэстро, мягко говоря, нерегулярно. Тем колоссальнее был мой восторг, когда в элитную компанию площадок, принимавших весенний The New Blood Tour прародителя арт-рока (6 городов и 10 концертов, честно поделенных между Европой и Северной Америкой), вдруг взял да и попал Монреаль.

Монреалю (а также Нью-Йорку, Лондону и Парижу) подфартило аж дважды, но надо же было такому случиться, что как минимум в день первого из концертов моему городу и его главному стадиону Bell Centre было слегка не до Гэбриела. Штука в том, что местные Canadiens, домашние игры которых проходят как раз под сводами Bell Centre, играли в Вашингтоне седьмой, решающий матч за выход во второй раунд хоккейного Кубка Стэнли. По-видимому, даже почтенный английский джентльмен Питер Брайан Гэбриел слышал о том, что в Монреале Canadiens в буквальном смысле популярнее Иисуса Христа, поэтому на сцену он вышел со словами: “Добрый вечер. Счет – 1:0”.

The New Blood Tour – готовившееся долго и тщательно шоу в поддержку недавней пластинки Гэбриела “Scratch My Back”, первой части взаимовыгодного обмена песнями между Питером и его любимыми авторами (в диапазоне от Лу Рида до Bon Iver). Чтобы сыграть записанные им 12 кавер-версий (и кое-что из собственной классики) живьем, Гэбриел нанял 60-головый оркестр и заказал дорогущий продакшн – по всем законам природы закапризничавший приблизительно за полчаса до начала концерта. Которое и так всячески оттягивалось – поделившись спортивными новостями, Питер позвал на сцену девушку с гитарой, оказавшуюся норвежкой Ане Брун (Ane Brun) и спевшую пару неплохих песен собственного сочинения (по словам соседа, летавшего на концерт Гэбриела в Берлин, это выглядело экспромтом – в Европе никакого разогрева не было).

Говоря по правде, идея услышать живьем именно “Scratch My Back”, да еще и от первой до последней ноты, вызывала некоторый скепсис и у меня, и у многих из соседей (при всем уважении к Гэбриелу и его любимым авторам, добрая половина альбома – невероятное, космическое занудство). Но по тому, с каким чувством Питер пел чужие песни, стало ясно, что в этот проект он вложил не только талант с опытом, но и душу. И как-то вдруг оказалось, что “Heroes” Дэвида Боуи (David Bowie) или “Listening Wind” Talking Heads в его исполнении слушать интересно безо всякого оригинального видеоряда и прочих ссылок на первоисточники; как и полагается большому артисту, эти песни Гэбриел себе уверенно присвоил.

Экраны заработали песне на шестой, успев проиллюстрировать самое важное. Самый симпатичный видеоряд оказался у “The Book of Love” The Magnetic Fields, самую бурную реакцию зала вызвали по понятным причинам “My Body Is a Cage” Arcade Fire и “Philadelphia” Нила Янга (Neil Young), ну а безоговорочно лучшим номером первого отделения стала, как и на пластинке, “Apres moi”. Именно песня Регины Спектор (Regina Spektor) впервые за вечер напомнила, что этот седобородый дяденька в черном балахоне – не только музыкальный революционер или там успешный хитмейкер, но и вполне выдающийся певец. Представление “Scratch My Back” завершилось практически одновременно с хоккеем – победный вопль обладателей смартфонов в зале и болельщиков в фойе раздался в самый драматичный и ответственный момент, прямо перед словами “Immerse your soul in love” в “Street Spirit” Radiohead.

О том, что было после антракта, можно рассказывать исключительно в восторженных тонах – следующие полтора часа счастья разделили и верные болельщики Canadiens, и старинные фанаты Гэбриела, и неофиты (о’кей – последних в Bell Centre, пожалуй, не было). Не подкачал ни выбор песен – “San Jacinto”, “Digging in the Dirt”, “In Your Eyes”, “Signal to Noise”, ни их аранжировки (особенно, понятное дело, удались баллады вроде “Mercy Street”), ни собственно исполнение.

Оркестр звучал твердо и чисто, а дамы на подпевках (дочь Гэбриела Мелани и уже упоминавшаяся Брун) демонстрировали не только вокальные данные, но и стальные нервы - особенно норвежка, которой досталась каноническая партия Кейт Буш (Kate Bush) в “Don’t Give Up”. Ну а Гэбриел – Гэбриел пел как бог, не скупился на приятные сюрпризы (“The Rhythm of the Heat”, “Washing of the Water”), а на “Solsbury Hill” и вовсе пустился в пляс, подняв, наконец, отчаянно пытавшихся соответствовать заявленному формату зрителей на ноги. Последнюю ноту образцового концерта оркестр взял без Гэбриела – ею стал фрагмент саундтрека “OVO”, в свое время, точно как “Scratch My Back” в 2010-м, вернувшего Питера в бизнес после восьмилетнего отсутствия. Некоторые определенно стоят того, чтобы их ждать – и дождаться.