KING DIAMOND  История King Diamond, рассказанная на ночь. Ч. 2

Продолжаем страшный рассказ о King Diamond. Первые альбомы группы, достигшие мировой славы, - альянс между зловещими музыкальными темами и страшилками, за которыми угадывался большой мастер ночных рассказов в пионерских лагерях...

На следующий день после кончины великана Mercyful Fate из его подмышек вышло две новые группы. Так гласит скандинавское поверье. Ханк Шерманн организовал группу с интересным названием Fate. Кинг Даймонд пошел еще дальше и создал группу под названием King Diamond. Это был крайне глубокомысленный шаг: коллективный рассудок паспортного стола Копенгагена помутился бы, если собравшиеся в одном месте в одно время пять человек взяли бы себе имя Kim Bendix Peterson. Без долгих уговоров и обсуждений к новой группе Кинга присоединились Деннер и Хансен. А вот Ким Разз захотел от жизни новых острых ощущений и устроился работать почтальоном. И сия пучина поглотила его целиком. Место второго гитариста занял Флойд Константин из шведской группы Geisha. Флойд надолго в King Diamond не задержался, ибо имел странную склонность к выпивке, отягощенную непоколебимой страстью к женскому полу, и вскоре ввиду тяжелого физического и морального истощения не смог уделить время иным занятиям. Но недолгое его пребывание в King Diamond дало добрый росток в иную сторону: из своей прежней группы он привел с собой барабанщика. Звали его Микки Ди. К концу 80-х, когда Микки покинул King Diamond, чтобы затем присоединиться к шайке Лемми Килмистера, многомудрые критики уже аттестовали его как исключительно одаренного барабанщика. В Motorhead Ди был признан мировой закулисой окончательно и возведен в ранг "последнего безумного рок-ударника". Но при всех прочих благородных качествах Микки его главная заслуга перед матерью-историей была в другом. Когда Константин скрылся за дверью, Ди заявил, что знал в Гетеборге одного исключительно достойного мужа, своеобычно игравшего на гитаре...

...До своего появления в Копенгагене в июне 1985 года Энди ЛяРок (Andy LaRocque), настоящее имя которого - Андерс Алхэйдж (Anders Allhage), играл в шведской группе EF Band. Эта группа прославилась лишь тем, что получила плохую прессу после выхода компиляции "Metal For Muthas", выпущенной в 80-м году гуру "новой волны британского хэви метал" Нилом Кеем. "Меня вряд ли можно причислить к выдающимся соло-гитаристам", - говорил позднее Энди и краснел. "Я начинал как ритм-гитарист, и это сыграло огромную роль в формировании моего стиля игры. Сегодня все гитаристы начинают с того, что пытаются содрать чужие соло, - только соло - наотрез забывая о ритме. Со мной все было по-другому". Однажды начинающему ритм-гитаристу из рок-н-ролльного захолустья, каким была Швеция в начале 80-х, суждено было сделаться одним из самых уникальных соло-гитаристов в heavy metal. И не только из-за своей скромности: это качество вообще редко прослеживается у соло-гитаристов. Итак, однажды в понедельник Энди ЛяРок появился в копенгагенской студии Sound Track...

...В начале 90-х по Москве циркулировали отпечатанные на машинке тексты, размноженные с помощью ксерокса, только появившегося тогда в столице. Тексты содержали переводы анонимных статей из западных журналов - безо всяких библиографических атавизмов, выполненные с несомненным энтузиазмом, но в крайне мрачных эпистолярных тонах. Литературный их почерк чем-то напоминал закладку, выпавшую из англо-русского словаря. Помимо прочих жизнеописаний бытия Кинга Даймонда, эти самиздатовские очерки содержали правдивую историю появления ЛяРока в группе. В частности: ко дню, когда ЛяРок очутился в Копенгагене, весь материал для первого альбома группы Кинга уже был написан. Лавры авторства достались Даймонду и Деннеру. Посему Энди было предложено сыграть одну из новых вещей. Выбор пал на "Dressed In White". ЛяРок послушал песню дважды, и дважды же затем сыграл ее. Вторую попытку гитариста вы слышите на альбоме. В русском переводе со слов рассказавшего ее Даймонда выходило, что "с этого дня мы стали иметь гитариста".

...Альбом был закончен осенью 85-го. Роль продюсера на этот раз сыграл Роберт Фалькао, знакомый звукорежиссер Даймонда. Эта пьеса растянется для Роберта еще на несколько актов: Даймонд и Фалькао совместными усилиями будут продюсировать все величайшие альбомы King Diamond. Но предать полностью готовый альбом огласке в 85-м не удалось: переговоры с Roadrunner растянулись более чем на полгода и завершились лишь в ноябре - победой менеджмента группы по очкам. Условия King Diamond были приняты. Roadrunner подписали с группой контракт на выпуск пяти альбомов. Под Рождество 85-го в Европе поступил в продажу первый диск новой группы, мини-альбом "No Presents For Christmas". Помимо заглавной, эта брошюра из винила на своей обратной стороне содержала песню с предстоящего "большого" альбома, "Charon". "No Presents For Christmas", как выяснилось в дальнейшем, оказалась единственной ироничной, но без тени черного юмора, песней King Diamond и была навеяна известным анекдотом о Пер Ноэле и детях Эфиопии. Исключительность этой песни была и в другом: "No Presents For Christmas" в течение 20 лет исполнялась King Diamond на каждом концерте. Наконец, именно на обложке этого мини-альбома Кинг впервые предстал перед публикой в новом гриме. Его боевая раскраска отличалась некоторой изысканностью в сравнении с бинарным черно-белым "корпс-пэйнтом" времен Mercyful Fate: вокруг глаз Кинга располагались поля черного, контуром напоминавшие крылья летучей мыши, изо рта "стекал" черный грим, на лбу по-прежнему, как клеймо, стоял перевернутый крест.

Первый альбом King Diamond, "Fatal Portrait", вышел в апреле 86-го года. С ним была связана другая история из советской жизни. - В 89-м году вышел первый (и предпоследний) Metal Hammer, главнейший рупор всех металлистов, на русском языке. Помимо статьи о Мадонне и других отчаянных рокерах, он содержал ряд надгалактических опечаток и мегатонных конфузов. Так, Дэвид Боуи "всех дуевил" своим новым альбомом. За несколько лет до Боуи с публикой точно также обошелся Кинг Даймонд: он всех "дуевил". Это был качественно новый уровень, Большая Прогулка, первый поход на "Пиратов ХХ века" в провинциальный кинотеатр под открытым небом с белыми стенами и дырявым экраном.
King Diamond заставил публику если не забыть о Mercyful Fate, то, по крайней мере, не сожалеть о ее кончине. При смене композитора Шерманна на композитора Даймонда и гитариста Шерманна на гитариста ЛяРока выяснилось, что качество мелодий и степень их усвояемости выросли экспоненциально. А ведь мелодии для артиста - это вещь посильней Уголовно-процессуального кодекса, ведь именно по ним присяжные-слушатели судят, люб или не люб им подследственный.

Свою благосклонность выказали и критики - на "Fatal Portrait" всуе не поминался враг человеческого рода. King Diamond больше не давал клятв верности Сатане. Он пугал людей ужасами надуманного толка. "Fatal Portrait" был первой попыткой Кинга Даймонда создать своеобразный музыкальный триллер. Основу "Рокового портрета" составили три песни: "The Candle", "The Jonah" и "Тhе Рогtrаit". В них рассказывается чрезвычайно печальная история дошкольницы Молли, чья матушка решила нарисовать портрет дочери с искусственным интеллектом, в котором бы "ожила ее душа". Мать работала не покладая рук. Ребенок пребывал в черном теле. И "с каждым ее мазком угасала моя маленькая жизнь". Эта нездоровая обстановка привела к легко прогнозируемому летальному исходу, а мать Молли тем временем завершила работу над полотном. Наконец однажды ночью портрет заговорил. Точнее, истошно закричал голосом попугая Флинта: "Шекели! Веселые шекели! Таки рома на корму, тг'есни мои борта!" В этот момент на женщину снизошло озарение, что искусственный интеллект будет поопасней расщепления атома, и она сожгла портрет "в пламени судьбы". На этом трилогия заканчивается. Косвенно эту трагичную историю венчает последняя песня альбома, "Haunted", в которой привидение Молли угрожает матери вендеттой, или, по-современному, реформой. Остальные песни судьбы Молли не затрагивали.

В 86-м King Diamond отправились в свое первое европейское турне - пугать зрителей куклой Молли со сцены. Специально к этим гастролям Roadrunner издали небольшим тиражом сингл "Halloween", содержавшей на обратной стороне изумительную песню "The Lake", странным образом не вошедшую в альбом. Широкому, тогда уже, кругу почитателей Даймонда возможность услышать эту песню представилась на "сорокопятке" "The Dark Sides", выпущенной в 88-м году. Досадный пробел был устранен на поздних, ремастированных, переизданиях "Fatal Portrait" на Roadrunner, уже на CD, где "The Lake" заняла место вслед за "Haunted".

Закончив с гастролями, King Diamond вернулись в Данию поздней осенью 86-го года и бесцеремонно принялись записывать второй альбом. Он был закончен в феврале 87-го. Название этой пластинки было ни к чему не обязывающим: "Abigail", что означает всего-навсего женское имя Абигейл. Меж тем, именно с "Abigail" к King Diamond пришел большой мировой успех, а сам диск первым среди работ Кинга попал в "первую сотню" журнала Billboard. И, наконец, это был первый в истории музыки "фильм ужасов на грампластинке".
Эта достойная датской драмы времен мрачного раннего Средневековья история началась 7 июля 1777 года, когда граф де Лафей уличил свою жену в оскорбительной измене. Скорый на расправу, он спустил пребывавшую на сносях супругу вниз со ступеней в склеп в своем поместье. С криком "Да здравствует сексуальная революция!" та скатилась вниз, сломала шею и испустила дух, оставив после себя мертворожденное дитя, которое граф, ведомый греховным наитием, мумифицировал. Одержимый странной любовью к детям, сей далекий предок Майкла Джексона дал маленькому трупу имя: Абигейл. И в гроб сходя, благословил.

Спустя 68 лет, летней ночью 1845 года в вотчину Лафеев с восемнадцатилетней женой Мириам для вступления в наследство прибыл молодой Лафей, Джонатан, 27 лет от роду. По дороге ему встретились странные личности, означенные в титрах как Черные Всадники. Они долго и безрезультатно уговаривали Джонатана отказаться от своих законных прав собственности и немедля убраться восвояси, приводя довольно нелепые доводы. В противном случае, утверждал их парламентер, "в 18 настанет 9". Надо сказать, что в то время, путем кропотливых арифметических вычислений, Кинг познал, что магическое число - это вовсе не 7. Не 13, не 666 и даже не 1. Магическое число - это 9. При сложении или умножении себя девятка в сумме всегда дает 9. Например, девятью девять - восемьдесят один. 8 + 1 = 9. Единственное, Кинг не раскрыл, что же делать с этим халдейским знанием. Но это потрясающее открытие так увлекло его, что девятка даже вытеснила перевернутый крест с его лба во время съемок клипа "The Family Ghost". Песен на пластинке, разумеется, тоже было девять. Впрочем, мы отвлеклись.
Джонатан въехал в родовое гнездо, где вскорости ему явился дух графа де Лафея. Предок сообщил ему, что Абигейл вселилась в тело его жены, и долго прельщал молодого человека роскошной возможностью покончить с двумя докучливыми бабами сразу. Джонатан долго колеблется и теряет драгоценное время. Когда же, наконец, он приводит супругу к скользким ступеням, чтобы спустить вниз с лестницы, Мириам окончательно выпускает бразды правления ситуацией, и Абигейл вовсю коноводит в ее командном пункте. Воспользовавшись сиюминутным замешательством Джонатана, она толкает его, и бедняга кубарем катится вниз, во мрак и холод. Мириам умирает во время родов, "дьявол в обличие Абигейл" вторично появляется на свет. В это время в кадре с мигалками появляются Черные Всадники, хватают дитя и везут в конспиративную часовню, где собираются прибить семью серебряными гвоздями к гробу, чтобы "зло никогда не восстало вновь". А уж гвозди и молотки у добропорядочных людей всегда под рукой.

Все авторы относятся к своим особенно успешным работам с одинаковым чувством: воодушевлением. Воодушевление, как правило, возникает на фоне последовавших менее удачных затей и будничных лет. Возмущенный приятными воспоминаниями разум имеет свойство находить в этом светлом отрезке прошлого отдельные знаки и события, которые были неприметны в момент их совершения, но со временем наполняющиеся особой важностью. Музыканты King Diamond в этом отношении не исключение. Запись "Abigail" они вспоминают как несравненную, более не повторившуюся сцену жизни...

Вернувшись из гастролей в поддержку "Fatal Portrait" группа взялась за сочинение нового материала, за которым немедленно следовали репетиции, благо все жили в относительной близости, если принять Копенгаген за точку, откуда исходил определяющий расстояние радиус. Идеи бросались в коллективный котел и выходили оттуда сыновьями полка. - Ситуация, которая никогда больше не повторится в будущем. Уже в 88-м году Кинг вместе с Уле и Энди переедет в Лос-Анджелес, остальные же останутся в Скандинавии. Впоследствии американская прописка сохранится только у Кинга: Уле вернется в Данию, а Энди - в родной Гетеборг, где скроется за дверьми собственной студии Los Angered Records. Записи новых идей будут рассылаться по почте, приниматься к исполнению и в практически не редактированном виде отправляться на мастер-ленту. Эта ситуация привела к тому, что группа вошла в студию с выученным назубок материалом. Импровизация оказалась сведена к нулю. Сама запись порой протекала не совсем обычным образом. Ныне группа использует click track (продвинутый потомок классического метронома) при записи "ориентировок", но во времена "Abigail" для King Diamond он, видимо, еще не появился на свет. Энди тихонько сидел в углу студии с гитарой и играл основную тему песни, стекавшую по проводам в наушники Микки. Иногда последний безумный рок-ударник вылезал из-за своей установки и объявлял гитаристу, что тот "играет слишком криво", то не по делу замедляясь, то неправомочно ускоряясь. Выместив на тихоне ЛяРоке душевный порыв, Ди заявлял, что ему вовсе не требуется штурман в лице гитариста. Так он и записал несколько песен - по памяти, не имея никакой лоции в виде ритм-гитары или метронома!
Другим радикальным шагом при записи "Abigail" было необузданное использование реверберации. Пик использования этого эффекта обработки голоса в целом пришелся на вторую половину 80-х. Затем эта мода умерла, и никто не знает, где могилка ее. King Diamond же использовали реверберацию столь активно, что некоторые гитарные партии полностью потонули в волнах отраженного голоса Кинга, а малый барабан в отдельных эпизодах отодвинулся из осязаемого диапазона в область белого шума. Однако музыкантам удалось добиться чрезвычайно гнетущего, готического настроения, будто альбом действительно записывался в некой расстрелянной временем часовне или огромном склепе. Спустя много лет Кинг признавал, что по части использования реверберации "Abigail" снял овердрафт со счетов здравого смысла, но переписывать альбом, будь такая возможность, он бы не стал никогда - настолько правильной атмосферы удалось достичь благодаря этой ошибке.

Наконец, на "Abigail" состоялся дебют ЛяРока-композитора: им были написаны "A Mansion In Darkness", "7th Day Of July 1777" и "Shrine", вошедшая на сингл "The Family Ghost" и позднее переизданная на "The Dark Sides". И финал для Деннера (отметившегося написанием музыки к "The Possession"). После записи альбома, осознав, сколь долгие гастроли уготованы King Diamond на сей раз, он решил покинуть группу. Напряженная гастрольная жизнь была не для Михаэля. Он предпочитал тихую семейную заводь. Самой светлой мечтой Деннера было открыть свой маленький музыкальный магазинчик где-нибудь в спокойном уголке Копенгагена. Магазин был открыт на рубеже 90-х. Замена Деннеру была найдена в лице молодого шведа по имени Михаэль Мун.

"Abigail" появился в продаже в апреле 87-го. По исполнительному листу кисмета пластинки King Diamond и Fate вышли почти одновременно. Диск Шерманна, как можно было предположить, представлял собой несмешную пародию на американскую эстраду той поры, исполнявшуюся на электрогитарах, обливавшую волосы лаком, транслировавшуюся на FM-станциях и продававшуюся в угоду моменту как "тяжелый рок". Ханк искал славы и денег на очевидной дороге, но проложившие очевидные дороги оставляют на них после себя только объедки. Слава и деньги достались Кингу. Ханк спустя пару лет выпустил еще один диск со своим новым проектом Lavina, о котором вскользь упомянули в прессе как о "новой работе гитариста группы Mercyful Fate, где начинал Кинг Даймонд". За сим последовала предсказуемая тишина, и Ханк на время затих.

"Abigail", пользуясь футбольным жаргоном, вывел King Diamond в высшую лигу. Помимо сугубо музыкальных достоинств, это был первый концептуальный альбом с настоящей horror story. Идея снять фильм ужасов по сценарию "Abigail" не оставила музыкантов до сей поры. Вскоре после выхода диска King Diamond отправились в сказочное путешествие под названием "гастроли" в Соединенные Штаты Америки. А надо сказать, что для любого музыканта гастроли по этому Зазеркалью - чистый пропуск в зияющие глубины финансового благополучия, нечто вроде награждения орденом "За заслуги перед Отечеством 2-ой степени". Именно тогда Даймонд впервые заявил, что около 60 процентов его поклонников живет по другую сторону Атлантики (где он вскорости и обрел отечество 2-ой степени).

87-й год группа провела в гастролях по Северной Америке и Европе, которые закончились в декабре в Голландии. Вместе с ними закончились дни Муна и Хансена в King Diamond. Первый был попросту выставлен за дверь в виду несовпадения характеров. Расставание же с Хансеном было печальным. От Тими ушла жена, оставив ему на попечение двухлетнего ребенка. Хансен был просто вынужден оставить занятие музыкой, ко всеобщему сожалению. Его место занял молодой датчанин Хэл Патино. На место второго гитариста был зван швед Пит Блэк из донорской группы Geisha. Так в конце 87-го - начале 88-го сложился, возможно, идеальный состав King Diamond. Наконец, под конец года Roadrunner, почуяв запах денег, без особых консультаций с группой выпустили виниловый диск под вывеской "Mercyful Fate" - "The Beginning". Пластинка содержала две "сорокопятки" 82-го года, доукомплектованные "Black Masses".

..."Them" поступил в продажу 15 июня 1988 года. Сразу после своего выхода он сделался любимым альбомом Даймонда по части production, то есть технического исполнения записи, сведения и "мастеринга" - формирования окончательного звучания путем изменения динамического диапазона и эквализации. Позднее, правда, его пристрастия отдрейфовали немного назад, к "Abigail".
"Them" был записан в студии Midi Music Centre в Копенгагене, оборудованной по последнему слову тогдашней звукозаписывающей техники. Roadrunner приложили максимум усилий для его продвижения на рынок: в предместье Лондона был найден подходящий старинный особняк, где был снят видеоклип на песню "Welcome Home". Эта картина стала, пожалуй, одной из лучших работ этого малого кинемотаграфического жанра, связавших свою судьбу с heavy metal. Клип отличался удачной режиссурой, финансовой серьезностью отношения к делу и своей мрачной аурой как нельзя лучше отвечал букве жанра. Полупрозрачный Кинг летал по воздуху и строил гнусные рожи, "бабушка" в кресле-каталке безумно вращала глазами в поисках потенциального дедушки, гитаристы нарочито небрежно "нарезали" на своих гитарах в сумерках на лужайке перед домом, и недурная собой Мисси в белом платье обнимала мальчика в коротких штанишках, изображавшего датского сатанаила в детстве. Словом, так все было складно, что "Them" - причем довольно быстро - опередил по продажам не только своих предшественников, но и последователей. В 88-89 годах heavy metal достиг своего наивысшего пика. Вместе с ним своей вершины достиг King Diamond. Альбомы 88-го, 89-го и 90-х годов оказались отмечены редакционным штампом "непревзойденный" и прижизненно отправлены в музей.

Пожалуй, ни на каком другом своем альбоме Кинг не добился столь нечестивого альянса между зловещими музыкальными темами и страшилками, за которыми угадывался большой мастер ночных рассказов в пионерских лагерях. На "Them" Кинг Даймонд рассказал довольно циничный анекдот. В черном-черном городе, где ночи чернее угля, там, где сливаяся, шумят, обнявшись будто две сестры, две крайне черные речки, на горе стоял старый дом. В нем жил мальчик по имени Кинг со своей сестрой Мисси и приставленной к ним мамой. Свой дом они называли "Амон". (Амон - одно из имен Врага. Эту веселую шутку Кинг почерпнул из американской детской книжки "Сатанисты тоже шутят".) Неким днем идиллии их совместного общежития пришел конец. После длительного и напрасного лечения из сумасшедшего дома в Амон возвращается бабушка. Нелюдимая старушка уединяется на мансарде дома, где проводит дни и ночи. Там она общается с привидениями, которыми, оказывается, кишит Амон. Привидения, или "Они", охотно делятся историями из жизни потустороннего мира, но только за кружкой хорошего чая. Этот своеобразный фито-чай заваривается бабкой по особенному рецепту. Суслом для "чая" служит человеческая кровь. Донором служит мама Кинга, которую старая ведьма усыпляет в своем инвалидном кресле. Пользуясь необъяснимым расположением бабушки, юный натуралист допускается к их оргии и получает свою маленькую кружку. В одну из ночей мальчик застает всю компанию за чаепитием: обморочную маму, бабушку и "невидимых гостей", дующих на чашки невидимыми ртами и явно пребывающих в приподнятом настроении. Его охватывает странное, не поддающееся описанию чувство... полный парадиз!

Еженощные бдения доводят Кинга до состояния перманентного наркотического транса, а его маму - до полного истощения. На просьбу Мисси позвать кого-нибудь на помощь Кинг реагирует по-реформаторски: он рвет телефонный провод. Той же ночью Мисси врывается на их конспиративную вечеринку. С криком "Что вы сделали с моей мамой?!" ребенок разбивает чайник с "заваркой". По мере того, как по полу растекается темное пятно "их" голоса теряют напускное благообразие, и Кинг слышит "рык демонов". "Она раскрыла тайну Амона!" - "Умри!". В ужасе он бежит вон из дома, а "они" вместе с бабушкой, вооружившись топором, тащат Мисси на кухню, к камину. На свежем воздухе Кингу сделалось дурно. Вдобавок, луна-стоматолог сверлила своим "серебряным оком" его "злой мозг". Последнее, что он увидел - это валивший из трубы дым: "все, что осталось от Мисси и ее платьица". "Бедная девочка!" - заключил Кинг и потерял сознание.
Очнувшись, он вновь обретает рассудок, причем выказывает не по годам рациональное мышление - ухватившись за самую важную из всех возможных мыслей: а что, если следующим будет он?! Обманом он выманивает бабушку из дома на лужайку - "искупаться в лунном свете" - и перегрызает старушке горло. Он бежит из Амона, где его ждут "они", в лес, покуда хватает сил. Там, в бреду, в темноте, посреди мрачных силуэтов деревьев, он видит "их" глаза, слышит "их" голоса, зовущие его назад. В таком состоянии его находит прибывшая наутро полиция. Выслушав историю, полицейские поручают мальчика местному доктору по имени Ландау, который диагностирует у ребенка умопомешательство. Спустя несколько лет выпущенный из желтого дома Кинг возвращается в Амон, где его встречает дух бабушки, интересующийся, не хочет ли он с дороги выпить чашечку хорошего чая.
Здесь история "Them" заканчивается, и начинается история "Conspiracy", где злодеи и жертвы меняются местами, а сложившиеся представления о плохом и хорошем переваливаются через экватор вниз головой. Во второй части дилогии Кинг начинает наведываться на кладбище ночами, где сильно тоскует о Мисси. На трубный зов являются "они" и предлагают сделку: он возвращает им Амон в обмен на возможность свиданий с покойной сестрой. Но на жилплощадь претендуют не только "они". На сцене вновь появляется доктор Ландау, который, оказывается, пребывает в гражданском браке с обретшей былые физические кондиции мамой Кинга. Он подговаривает сожительницу умертвить сына и завладеть домом. Третьим в преступное сообщество он вовлекает местного священника, преподобного Самуила, прельстив его лаврами областного экзорциста: викарий быстро вывел из рассказа Ландау, что "сей Кинг есть сам диавол во плоти, или, на худой конец, какой-нибудь злой демон". Эскулап убивает и кремирует Кинга, пока Самуил держит "демона внутри гроба своим распятием". В финале дух Кинга обращается к матери из-за кулис: "Как только сумерки будут опускаться на землю, я буду преследовать тебя, богомерзкая шлюха!"

Между выходом "Them" и "Conspiracy" (последний пришелся на осень 89-го) группа успела прокатиться с феерическими гастролями по Новому Свету, познав мировую славу. Феерия кончилась тем, что из группы был уволен Микки Ди. Микки сгубил пресловутый дуализм: никто не желал расставаться с ударником Микки Ди, но никто больше не хотел находиться в одной комнате с человеком по имени Микки Ди. Замена ему была найдена в лице Криса Уайтмайера, бывшего техника Томи Олриджа.
Крис просуществовал в группе недолго, ибо при столкновении в студии с материалом King Diamond выказал себя форменным глуповским головотяпом. Группа попала в затруднительную ситуацию: они рассчитали ударника, уже находясь в студии. Запись на сей раз проходила в Rumbo Recorders в Лос-Анджелесе, а в продюсеры альбома Roadrunner, выложивших за запись 60,000 фунтов стерлингов, был назначен маэстро ангажемента Крис Цангаридес, работавший с Гари Муром, Оззи, Helloween, Брюсом Дикинсоном и другими зажиточными рокерами планеты.

Цангаридес, с его повадками столоначальника, был в конечном счете отодвинут Даймондом на второй план в аппаратной, и основные решения принимали Фалькао и сам Кинг, но серьезности финансовой ситуации это нисколько не умоляло. Нельзя в студии без ударника! И Кинг принял единственно верное решение. На место неполноценного участника группы, постыдно называемого сессионным музыкантом, был зван... Микки Ди. Микки вошел в положение бывших коллег и записал альбом со словами "Без проблем!" После записи "Conspiracy" он окончательно покинул King Diamond. Затем он некоторое время работал с Доном Доккеном, пока не сменил Фила Тэйлора по кличке "Грязное животное" в Motorhead.

Уже по окончании записи диска в августе 89-го место ударника в King Diamond получил молодой швед Сноуи Шоу. Беловласый красавец с лицом лермонтовского демона был впервые явлен публике в клипе на песню "Sleepless Nights" - мгновенно ставшей еще одним обязательным атрибутом шоу "короля ужасов". Видео было отснято на студии MackSennett Stage в Голливуде. В роли Ландау снялся Патино, воспламенивший под занавес гроб с телом босса. Постановочные сцены перемежались попурри из черно-белых фильмов ужасов мезозойской эры, где скользкие зомби вылезают как черви из перегноя под молниями. Наконец, на "Sleepless Nights" зритель впервые увидел новый грим Кинга Даймонда. Рисунок на сей раз был настолько сложен, что наносился свыше часа против двадцати минут, уходивших на создание старой маски. Смена обличья на сей раз была вызвана не только необходимостью вписываться в сюжет "Conspiracy" (с "разбитого" лба Кинга стекали струйки "крови", а лицо было испещрено замысловатой паутиной линий, символизировавшей нечеловеческие муки).

Привлеченный запахом популярности, на своих перепончатых крыльях прилетел известный негоциант от нотоизвлечения Джин Симмонс из ансамбля "Поцелуй", сел прямо подле жаровни и заявил, что... Грим Кинга Даймонда есть "прямое нарушение его авторского патента номер 1130566". Вдобавок, Кинг Даймонд "использовал некоторые сценические трюки Джина Симмонса, что может ввести в замешательство аудиторию". Резюмируя, Симмонс угрожал Даймонду судебным разбирательством. В офисе Roadrunner тотчас родили петицию с пометой "на деревню дедушке", в народе называемую пресс-релизом. В ней, в числе прочего, говорилось: "... к счастью, Кинг как-раз подумывал над тем, чтобы изменить грим в связи с выходом своего нового диска "Conspiracy", и угроза судебного иска стала дополнительным стимулом для обновления сценического имиджа. Однако, мы полагаем, что судебный процесс был бы не лишен известной привлекательности. В числе свидетелей мы, возможно, увидели бы Элиса Купера, Эла Джонсона и клоуна Бозо".
С новым гримом на лице Кинг Даймонд отправился в очередное турне. Особый интерес для рассказчика, пожалуй, представляет его европейская часть: сцену вместе с King Diamond делили то Candlemass, то Zed Yago, для которых это был последний год с черновласой бестией Юттой Вейнхольд, и Savatage - на пике своей известности. Ах, что это было за время! То были роскошные представления на большой сцене с эффектными театральными постановками. К сожалению, это были последние гастроли "классического" состава King Diamond.

Окончание следует.

18.05.2007, Алексей МОРОЗОВ (ЗВУКИ РУ)