Вежливый Отказ, самый неуловимый коллектив из всей волны герметичного русского рока 80-х, готовится представить столичной публике необычную программу, разом перечеркивающую все разговоры о том, что нынешние выступления - это лишь "попытка реанимировать группу". Если уж что и попытаются воскресить участники коллектива, так это смелость и нестандартность музыкальных решений, чуткое понимание собственных корней, великолепную техническую подготовку,- словом, все то, что так редко встречается в отечественной музыке, а уж вместе - почти никогда. Новая программа ВО так и называется "не вместе" или же Nichtzusammen, а программа концерта в ЦДХ дополнена внушительной подборкой редко исполняемых произведений русских композиторов: Игоря Стравинского и Александра Мосолова.
В отличие от многих мнимых (все-таки единство во времени и месте - не лучший повод для обобщений) соратников, ВО и по сей день продолжают стоять в стороне от традиционного понимания рока. Более того, за почти четверть века существования, их гибкая и подвижная трактовка (если не сказать трактат) не успела потерять самобытности. Напротив, в сторону Вежливого Отказа с их редкими вылазками в столицу и еще более редким обновлением списка работ стоит всматриваться также пристально, как прежде опытные моряки смотрели на медленно идущие волны: как раз невысокие и неторопливые колебания вод зачастую предвозвещают сокрушительный шторм. Команду под предводительством Романа Суслова и вправду сложно упрекнуть в активной деятельности: с конца девяностых коллектив максимально сократил свое присутствие в столичной клубной жизни, а лидер группы предпочел частые выступления делам своего коннозаводческого хозяйства. Удивительно, но пока другие некогда остро вглядывающиеся вдаль музыканты все больше превращаются в законченных ретроградов, опирающихся исключительно на ностальгические чувства слушателей, Вежливый Отказ развивается так непредсказуемо и интересно, что многим шумным и амбициозным музыкантам стоило бы у них поучиться.

Отличительной чертой Отказа всегда было то жизненное рвение, которое не давало группе застревать на одном месте - беспрестанно отсекая лишние куски песенной породы, рано или поздно музыканты должны были дойти до целиком инструментальной музыки, и, кажется, максимально к ней приблизились. Сложные ритмы, расширенный инструментальный состав, очевидные влияния джаза, академического авангарда и непростого фолка, использование фонем вместо прежних, глубоких и остроумных текстов - вот, что представлял собой Вежливый Отказ до последнего момента. Узнав, что 29 мая в ЦДХ планируется совместный концерт ВО и необычного "оркестра без дирижера" Персимфанс, реконструирующего и расширяющего наследие советского авангардного движения 20х годов, мы поспешили узнать, что же происходит сейчас с Вежливым Отказом.
С этой намерением мы отправились на репетиционную базу ВО, где послушали несколько новых композиций и побеседовали с участниками группы. Но для начала, сами новые вещи:

Действительно, в записи все звучит далеко не так впечатляюще (диалог между голосом Суслова и трубой Андрея Соловьева в Мы победим! и вовсе как-то смялся), но если в пятницу в ЦДХ все будет именно так - это тоже правильно.
Мне не раз доводилось присутствовать на различных репетициях, но чтобы вот так, почти что на физическом уровне, ощущать заряд удовольствия и энергии, получаемого музыкантами от своего дела - никогда. Даже прерываясь ежеминутно с целью решить, как лучше расставить акценты в той или иной композиции, участники Вежливого Отказа, сами того не замечая, заставляют им сопереживать и остро реагировать на каждую перемену в еще не готовых песнях. Наверное, так себя чувствуют люди с замиранием, наблюдающие как уличный художник пишет их портрет. Сам же Суслов меняет песни буквально на ходу: вот он парой росчерков ручки преображает ключевую строчку стихов, а вместе с тем и название. А вот, не раздумывая, одним жестом руки направляет коллег в правильное русло и тем самым преображает уже казалось бы готовое произведение. Следить за этим живым развитием только увлекательнее, если понимать, что подобный цикл мутаций происходит от концерта к концерту. Сами же новинки крайне любопытны и по большей части доступны даже неподготовленному слушателю. На первое место в них выходит не поток бессодержательных фонем, а яркие и отчетливые образы, запечатленные в удачных стихах Аркадия Семенова. С ним Роман последний раз сотрудничал в ходе работы над альбомом Коса на камень.
Вежливый Отказ умудряется совмещать несовместимое: героизм с очевидной иронией, как в случае с новой военной программой Суслова, хитросплетенные символы, составляющие тексты Семенова с прямой и честной подачей. Кроме того - состав у Вежливого Отказа подбирается удивительный, родом словно из самой ранней поры. Несколько лет назад к группе присоединился скрипач Сергей Рыженко, участвовавший в записи легендарного белого альбома Отказа, выпущенного фирмой Мелодия в 1989 г., а с начала десятилетия с коллективом стал вместе играть и выдающийся композитор и пианист Павел Карманов. Тот неожиданный и от того еще более ценный этап в жизни группы, начавшийся с первых представлений Nichtzusammen в камерной обстановке Культурного Центра Дом, все меньше похож на алхимический эксперимент, и все больше - на естественный для группы путь развития. То, что будет происходить 29 мая в ЦДХ - это лишь разминка перед полномасштабной презентацией Вежливого Отказа осенью, но это тот самый случай, когда понимание настоящего группы, важнее любых прогнозов на будущее. Но, пожалуй, главное - это то биение, которое можно ощутить в любой вещи, в любом событии в жизни группы: сами не ведая, "отказовцы" складывают из собственной истории подлинную поэму, где каждый эпизод обширной истории ВО рифмуется с множеством явлений, окружающих команду. Так, Nichtzusammen - это слова, по преданию, брошенные напоследок незадачливым оркестрантам Гербертом фон Караяном, отчаявшимся заставить музыкантов вступить одновременно. В то же время и Персимфанс, как задумка, как порождение двадцатых годов прошлого века - это же именно оркестр с ушедшим дирижером, ну а сама тема ухода, покидания явно проступает в творчестве ВО и в поступках участниках группы. Кроме того, на афише московского концерта изображен убегающий прочь Лев Толстой, что еще сильнее затягивает и без того тугой смысловой узел. Впрочем, автор иллюстрации не знал о существовании у Отказа песни Писатель со следующими словами: "Лев Николаевич Толстой, убегай и не стой". А если еще учесть, что Мосолов это очевидный прототип Андрея Урусова, героя "Аномалии Камлаева" - самой значительной попытки свести в одну точку музыку и литературу за последние бог весть сколько лет: Впрочем, довольно догадок, ссылок, подтекстов и символов. Стоит предоставить слово самим участникам этой истории:

Звуки.RU: Вы не находите, что ваш отход от музыки только привлек внимание к Вежливому Отказу и в чем-то сослужил ему плохую службу? Создается ощущение, что именно эта история последние пять лет поддерживала атмосферу вокруг группы, придавая ей определенный романтический шарм и обаяние легенды. Наверняка, вы не ставили себе это целью, но, тем не менее, так уж вышло в итоге: подрастающее поколение усваивает музыку ВО именно через образ фронтмена, сбежавшего от суеты на природу, к собственному хозяйству. Вас самих такое положение устраивает?
Роман Суслов: Уехал-то то я в 1990 году, что уж там происходило в последние пять лет, я не знаю, меня мало заботит благоустройство группы и сплетни вокруг моего проживания в деревне, я лишь несу некоторую ответственность перед музыкантами ВО, которые честно ждали то моих новых вещей, то моего возвращения. Устраивает меня то, что я могу, проживая на природе играть иногда с верными товарищами живую интересную нам музыку в городе.

Звуки.RU: Обычно человек принимает какое-то резкое решение, когда видит что-то неминуемое в ближайшем будущем. Что вы увидели такого, что заставило вас отказаться от тогдашней деятельности, в пользу коннозаводческого предприятия? И как по-вашему сложилась бы история Вежливого Отказа, если бы удержались от этого решения?
Роман: ВО стоит в стороне от музыкального рынка, и эта позиция занята им в силу специфического моего отношения и отношения моих подельников к музкомерции. Не думаю, что мой отъезд сильно повлиял на естественный для Вежливого Отказа ход событий.

Звуки.RU: Вы прежде мотивировали свой отход от музыки тем, что в начале 90х вам надоело выступать с Вежливым Отказом по кабакам. Неужели впрямь в таких заведениях приходилось петь?
Роман: Да, так и было. Одно время шли концерты, и все в кабаках и по триста долларов. В конце концов все это стало невозможно совершенно. Там люди за одним столом наедали на большую сумму, наверное. Да и сама обстановка гнетущая, одно и тоже. Из нашей привычной аудитории на такие мероприятия заглядывало человек пять-десять соболезнующих. Да и их можно понять, нам-то работать нужно, а им ходить по подобным местам было не особо удобно.

Звуки.RU: 29 мая вы будете играть вместе с Персимфансом, удивительным оркестром без дирижера. На сайте ВО обещана даже коллаборация между участниками двух коллективов. А у вас есть какая-то общая платформа с ними, из-за которой и стал возможен концерт?
Роман: Нет, абсолютно никакой. Вот просто взяли и решили вместе сыграть. Ну и вообще, идея-то не моя, меня попросили, вот я и играю. Единственная платформа, на которой все это стоит - это наш престарелый энтузиазм. Нам всем в кайф что-то придумывать, воплощать это в жизнь.

Звуки.RU: Вы перед каждым выступлением говорите, что вас долго упрашивали, но, тем не менее, все равно даете концерты. Как так?
Роман: А вот так и получается. Меня Слава Недеогло (давний товарищ и по совместительству директор Вежливого Отказа - прим. Звуков.RU) четыре года упрашивал устроить такой концерт.

Звуки.RU: А ЦДХ для вас - это комфортная площадка?
Роман: Странная. Она отвратительная по звуку, и хоть говорят, что сейчас там стало лучше, я этому не очень верю. Но, в тоже время, играть там всегда было приятно. Мы прежде много раз там играли (последний концерт группы в ЦДХ состоялся в 1997 г. - прим. Звуков.RU), и каждый раз нам нравилось. Так что, наши эмоции на сцене и те, что будут испытывать зрители, могут отличаться - ведь кто его знает, что из зала там слышно.

Звуки.RU: Вы эту программу довольно давно уже играете, еще в прошлом году было выступление в Культурном центре Дом с новыми вещами. Но все равно до полномасштабной презентации еще далеко, пока она намечена только на осень. Почему так долго созревает Nichtzusammen?
Роман: Она в целом еще не готова и не состоялась как некая программа. Мы пробуем разные варианты, и в этом смысле концерт с Персимфансом - это тоже еще одна проба, ведь участники оркестра тоже будут играть в нашем составе. Со времен концерта в Доме, многое успело поменяться, как и в самих песнях, так и в состоянии группы.

Звуки.RU: Вы как-то сказали, что сейчас, стоит хоть ненадолго включить радио, как сразу создается впечатление, что музыкальная обстановка в стране самая тяжелая, беспросветная даже. Понятно, что вряд ли с тех пор что-то кардинально изменилось. Вопрос в другом - может ли вообще что-то измениться?
Роман: Я думаю, что нет. Это очень долгая тема, но этот тупик он не только музыкальный. Музыка - это всего лишь культурная "отрыжка" общества. Все перешло в сферу обслуживания. Полная труба!

Звуки.RU: Есть информация, что одна из новых песен будет звучать на радио. Странно, ведь вы сами утверждаете, что на радио ничего хорошего нет и быть не может. Или же вы придерживаетесь мнения, что "брильянт может и кучу нечистот сделать пригляднее"?
Роман: Ну, прозвучит разок наша провокация и что? Я то говорил об устойчивой картине Хрюшек и Степашек.

Звуки.RU: Создается впечатление, что силу и энергию вашего звучания крайне тяжело удержать в записи. Вот и две новых записанных песни (даже учитывая, что это демо-записи), сильно отличаются от того, что звучало на репетициях, причем не в лучшую сторону. В чем причина? Люди, посещавшие ваши концерты еще в начале 90х, утверждают схожие вещи: на концертах все звучит убедительнее, чем на альбомах. Проблема в недостатке профессионалов, способных хорошо записывать нужную музыку, или же это по каким-то другим причинам так складывается?
Роман: Свойственное всем в этой стране отсутствие профессионализма, и особенно в звуковой культуре, делает невозможной живую запись живой музыки. С последними записями не так все плохо, мне кажется. По крайней мере, звук близок к желаемому, да и сыграно не тупо, а весело.

Звуки.RU: Вы сейчас решили вновь попробовать сотрудничество с Аркадием Семеновым (автором текстов к одним их наиболее известных песен группы - "Эй!", "Портрет", "Встречное движение" и др.). Это первое ваше с ним сотрудничество за последние тринадцать лет. Как так получилось?
Роман: Мы взяли несколько его текстов в качестве эксперимента, так как мы с ним очень давно не общались, и мне стало интересно, что он сейчас делает. Прежде у нас с ним было много удачных совпадений (например, музыка и текст к песне "Эй!", написанные авторами без ведома друг друга в один и тот же вечер, идеально легли друг на друга - прим. Звуков.RU), и мне кажется, что один из его новых текстов - это тоже такое меткое попадание. По сути, эта вещь из серии рок-н-роллов, которые Аркадий написал для моей армейской программы, но впервые он прозвучит именно в этой. А так, у нас еще планируется шесть песен про войну, которые мы будем играть отдельно.

Звуки.RU: Вообще, похоже, что Вежливый Отказ по-своему, и в хорошем смысле пошел вспять: в композициях опять звучит множество инструментов, сами песни обретают слова, да еще и написанные Аркадием Семеновым: Вы можете как-то объяснить это движение?
Роман: Я всегда писал песни, никаких вспять. Слова во многих местах уместны, а иногда необходимы. С последней программой.. было много попыток что-то написать, но никто из текстовиков не попадал, что-то я писал сам, что-то заменял звуками. Дал попробовать Аркадию. Что-то совпало. Рабочий процесс.

Звуки.RU: А почему на афишах грядущего концерта изображен Лев Толстой? Какую-то не вполне объяснимую окраску это придает истории Вежливого Отказа.
Роман: Этот "сваливающий Толстой" - идея Владимира Сорокина... Так, что это вы лучше у него спросите.

Дмитрий Шумилов (Роману): Он кстати звонил недавно. Просил два билета на концерт.
Роман: Кто, Лев Николаевич?

Сергей Рыженко: Толстого - в кассу. Пусть билеты покупает! А Сорокина мы и так пропустим. (все смеются)

Звуки.RU: Вы сейчас что-то собираетесь записывать?
Роман: Да, опять меня вынуждают. Но это к альбому отношения иметь не будет. У нас была одна такая ошибка с Геранью, что мы писали его двумя сессиями и, в результате, они так толком и не состыковались.

Звуки.RU: А как хозяйство-то идет? Раньше, вы помнится, говорили, что "музыка будет зимой, а летом только лошади", а сейчас как-то все по-другому cкладывается. Это отчего?
Роман: Мы сейчас дербаним там все: продаем часть лошадей, сокращаем поголовье, возвращаем долги. Там сплошные перемены, и музыка теперь будет и летом. Но коней на мясо мы не сдаем!

Звуки.RU: Олег Нестеров утверждает, что на природе, в спокойном и лишенном городского мельтешения состоянии гораздо легче сочинять новую музыку, она сама приходит в голову, освобожденную от досадных мелочей. А в вашем случае так ли это? Герань, например, ведь была же сочинена именно за городом? Есть ли что-нибудь особенное в этом, какое-то новое чувство, которые вы вкладываете в музыку?
Роман: Последние опусы написаны в деревне, в то время, когда мне удавалось оставаться совершенно одному. Особенного ничего нет, просто разреженность вокруг создает будоражащую напряженность внутри, требующую выхода.

Звуки.RU: А в сегодняшнем состоянии Вежливого отказа, у вас еще есть желание играть старые вещи?
Роман: Ну а куда от них денешься? Да и самим-то тоже иногда до слюней хочется взять гитару и запеть что-нибудь старое, душевное. Я некоторые песни из старого репертуара действительно очень люблю и всегда готов их исполнять. Но бывает, что некоторые композиции просто до отвращения надоедают.

Звуки.RU: И что вы делаете в таких случаях?
Роман: Уезжаю в деревню на три года и ничего не делаю. Может быть, это опять потом произойдет.

Вежливый отказ
Центральный Дом Художника
29 мая, начало в 20.00.