Laurie ANDERSON  В начале было Слово.

В конце 80-х годов ее острые, бескомпромиссные вещи стали открытием для многих из нас. Все эти годы мы слышали и иногда наблюдали кусочки ее знаменитых перформансов. И вот - новость: мы увидим живое выступление гуру пост-модернизма. Мы разговариваем с Лори Андерсон накануне ее визита в Москву, и я воспринимаю этот диалог примерно так же, как если бы со мной заговорил со страниц старой книги любимый персонаж.

Несколько лет назад, рассказывая на Звуках о великой Лори Андерсон (Laura Phillips Anderson), я загадывала для себя: сколько лет пройдет, прежде чем этот уникальный композитор посетит Россию? Да и случится ли такое - концерт человека, во многом благодаря которому я научилась слушать серьезную музыку?
В конце 80-х годов ее острые, бескомпромиссные вещи стали открытием для многих из нас. Все эти годы мы слышали и иногда наблюдали кусочки ее знаменитых перформансов. И вот - новость: в честь 20-летия уважаемой концертной компании FeeLee, не раз баловавшей нас гастролями поистине замечательных групп и музыкантов, мы увидим живое выступление гуру пост-модернизма. В райдере у нее - 100 свечей, в текстах - грусть, в интонациях - тепло и мягкость. Мы разговариваем с Лори Андерсон накануне ее визита в Москву, и я воспринимаю этот диалог примерно так же, как если бы со мной заговорил со страниц старой книги любимый персонаж.

Звуки.Ru: - Лори, я часто слышала и читала, что Вашу музыку невозможно воспринимать отдельно от визуальной составляющей перформансов. Однако в свое время на меня очень сильное впечатление произвела Ваша песня-катастрофа "In The Air". После того, как Вы спокойным голосом сообщили "Ladies and gentlemen, we are about to attempt a crash landing", я, будучи человеком впечатлительным, некоторое время боялась летать.

Лори Андерсон: - Мне очень неловко, что Вы так пострадали из-за меня.

Звуки.Ru: - Ну, это было даже кстати. Считаете ли Вы, что Ваши работы лучше воспринимаются в комплексе - как сложное видео- и аудио полотно? Или человек, который никогда не видел Вас на сцене, все равно найдет там что-то для себя?

Лори: - Для кого-то, возможно, видеоряд является необходимым, но для меня он никогда не был обязательным. Мой новый альбом 'Homeland' вообще весь построен на неких историях. Я всерьез полагаю, что зачастую видео-шоу становится слишком масштабным и вообще избыточным. И в моем новом шоу Homeland практически нет видео-проекций, вообще никаких картин.

Звуки.Ru: - Что, вообще никакого изобразительного ряда?

Лори: - Вообще.

Звуки.Ru: - Ничего себе. Для наших это будет сюрпризом, они-то ожидают картинок. На 'Life On A String' появляется пара композиций с аранжировками в духе джаза 20-х - 30-х годов. ('Dark Angel', к примеру). А Ваш новый альбом, Homeland, весь рассказывает о разных мирах. Есть ли там место для Иллинойса или Нью-Йорка, и какой музыкой он представлен?

Лори: - Множество мест. Ведь эта музыка была записана во время моих путешествий по всему миру, и с разными музыкантами. Там, в частности, есть несколько музыкантов из Тувы.

Звуки.Ru: - Очень интересно. Как они называются?

Лори: - Chirgilchin. Чудесные исполнители, совершенно необычные. Они поют и играют на таком любопытном струнном инструменте, похожем на двуструнную скрипку (бызанчи - прим. ред.). И поют - у них в Монголии такое специфическое горловое пение, очень интересное. Я их встретила в Rubin Museum of Art в Нью Йорке, увидела их шоу, и настолько вдохновилась, что позвала записываться вместе. Тут можно произнести много слов на тему того, что музыка - это такое интернациональное бла-бла-бла, но на самом деле, в тот день мы при помощи музыки обсуждали весьма сложные вещи, и потом они выступали в туре со мной - и это было очень-очень здорово. И сейчас, при моих выступлениях с группой нью-йоркских музыкантов, вы до сих пор можете услышать эхо их выступлений в моих записях. Этот специфический горловой звук (пытается изобразить)... Вся работа представляет собой результат работы многих людей, и она продолжает пополняться новыми голосами. Это совершенно другой случай, нежели ранее, когда я записывала некую музыку в студии, а потом обкатывала ее во время концертных выступлений - о, господи, снова одна и та же программа!..

Звуки.Ru: - То есть в этот раз Ваша программа представляет собой некую импровизацю?

Лори: - Совершенно верно. И музыканты в этот раз потрясающие. Так что каждый раз шоу строится, исходя из совершенно новых предпосылок, я зачастую даже сама не знаю, куда оно нас выведет.

Звуки.Ru: - Ваши первые альбомы были довольно лаконичны, а 'Life on a String' уже содержит целые масштабные оркестровки. Помимо этого, Вы пишете симфонии и пьесы, рассчитанные на внушительный состав оркестрантов. Связано ли это с ростом Вашего исполнительского мастерства, либо с тем, что Вам с годами стали менее интересны минималистичные работы?

Лори: - Последние вещи я записала с тем же старым оборудованием, что я использую обычно. Вещи меняются, но я стараюсь сохранить в себе интерес к старым изобразительным средствам. Я не пытаюсь ничего доказать, я просто играю музыку. Это не прогресс и не регресс, просто изобразительные средства. Знаете, я не очень понимаю людей, которые используют новые инструменты только ради того, чтобы послушать, как они прикольно звучат, а потом долго прикидывают, куда бы воткнуть найденный звук.

Звуки.Ru: - Просто многие Ваши коллеги тоже начинали с минимализма, когда все было очень жестким, очень обнаженным, очень мощным и по сути. При этом набор инструментов сводился к одному электрооргану. А с годами они все сдвинулись в сторону симфонизма. Как Вы полагаете, что произошло?

Лори: - Прежде всего, в центре всего, что я делаю, стоит голос. Оркестр призван лишь усилить этот голос, усилить звучание сердца, показать движение мира. Например, в одном месте он иллюстрирует крушение самолета над Атлантикой. А в моей последней работе оркестр выполняет роль некоего дневника, который фиксирует состояние мира в то время, как героиня путешествует по нему.

Звуки.Ru: - А что же Вы скажете о скрипке? В чем состоит ее роль?

Лори: - Я - это голос, который рассказывает истории. А скрипка - это голос, который плачет. Мы партнеры. Наверно, с точки зрения внешнего наблюдателя это такая разновидность раздвоения личности. Я, конечно же, использую еще кучу электроники, но не для того, чтобы изменить звук в его основе, а чтобы сделать его более богатым и одновременно более читаемым для слуха. Наш слух вообще довольно беден, мы не слышим множества нюансов, и мне приходится делать их более отчетливыми и яркими. Я не изобретаю новых звуков, я просто делаю их более слышимыми. Работаю с частотами, обертонами.
Для меня все начинается со слов. Они сами по себе для меня звучат музыкой, и под них я обычно кладу контрапункт. И это мое основное отличие от этих минималистичных парней: у них в основе лежит чистый звук. Я люблю эту музыку, и я училась любить музыку, слушая их. Я восхищена процессом: гигантский чистый системный мозг медитирует и рождает все эти звуки. Но сама я никогда за всю жизнь ничего столь же масштабного не производила. Кстати, я сегодня иду на маленький концерт Филиппа Гласа (Philip Glass), он записал очень интересную работу и будет ее показывать. У меня вообще будет сумасшедший день - сейчас иду к нему в студию, а потом мы будем вместе немного экспериментировать.

Звуки.Ru: - Передавайте ему, пожалуйста, огромный привет от нас. Мы в России его очень любим.

Лори: - Передам, спасибо. Мне интересно, как эта программа, "Homeland", пройдет в России. У вас очень специфическая аудитория - в политическом плане, и еще у вас интересная поэзия.

Звуки.Ru: - Ваши работы всегда потрясали меня своим глобальным, космогоничным взглядом на мир. В чем состоит искусство глобализации, и можно ли ему научиться?

Лори: - Основная проблема с глобализацией мира состоит в том, она избыточна. Когда ты пытаешься делать вещи более глобальными и коммуницировать с большими группами людей, ты адаптируешь их для понимания, делаешь их более простыми. А жизнь - очень сложная штука, и ее невозможно свести к простым словам. Я обнаружила, что зачастую мне проще коммуницировать с людьми из Берлина, нежели из Флориды, потому что это люди одной со мной технологической культуры, просто потому, что есть вещи, которые являются базовыми для коммуникации.

Звуки.Ru: - Вы много работали с известными музыкантами - с Зорном, Марком Рибо, Лу Ридом. Не могли бы Вы рассказать об истории этих проектов, как они строились?

Лори: - С Гэбриелом это было довольно интересно - он хотел организовать такой парк, в котором творческие люди могли бы заниматься музыкой и искусством на лоне природы. В его создании тогда было задействовано порядка 20 дизайнеров и музыкантов, и я в том числе. Однако этот проект, будучи задуман довольно глобальным, так и не был реализован - во многом потому, что он устарел как концепция еще до стадии реализации. Знаете, мне кажется, нет ничего грустнее, чем вид каких-то вещей и проектов, устаревших еще до рождения. Технология сейчас развивается слишком быстро. Но в процессе обсуждения и подготовки этого проекта мы успели даже записать несколько интересных композиций и сделать пару перформансов.

Звуки.Ru: - У Вас вообще часто случается так, что в процессе сотрудничества проект видоизменялся до неузнаваемости?

Лори: - Конечно! Эти проекты и эти люди изменили меня во многом. Работа и даже просто пребывание рядом с Лу Ридом были для меня очень вдохновляющими. Он мне постоянно говорил: сделай это проще, почему все так сложно?

Звуки.Ru: - Мне кажется, что когда работаешь с такими гигантами, они не боятся быть непонятыми, они легко осваивают новые горизонты.

Лори: - О да. Нет ничего проще, чем быть таким сложным, непонятым и избыточным.

Звуки.Ru: - Вы изобретали инструменты - tape bow violin, talking stick - по причине того, что не могли найти нужного звука для выражения какой-то эмоции, или потому, что Вам интересен сам процесс моделирования и изобретения инструментов?

Лори: - Мне для начала было интересно, как это может звучать. Я понимаю, что это звучит идиотски, но я, вообще-то, просто валяла дурака и играла c материалами и звуками, как играют дети. То есть я понимаю, что это от взрослого человека услышать неожиданно, но я не боюсь показаться идиоткой. Это был не эксперимент с какой-то академической целью, а просто такая игра.

Звуки.Ru: - Я помню видеозапись Вашего концерта 'Sperm With a Size Of a Whale', и меня повеселило, как люди реагировали на эту провокативную вещь. Кто-то сразу начал смеяться, а кто-то сидел с остолбенелым видом и явно беспокоился, куда же он попал, где Высокое Искусство...

Лори: - Ну конечно, вы никогда не знаете, как отреагирует человек - и кто-то непременно будет от души смеяться, а кто-то, наоборот, будет считать, что он попал на серьезное мероприятие, и будет вести себя соответственно. Мне как раз очень нравится эта первая реакция, когда человек еще не решил для себя, что он будет думать о происходящем. Это зависит от разной логики восприятия, разного бэкграунда. Когда вы открываете книгу, вы уже на первых страницах решаете для себя, каков ее сюжет. А я в своих шоу занимаюсь тем, что последовательно разбиваю ожидания, трансформирую сюжет и рассказываю совершенно непривычные истории.
'Homeland' - это вообще о том, как сломать сложившиеся паттерны. Ломка логики, привычного скрипта общения: это заставляет использовать мозг необычным образом. В последнее время это становится делать все проще, поскольку люди становятся все более открыты для такого контакта, и одновременно - становятся готовы говорить о все более серьезных вещах. 20 лет назад мы даже и думать не могли, чтобы говорить открыто о людях, которые гибнут в войнах, в тюрьме - это было обязательной частью политики, серьезной журналистики, но к этому никогда не прибегали шоумены. А сейчас появились вещи, которые нельзя замалчивать, и о которых уже не говорит пресса, либо ее просто не слышат. Но когда говорим мы - нас слышат.

Звуки.Ru: - Таким образом, шоумены превращаются в журналистов?

Лори: - А почему, собственно, нет? Если средства, которыми мы доносим информацию до людей, доходчивы, было бы правильно говорить со сцены о вещах, которые реально важны.

Звуки.Ru: - Многие Ваши коллеги, известные своими перформансами, вынуждены ставить перед собой вопрос: где та грань, которая отделяет высокое искусство от шарлатанства. А как эту грань определяете Вы?

Лори: - Вся пропаганда работает на очень, очень низком, примитивном уровне. А я предлагаю посмотреть на вещи под другим углом. Я задаю вопросы, и чтобы на них ответить, приходится мобилизовать некоторые доли мозга, которые находятся в спящем состоянии. Я не диктую никому, что об этом думать. Но это оказывается довольно действенным, поскольку здесь в области политики сейчас царит сумасшедшая тишина. 'Homeland' начинается с древнего мифа, в котором есть элемент истории о сотворении мира, это картина голой земли, над которой летят птицы, не находящие, куда приземлиться. И чтобы построить землю, бог достает кусок из своей головы. Это великолепная метафора памяти и дома, земли изначальной: откуда ты? Как выглядит ментальный ландшафт твоего мира? Мне кажется, русские слушатели примут и поймут эту метафору.

Звуки.Ru: - Мне тоже так кажется. Не терпится увидеть Вас в Москве.

Лори: - Я вовсю готовлюсь! Спасибо Вам за интересный разговор. Мне пора бежать к Глассу.

Laurie Anderson
Проект "Homeland"
Московский Международный Дом Музыки
26 апреля
20:00

23.04.2008, Соня СОКОЛОВА (ЗВУКИ РУ)

Laurie ANDERSON

Прикинувшись Серьезными Культурологами, начнем так: "В современном музыкальном процессе Лори Андерсон занимает место, которое Коко Шанель занимает в моде. Именно она некогда придумала те простые и изящные ходы, извлекла те необходимые новые звуки, простроила те гармонии, которые дали авангардной музыке второе дыхание и помогли ей выйти из кризиса".
Читайте наш обстоятельный рассказ о феномене Лори и ее последнем диске...

Дата рождения:

5 июня 1947

Подробности из жизни:

Прикинувшись Серьезными Культурологами, начнем так: "В
современном музыкальном процессе Лори Андерсон (Laurie Anderson, полное имя - Laura
Phillips Anderson) занимает место, которое Коко Шанель занимает в моде. Именно
она некогда придумала те простые и изящные ходы, извлекла те необходимые новые
звуки, простроила те гармонии, которые дали авангардной музыке второе дыхание и
помогли ей выйти из кризиса". И это, без пафоса, будет правдой.

Стать в музыке величиной масштаба Лори, при внешней простоте задачи, удалось
немногим. Обладая уникальным, ярким мышлением авангардиста и
производительностью небольшой индустриальной державы, мисс Андерсон умудряется
буквально в каждой своей работе задать если не новое направление в музыке и
перформансе, то, по крайней мере, обозначить все актуальные тенденции сезона.
Она умеет при этом быть своей в доску среди представителей традиционного
арт-рока и казаться снобам излишне шумной. При этом музыку она не пишет, а
производит - работая…

Далее... →