ФЕСТИВАЛЬ  Старый новый рок: дорога назад

В Екатеринбурге на рубеже предпоследнего и последнего летних месяцев в течение двух дней прошел фестиваль "Старый новый рок на волне". За это время впечатления утряслись, дефиниции отформатировались, а автор фестивального репортажа захотел туда вернуться.

Покаянное предисловие:
Репортаж этот чудовищным образом задержался со своим появлением на свет Божий - аж на полтора месяца. Виной тому были разные обстоятельства, от нерадивости автора до коварных сетевых обломов. Автор нижайше просит прощения у всех заинтересованных сторон, но замечает вдобавок, что буквально перед окончательной отправкой в редакцию произвел некоторый рерайт - и понял, что задержка оказалась даже полезной: впечатления утряслись, дефиниции отформатировались, чуть ли не отлились в чеканную форму. Может быть, та, первая, свежая версия была непосредственней - как знать.

Intro
На рок-фестивалях я не был лет, наверное, 14 - на фестивалях в том еще, старом, постперестроечном их понимании, когда они не были парадами приоритетов популярных радиостанций и манифестами рок-гламура, а были, грубо говоря, отчетом о проделанной работе, смотром достижений. Удивительно, что стоило мне подумать об этом, как немедленно подвернулась оказия посмотреть именно на такое мероприятие - в Екатеринбурге на рубеже предпоследнего и последнего летних месяцев в течение двух дней должен был пройти фестиваль "Старый новый рок на волне", с довольно мощным пулом хедлайнеров от Пятницы до Воскресения и большим количеством локальных групп. Избежать такой возможности - просто-напросто себя не уважать, да и что-то закис автор в первопрестольной.

День 1
Ночной Екатеринбург встречает нас чистым ночным небом, которое наутро превращается в "хмарь ужасную" - так пел некогда герой перестроечных фестивалей Дима Ревякин: Впрочем, кажется, собравшихся на турбазе "Волна" (собственно, откуда название фестиваля) в живописном лесу на берегу Белоярского водохранилища (напротив одноименной АЭС), это не смущает. База пестрит палатками разной степени изношенности, кишит рок-фанатами разных стилей и направлений (что также определяется визуально), в этих палатках проживаюших и в данный момент направляюшихся к трем сценам фестиваля.

...У "Старого нового рока", взявшего на себя ответственность за при- и зауральский регионы, довольно мощный спонсорский пул. На открытие, которое было ознаменовано выступлением членов оргкомитета фестиваля Владимира Шахрина и Владимира Бегунова, мы по независящим от нас причинам не попали, но познакомиться с человеком-взрывом, на тот момент времени (у него есть и несколько других ипостасей) президентом "Старого нового рока" и лидером группы Топ Евгением Горенбургом не преминули. Евгений Львович, улыбчивый и приветливый, кажется, успевает все на свете - общаться с приезжей прессой, решать одновременно несколько десятков оргвопросов, отвечать на досужие приставания музыкантов и сокрушаться о том, что "эх, не повезло с погодой - вот прошлым летом жара стояла адская, все из воды не вылезали!" .
Ваш покорный слуга делится с ним одним из старых своих рок-н-ролльных переживаний - с этим городом у меня связана личная рок-н-ролльная инициация. Ровно 19 лет назад я вез на такси из аэропорта Домодедово на фестиваль в Черноголовке прилетевшего позже всех остальных участников Наутилуса Помпилиуса клавишника того, золотого состава - Алексея Хоменко. - Да ты что? - удивляется Евгений Львович. - А ну-ка оглянись назад! И точно! Вот он, за столом, нарезает хлеб - член оргкомитета фестиваля и одновременно завхоз, ветеран свердловской рок-сцены, участник концертного состава барда Александра Новикова, неунывающий Алексей Павлович Хоменко. На главных сценах страны играть или хлеба нарезать - небольшая разница, главное - дело делать хорошо. Позиция понятная, а главное - очень симпатичная, жаль, редко встречается...

Все группы на всех трех сценах одновременно отследить невозможно. Мимо главной сцены маршрут лежит к сцене "Улет фестиваля", где собрались, по мнению организаторов, наиболее интересные молодые экспериментирущие группы. Финал выступления челябинской группы Встреча рыбы: трип-хоповая прихотливая ритмика, неплохой вокалист, отменная солирующая скрипка - группа вполне могла бы совершить небольшой московский клубный тур, а там, как знать, и перспективы какие-то открыться могли бы.
Челябинцев сменяют томские DikoBrothers. Ребята одеты в одинаковые красные футболки с логотипом группы. Настройка закончена, и томичи начинают лихо нарезать банальный, но веселый и боевой ска-панк с истошно солирующим саксофоном. Дождь тем временем все усиливается, но никого это не смущает, в том числе и музыкантов.

На сцене "Энергия" тем временем сменяют друг друга кузнецы тяжмета - только отыграли магнитогорцы Sarcophagus, выбравшие для общения с окружащей вселенной death-metal (а солирует у них, и играет на бас-гитаре, заметим, невысокая веснушчатая девчушка лет девятнадцати - по внешнему виду типичная веселая троечница), и на сцене происходит демонстративно-мрачное шоу екатеринбуржской группы D.N.O. Наблюдать за ним, честно говоря, непросто человеку, находящемуся вне "тяжелой" культуры. А дождь тем временем льет все сильнее, и поэтому знакомство с "Энергией" на этом прекращается. Надо бы где-то погреться, чем Бог послал.

Бог послал комнату отдыха со сдвинутыми койками и настенным обогревателем. На одной из коек спит Горенбург. Насквозь мокрая куртка определяется на просушку, хозяин пристраивается рядом, но ни высушиться, ни согреться не удается - Евгений Львович мгновенно просыпается и тащит на главную сцену смотреть выступление московской группы Звезда полынь, к которой очевидно неровно дышит. Ваш покорный слуга - что делать! - бредет следом за этим неуемным человеком практически под стеной рушащейся с небес воды и оказываюсь рядом с ним, под навесом пульта. Поэтому есть возможность и видеть, и слышать, не обращая внимание на погодные условия. А в поле зрения - отличное, сценически убедительное трио (вокалист, гитарист и барабанщик), которое выдает мощную, мелодичную и осмысленную рок-музыку с весьма - временами - поэтичными текстами. Если озаботиться какими-то сравнениями, то в 1996-м похожее впечатление производил Сплин - с той только разницей, что корни "Звезды Полынь" не так глубоко уходят в знаменитое прошлое русского рока - группа куда более актуальна сейчас, чем "Сплин" - тогда. У парней очень серьезное будущее - если, конечно, не оступятся на каком-нибудь повороте.

Следом - прогремевшие по весне местные рок-герои КедрыВыдры. Выглядят вполне эффектно, но по накалу и подаче своих вполне милых песен, легко вписывающихся в стандарты рокапопса, сильно уступали "Полыни". Михаила Лузина, конечно, встречали восторженно, но, на мой взгляд, с некоторым преувеличением.

Презрев стихию, на сцену поднимаются люди в агрессивно летних одеяниях - полосатых и белых пиджаках, в легких брюках и темных очках, а за ними - стройные длинноногие барышни в мини-юбках! Это группа Корпорация V дает погоде понять, что ей, группе, погода нипочем - и начинает свой безумно энергичный, эклектичный и немного разухабистый сет, чем-то напомнивший мне выступление Бригады С на Подольском фестивале 1987 года: все красиво и профессионально, никакой лажи... а зачем - непонятно. Одна только мысль мучает вашего покорного во время выступления "Корпорации": девчонкам ведь холодно...

Но и эта мысль уходит, поскольку начинается пресс-конференция группы Наив, и на веранде уже слышится голос Чачи Иванова:
- Дорога-а-а-я! А вот и я!
Пресс-конференция проходит в приподнятом настроении: прирожденный шоумен, в иных географических условиях наверняка избравший бы для себя вовсе не клуб CBGB, а жанр стэндап-комеди, держит пишущую братию в тонусе. И даже прорыв в пресс-центр и явление пред очи группы в дым пьяного фаната градуса не сбило. Фанат почему-то начал рассказывать о настойке боярышника, на что Чача бодро ответил:
- Так наливай!
Но фаната увели, и дегустация не удалась.
Отыграл "Наив" так же, как и пообщался с прессой - весело, настойчиво, предсказуемо, в общем, ничего неожиданного, разве что вот один из особенно активно слэмовавших в грязи юнош умудрился сломать ногу. Юношу увезли в больницу, и на ходе дальнейшего веселья этот инцидент не сказался.

Дальше были "Торба-на-Круче", "Lumen"; и новые местные харизматики "Клан Марио Санти";, но от них вашему корреспонденту вновь пришлось сбежать - инстинкт, знаете ди, самосохранения: греться и сушиться. Остались в памяти только кадрики трогательно-акустической 5'nizza в резиновых сапогах - приехав на площадку в кедах, Запорожец и Бабкин развернули транспорт в сторону ближайшего города Заречный и там нашли себе довольно изящную водонепроницаемую обувь (к слову сказать, не одни они такие умные оказались - автохтоны потом говорили, что в Заречном начался резиново-сапожный дефицит). "Постмодернистское КСП с ямайским уклоном", как ни странно, не выглядело потерявшимся на большой сцене фестиваля и было принято на ура - впрочем, кто бы сомневался.

Завершало фестиваль монструозно-архаичное образование Черный кофе. Еще на пресс-конференции Дмитрий Варшавский поразил коллег тотальным отрицанием внешних влияний и заявлением о том, что музыку он практически не слушает, играет то, что ему хочется, на поводу ни у кого не идет, и, значит, так тому и быть. С дорожки этой сворачивать не намерен. Уловленные вашим корреспондентом полторы композиции показали - да, так и есть, с 1986 года мало что поменялось. Посему ваш корреспондент в сумраке ночи на авто, за рулем которого оказывается все тот же Алексей Павлович Хоменко, отбывает во локальные свояси - заниматься профилактикой гриппа и прочих потенциальных вирусов.


ДЕНЬ 2
Почти весь второй день ваш покорный слуга восполнял потери дня первого - занимался гигиеной и осмотром ранее незнакомых ему достопримечательностей Екатеринбурга. Весьма милый город, знаете ли. То напоминает Москву - гигантомания торгового центра "Гринвич" сродни "икейному" комплексу, только стоит прямо посреди города - то оборачивается к тебе почти что древним деревянным домиком из серии "охраняется государством" (в двух шагах от того же "Гринвича". Город меж тем отмечает день военно-морского флота, по улицам ездят автомобили с Андреевскими флагами, ну и тельняшечного народа тоже вдоволь (этот праздник еще аукнется на фестивале, уже почти ночью). В какой-то момент ваш корреспондент осознает, что еще полчаса - и на Белоярку можно не ехать. Незачем потому что будет. Стыд и осознание ответственности перед потенциальной аудиторией выгоняет его с поднятой рукой на площадку близ памятника основателям города, и вот, спустя всего лишь пару часов, он оказывается около главной сцены - чистый, теплый и довольный. Коллеги осуждающе смотрят на него и рассказывают отом, что он пропустил - речь прежде всего идет о проекте Anatomy Of Soul с новым фронтменом - он же актер Гоша Куценко. Отзывы разноплановы: от "ему даже петь не нужно - просто выходит, и публика его" до "лучше бы и не выходил - какой он, нафиг, певец!". Вторых, замечу, больше.

А на сцене - Алексей Романов, Андрей Сапунов и Алексей Коробков, то есть Воскресение. Ваш корреспондент слушает эту группу вот уже 26 лет, а видит на разнообразных сценах и в разнообразных инкарнациях полных 17 - и не устал покамест. Непонятно, что тому причиной, но уж точно не ностальгия. Наверное, дело в том, что Алексей Дмитриевч Романов не стоит глыбой в стороне от процесса, не соглашается с тезой "новые песни пишет тот, у кого старые плохие", но и не торопится. А на выходе - невероятно качественный, выверенный, за-душу-берущий рок-н-ролл. Не нужно ни героических поз, ни заигрываний с публикой - "Воскресение" держится на сцене абсолютно естественно, откровенно получает удовольствие от того, чем занимается - и публика это настроение подхватывает.
Понятно, что статус легенды автоматом подстегивает активность слушателей, но даже отстранясь от этого статуса видно и слышно, что по части владения инструментами и одновременно словом с ними мало кого можно поставить рядом. Ухо, знаете ли, не спотыкается.
Романов на "Старом новом роке" отошел от практики последних лет - играл и пел стоя, чем немало радовал публику. На открытой сцене, стоящей среди не высохшей после вчерашнего глины, он выглядел примерно так же, как в каком-нибудь JVL - делал свое дело. Особенно он разошелся в "Волчьей", которая, казалось, никогда не кончится, а нежный парафраз Жака Бреля "Не оставь меня" снискал слезы и овации, и это было правильно.

Правильно, надеюсь, поймет автора и читатель этого репортажа - автор не злой человек и не предубежден против уже упоминавшейся "тяжелой" культуры. Но выступление закрывавшей фестиваль группы Ария он перенес с трудом, все время напоминая себе, что да, Артур Беркут - это тот самый человек, который пел в Автографе. Потому что тот неприятный тип, который кричал со сцены "Привет, братва!" и "Поздравим с праздником наших морячков!", не очень-то напоминал человека, певшего в 1983-м песню памяти Леннона в московском ДК им. Владимира Ильича, под которую взметнулось ввысь несколько сиротливых зажигалок. Честное слово, в Кипелове было (и есть) что-то живое, не просчитанное, не вульгарное - при всей его манерности. Беркут же дает "своего в доску", и выглядит это малопристойно. Ну, а музыкальную специфику жанра обсуждать нет смысла - на вкус и цвет, сами знаете. Публика на поле осталась "своя", и была довольна.

Но было ведь еще и закрытие фестиваля, которое растрогало и растопило пост-арийный лед. Дело все в том - и сейчас ваш корреспондент напишет то, ради чего он, собственно, и мотался в опорный край державы - что в фестивале этом есть какая-то малоуловимая, но отчетливая при этом искренность и свежесть, которой уже давно не пахнут околостоличные open-air'ы сходной направленности. Есть здесь и определенного рода "домашнесть", потому что не приходится с километровой дальности разглядывать сцену в поисках вокалиста: все здесь, все как на ладони. Теплота и домашнесть были в том, как Горенбург озвучивал результаты фестиваля, как награждал дипломантов разными примочками и музинструментами, как, в конце концов, пел традиционную песенку "Соня любит Петю" - фестивальный гимн. Потому что это было то, что нужно - там и тогда.

О Горенбурге вообще стоит спеть отдельную песню - и прологом к ней стали бы ночные посиделки в лучшем екатеринбуржском пабе, где генеральный продюсер "альтернативного" телеканала A1 долго убеждал Евгения Львовича в том, что сейчас всем рулит маркетинг и социология, которых здесь, при всей теплоте и приятности, нет и в помине. Горенбург слушал, кивая головой, с чем-то соглашался, с чем-то мягко спорил, но стоял на своем, не забывая посмеиваться и поддевать собеседника, а также поддерживать общую беседу. С ним хочется соглашаться, и не столько из-за обаяния, сколько из-за его правоты. Потому что далеко не все может быть просчитано, сложено и разделено - у публики есть право на искренность события, и на "Старом новом роке" оно реализуется в полной мере.

Ваш покорный хочет туда вернуться.

19.09.2006, Артем ЛИПАТОВ (ЗВУКИ РУ)