Как только не называли Air в зависимости от текущего положения дел на музыкальном рынке! Восхищаясь их модностью или раздражаясь, когда никакой из модных тенденций дуэт следовать не желал - раз за разом придумывали новые ярлыки. Но это больше не "ретро-футуристы", не "пост-Pink Floyd" и уж тем более не "продавцы скуки". Их музыка ныне вполне самодостаточна.
Последнее поколение французов на мировой поп-сцене, так уж оно вышло, было англоязычным. А последний на сегодняшний момент альбом Air "Pocket Symphony" стал самым про-британски ориентированным в их дискографии (хотя на альбоме имеется и одна французскоязычная вещь - "Mer Du Japon"). Уже на релизе "Talkie Walkie" (2003) звуковым парадом командовал небезызвестный Найджел Годрич (Nigel Godrich). Здесь же в номере "One Hell Of A Party" мы слышим еще одного культового ботаника британской поп-сцены - Джарвиса Кокера (Jarvis Cocker). Правда, те, кто помнят еще Pulp, могут расслабиться - Кокер почти полностью растворился в общей атмосфере. Так, некий призрачный голос на вечернем ветру остался.
Кроме того, Жан-Бенуа Дункель (JB Dunckel) и Николя Годен (Nicolas Godin) продолжают адаптировать под свои нужды не самые известные мотивы британских симфо-бита и психоделического фолка. "Left Bank" и "Photograph" напомнят меломану со стажем Nirvana - только, упаси боги, не ту, чье лого до сих пор пишут на заборах, а самую первую - английскую, существовавшую в конце 60-х, с флейтой и виолончелью в составе. Есть флейта и в нынешнем составе Air. Играет на ней сказочный восточный человек Magic Malic.
Музыка группы теперь подобна некому свернутому кокону пространства-времени. Внутри - сконцентрировано кроткое и призрачное великолепие последнего предрассветного часа в артистической вилле на морском берегу. Инструментальные миниатюры "Space Maker", "Mayfair Song" и "Lost Message" стабильно вызывают перед внутренним взором одну и ту же картину - белый рояль, открытые окна, развевающиеся тюлевые занавески и последние звезды на бледном небе. Здесь - то тихое торжество эстетизма, к которому шли, да так и не пришли наши соотечественники Оберманекен (являвшиеся, все-таки, скорее концептуалистами, нежели музыкантами). У музыкантов Air, окончивших некогда Парижскую Консерваторию, понятное дело, было больше шансов.
В общем, танцевать под эту музыку можно. Медленно и величаво. В свободных белых одеждах, под гаснущими звездами, на морском берегу, и за час до рассвета. Иначе эффекта не будет.