ФЕСТИВАЛЬ  Pukkelpop: день второй, где герой находит новых героев

Второй день бельгийского фестиваля: разговорное шоу от Генри Роллинза, Патрик Волф как Питер Пэн современной музыки и второе пришествие Билли Коргана - то ли мир, то ли меч.

Второй день начинается почти аналогично первому. Сначала - зачастившие в Россию Art Brut. Эдди Аргос (Eddie Argos) в костюме свихнувшегося яппи читает нехитрые вирши, но очарование исходит скорее от аккомпанирующего состава - ребята настолько модельно встают в позы, что хочется их тут же поставить в музей. Можете считать это шуткой.

Хочется более мягкого прихода, поэтому выбираем Devotchka. У этих ребят есть контрабас, саксофон и труба, но назвать их вариацией на тему кабаре как-то неудобно - жители Денвера реально рубят, хоть и не скрывают любви к кантри.
Поглядев издалека на The Van Jets (бельгийцы победили в конкурсе Humo's Rock Rally 2004 и с тех пор ходят первыми парнями на деревне), решаем посмотреть на Biffy Clyro. Шотландцы в своем творчестве ходят в альтернативном лесу, от гранджа до второй волны эмо и обратно, казалось бы, ничего примечательного, но потрепанный вид музыкантов и многоголосие чем-то привлекает нас, и мы остаемся. Группа почти десять лет издавалась на независимых лейблах и только сейчас стала по-настоящему популярной: им даже доверили пару разогревов The Rolling Stones.

Заезжие московские гости Shitdisco отменены, но это еще не последняя перемена в расписании, которое еще устроит нам шутку в последний день с New Young Pony Club, чей сет перенесут на два часа назад (о чем предупреждали сообщения на экранах, но кто смотрит на эти экраны?).
Резкая смена планов и очередная удача под названием Bedouin Soundclash. Вы не поверите, но это канадское реггей и ска. Без духовой секции, зато с тремя бэк-вокалистами. А у вокалиста Джея Малиновски (Jay Malinowski) - запоминающийся вокал, полный грува. Их продюсирует басист Bad Brains Дэррил Дженифер (Darryl Jenifer). Замечательный пример дансхолла, лишенный пошлости и клише.

В Chateu начинает свое выступление Fujiya & Miyagi. Отнюдь не японцы, но, как утверждает брошюра на нидерландском, любители краутрока. Правда, в том виде, в котором его понимали в 90-е - не живая "моторная" ритм-секция, но драм-машина. Гул клавишных и механистичные гитарные риффы в наличии, но наиболее приятно слуху мужское трехголосие. Словом, если ничего не читать, то можно просто танцевать, чем публика и занимается. На глазах рушатся прописные истины.

The View выглядят словно банда школьников, которые связали группу, которая должна была сейчас выступить, и вышли на сцену вместо них. Вживую они еще более гаражны, чем в записи, что только идет им на пользу. Один из главных хитов "Same Jeans" они играют на перегруженных гитарах вдвое быстрее, только поспевай скакать и петь сверхактуальную вещицу о том, какой день ты носишь одни и те же джинсы...
Но кое-кто отправляется в другой конец парка и выдает информацию: мол, пацаны, вы пропустили крутейшую новую банду Matt And Kim! Барабанщица и ее муж-клавишник, панк-рок, словесное шоу в паузах между песнями - когда их сравнивают с White Stripes, становится даже неудобно: блюзомания Джека Уайта против равноправия Мэтта Джонсона (Matt Johnson) и Ким Шайфино (Kim Schifino). Да они его вдвоем запросто уложат!

На Fridge идешь с некоторой опаской - подумаешь, их гитарист - это и есть тот самый Four Tet! Ожидания почти оправдываются - группа играет пост-рок в классическом представлении, разбавляя его перкуссионными трюками. Красиво, да...
Но вот Cansei de Ser Sexy сердцу ближе. Окей, фронтгерл Lovefoxxx в толпу так и не сиганула, и группа не исполнила программную "Music Is My Hot Hot Sex", зато каждый их трек прямо таки дышал весной, а значит, хотелось скакать среди пустых пивных стаканов, пока бразильские девицы и усатый барабанщик прорывались сквозь сет-лист. Единственный мужчина коллектива иногда обрывает чересчур многословную Lovefoxxx (она, кстати, наполовину японка), ну, а она, видимо, никто не станет гламурной бестией, и слава богу.

После этого панк-рока смотреть на The Hives скучновато. Перед сценой беснуются фанаты, а нам со стороны кажется, что песни шведов служат всего лишь брейками между спичами Питера Альмквиста (Peter Almqvist). Если уж ты поп-циркач второй категории, но вноси разнообразие в свои номера.
Noisettes хватает на десять минут: оценить перья на голове басистки Шинги Шонива (Shingai Shoniwa) - и в новые поиски. И тут наступает, как ни странно, лучший момент для музыкального критика. А именно spoken word show от Генри Роллинза (Henry Rollins). В Wablief пускают со скрипом, внутри - бывший вокалист Black Flag в фирменной застиранной футболке с микрофоном: "Эй, человек на дымовой машине? Я не звезда хэви-металла, выруби ее! Нет, вы представляете - разговорное шоу с дымом!". Подшучивая над собой и окружающими, Генри в основном рассказывает о своих поездках в Сирию и Иран. С какой целью? Доказать, что и там живут такие же люди, как и во всем мире. Ради этого рассказа пропускается выступление UNKLE, прости, Джеймс Лавелл (James Lavelle), но твоя ностальгия по рокерской юности и рядом не валялась с харизматичным монологом Роллинза.

Вдохновленные, мы попадаем на Various, еще одних столпов дабстепа. Четыре певца на сцене - это практически Zero 7 с поправкой на стиль, а в конце - отличный дискач под ломанные биты и грузный бас, словом, то, что доктор в музыкальном журнале прочитал, а потом нам прописал.

Патрик Уолф (Patrick Wolf) великолепен. Как будто Дэвид Боуи (David Bowie) решил стать Питером Пэном. Одетый в брюки со спущенными подтяжками он мечется между роялем (натуральный, черный, большой), скрипкой и другими музыкантами. Под "The Childcatcher" он доказывает, что является правильным секс-символом музыки: может нравиться и пенсионеркам, и пионеркам. Заканчивает он сет карнавальной "Magic Position'. Если Патрик и собирается уходить со сцены, то сделал он для поп-музыки уже достаточно.

The Arcade Fire отнюдь не выглядят уставшими, несмотря на то количество фестивалей, которое они посетили в этим летом. Правда, у них проблемы со звуком - каждый раз в начале песни звукорежиссер прибавляет громкость вокального микрофона Уина Батлера (Win Butler). У монреальцев на сцене стоит всамделишный орган (всего-то на одну "Intervention") и дудки на подхвате. Режин Чассэн (Regine Chassagne) окончательно отвоевывает себе звание символа группы - "Haïti" тому подтверждение. Традиционно заканчивает выступление песня "Rebellion". Забавно, что публика поет совсем не "lies, lies!", а вокализ в конце - оглядываясь друг на друга и улыбаясь.

Последним концертом дня оказывается сет The Smashing Pumpkins. Увы, великий лидер The Fall Марк Е. Смит (Mark E. Smith) до Бельгии не добирается, а потому Von Sudenfed увидеть нам не удается. Кто знает, сколько проживет этот проект. Довольствоваться второй частью проекта, Mouse On Mars, не хочется. Однако SP не разочаровывают. Билли Коргэн (Billy Corgan)записал отличный альбом, и ему даже не надо часто обращаться к проверенным хитам - такие вещи, как "Today" и "1979", служат скорее филлерами, чем безотказными средствами для разогрева аудитории. Холодает, изо рта Билли идет пар, но он весел: "А вы знаете, что у нас вышел новый диск? Ну, а вы?" - и техничен: все так же круто играет на гитаре, ну, а уж его вокал ни с чьим не спутаешь. Переслушивая "Zeitgeist" пост-фактум, понимаешь, что он, вообще-то, очень даже злобен. Однако на фестивале новый материал звучит расслабленно. Словно не дамоклов меч навис над нами, но - небо становится ближе. С каждым днем.

27.08.2007, Радиф КАШАПОВ (ЗВУКИ РУ)