Tom WAITS  Огульные засады в Варшаве

Когда я узнал, что самой восточной точкой европейского турне Тома Уэйтса (Tom Waits) "Встань позади мула" (Get behind the mule tour) будет Варшава, и что московская фирма берется за 315 долларов...

Когда я узнал, что самой восточной точкой европейского турне Тома Уэйтса (Tom Waits) "Встань позади мула" (Get behind the mule tour) будет Варшава, и что московская фирма берется за 315 долларов организовать все от начала до конца - ваучеры, билеты, гостиницу, поезд, - мы с подругой решили: why бы not?

Не сказать, чтоб мы оба были истыми поклонниками этого странного, не укладывающегося ни в какие жанры (или точнее - создавшего свой уникальный жанр) музыканта. Но так уж сложилось: раннее лето, мы еще не ездили вместе за границу, а главное - этот тонкий сквознячок путешествий, раздувающий в мае надкрылья не только майским жукам.

25 мая на вокзале выяснилось, что таких "майских жуков" - большинство. Из нашей группы в 20 человек только один крупногабаритный парень (судя по ежику на голове, второму подбородку и жене - обыкновенный коммерсант) оказался бескорыстным фанатом Уэйтса, знающим наизусть все песни и периоды его творчества. Остальных - музыкальных журналистов и просто репортеров, взрослых девушек в черных джинсах и черных футболках (обычно такие работают в продюсерских фирмах) - явно подхватил в Варшаву тот же самый сквознячок.

Нет - всем, конечно, очень нравился Уэйтс. Но что интересно: за всю дорогу о нём не было сказано ни слова. Никто не строил догадок: споет ли он такую песню? А такую?

По приезде нам вручили билеты на концерт (они стоили в середину партера 250 злотых, т.е. около 50 долларов) - и я с удовольствием прочитал на его обратной стороне: "огульне засады организацийне:". Не знаю, что означает сие по-польски (нечто вроде "правила поведения на концерте:"), но уместность их я испытал на собственной шкуре: организационные засады действительно оказались совершенно огульными.

Еще в Москве, перед отъездом, стало известно, что Уэйтс ни с того ни с сего отменил запланированную пресс-конференцию. Просто отменил - и все. А я-то столько хлопотал об аккредитации! Так и пропал мой заготовленный "хитрый" вопрос: действительно ли мистер Уэйтс полагает, что та чадная балканская цыганщина с альбома "The Black Rider", названная им "Russian Dance", является русским танцем?

I want to take you
Out to the fair
Here's a red rose
Ribbon for your hair

I'll shoot the moon
Right out of the sky
For you baby
I'll shoot the moon
For you

Правда, перед самым концертом нам сообщили, что в качестве огромного одолжения фотокорреспондентам будет разрешено снимать. Но как! Нас выстроили в служебном коридоре и предупредили, что запустят на две первые песни.
За пределы указанного места (оказавшегося метрах в 20-ти от сцены) не выходить, ничего, кроме сцены, не снимать, вспышками не пользоваться. Матерые фотокоры с насаженными на "Никоны" и "Лейки" телескопами - и те впали в ступор. Я тоже приуныл - и, как выяснилось, не зря: при всей этой кромешной тьме - никакой фантазии, игры с ракурсами, планами не допускалось: все, что было можно - просто встать навытяжку, отстрелять побольше скучных кадров из одной позиции и убраться восвояси. Что мне из подобной безнадеги удалось вытянуть - судите сами. Но даже на темном снимке видно, какой это матерый человечище...

Необычность варшавского концерта была задана изначально. Действо происходило во Дворце Культуры, а дворец этот, если кто не знает - единственная сталинская высотка, воздвигнутая вне Москвы (если не считать отдаленно похожего здания в Риге). Причем одна из самых громадных и самых красивых.

До сих пор так глубоко на восток Европы Уэйтсу забираться еще не приходилось - и уж наверняка нечасто выпадало выступать в залах тоталитарного стиля - с круглым амфитеатром, лепным потолком-раковиной, канделябрами и колоннами с завитушками. Впрочем, и зал, громадный, на две с половиной тысячи мест (москвичи могут составить представление о нём по залу Театра Российской армии) сочетался с Уэйтсом довольно странно. Концерт начался с большим опозданием, вместо объявленных девяти часов - почти в десять, и у зрителей (а зал был, естественно, переполнен) хватило времени обо всем этом поразмышлять.

Но вот погас свет - и музыканты урезали первый жестокий блюз. И на квадратном помосте возник и осыпал новогодними блестками басиста тот, ради кого все эти люди собрались. Отступили в темноту все засады - и осталось одно: чувство соприкосновения с незаурядной личностью. Чувство, ради которого мы и ходим за немалые деньги на выступления и выставки мировых звезд - и которое, увы, возникает далеко не на каждом шоу подобного рода.

Маэстро хрипел и извивался; ковылял, скособочившись, по площадке, похожей на боксерский ринг - и, неистово вбивая пятками в пол четвертые доли своих вязких блюзов, словно пригвождал сердца варшавской публики к этой сцене навсегда.

Поляки же показали себя продвинутой публикой и "истинными европейцами": узнавали песни по первым тактам (невзирая на не-альбомные аранжировки), рядами вставали на аплодисменты и рядами же садились с началом очередной песни. Мне поразило, как дружно они смеялись на англоязычную пургу, которую гнал между песнями Том.

"Ох! Когда еще мы доживем до такой публики?!.." - вздыхала девушка Ольга из доставившей нас в Варшаву фирмы "Медиаполис".

После концерта у нас оставалось еще полтора дня. Мы с подругой провели их в парке Лазенки - летнем дворце короля Яна Собеского и нынешних апартаментах польского президента. Мы валялись на травке и любовались павлинами, которые устроили себе променад меж колонн XVII века. На музеи, галереи и магазины - обычный кошмар туриста в любом европейском городе - ни сил, ни желания уже не осталось. Главное, ради чего мы приехали, уже было сделано, и знакомство со страной состоялось: эти два часа под сводами варшавского ДК, построенного руками советских рабочих, сблизили нас с поляками больше, чем если б я месяц рыскал по всей стране в поисках неопубликованных сонетов Мицкевича.

Уже перед самым концертом двое ребят из нашей группы рассказали историю, которую я бы принял за байку, не произойди она только что. Гуляя по площади перед ДК, ребята наткнулись на литературное кафе, а в нем - еще на двух русских, которые и рассказали, что прямо сюда только что заходил сам Том Уэйтс. Наши люди, к их чести, не растерялись и спросили у него, когда же он соберется в Россию. Уэйтс в ответ только плечами пожал - а зачем?

И в самом деле - зачем? Такие люди, как Уэйтс, сродни Магомету: горы сами придут к ним. Чего суетиться?

A vulture circles
Over your head
For you baby
I'll be the flowers
After you're dead
For you baby

I want to build
A nest in your hair
I want to kiss you...
And never be there.

...Практически в каждом крупном городе Европы есть свой классический, джаз- или рок-фестиваль, или же через него пролегает гастрольный маршрут звезды, на которую вы не прочь сходить. Подгадайте под это свою поездку. Не пожалеете, уверяю вас: музыкальные путешествия - совершенно особый деликатес.


31.12.1999, Дед ЗВУКАРЬ (ЗВУКИ РУ)

Tom WAITS

Дата рождения:

7 декабря 1949