Bessie SMITH  Императрица блюза

История Бесси Смит - величайшей блюзовой певицы всех времен и народов.

Вокалистка московской блюзовой группы Boogie Chillen продолжает рассказывать о самых выдающихся певицах традиционного блюза.

Без всякого сомнения, Бесси Смит (Bessie Smith) - величайшая блюзовая певица всех времен и народов. Женщина, получившая в свое время титул королевы, а затем и императрицы блюза - что вовсе не кажется пустой рекламной уловкой. "Бесси правда была королевой, - говорит Руби Уокер, ее родственница и подруга. - Люди смотрели на нее как на королеву и почитали ее. Она умела так выйти на сцену или войти в комнату, что люди не могли не обратить внимания - такая она была сильная и красивая женщина, личность величиной с дом, не меньше".
"За долгие-долгие годы работы я не помню ни одного артиста, который вызывал бы у слушателей такой же отклик, как Бесси Смит, - вспоминает Фрэнк Шиффман, владелец знаменитых гарлемских театров "Аполло" и "Лафайет". - Всю боль мира и всю свою страсть вкладывала она в песню, и публика чувствовала это и отвечала ей"
. А вот отзыв серьезного музыкального критика (Гюнтер Шуллер): "Великолепное владение интонацией: прекрасный, от природы "поставленный" голос: тонкое чувство слова, хорошая дикция и за всем этим - то, что музыканты называют подачей". А поначалу менеджерам звукозаписывающих компаний и прочим влиятельным людям голос Бесси казался грубым: она пела не так, как известные "водевильно-блюзовые" певицы того времени вроде Мэми Смит (Mamie Smith) и Этель Уотерс (Ethel Waters). Все решила публика: именно аншлаги на концертах убедили руководство "Коламбиа Рекордс" подписать с Бесси контракт, в результате чего мы в ХХI веке все еще слышим ее голос.

По-настоящему сравнивать Бесси можно только с Ма Рейни (Ma Rainey): у них довольно похожие голоса, и преемственность стиля и манеры налицо, ведь Бесси училась петь блюз именно у Ма, когда еще подростком оказалась с ней в одной бродячей труппе. Некоторые ранние записи Бесси по вокалу вообще неотличимы от записей Мамочки, что бы там не говорили критики о "природной оригинальности ее дарования". Однако впоследствии Бесси сумела продвинуться гораздо дальше - как в смысле карьеры, так и в своем музыкальном развитии. Ее талант позволял ей интерпретировать в своем стиле разный музыкальный материал, в том числе и джазовый, и работать на равных с самыми прославленными аккомпаниаторами, от Флетчера Хендерсона (Fletcher Henderson) до Бенни Гудмена (Benny Goodman), а "Коламбиа" подняла качество ее записей на уровень, недостижимый для других лейблов, в том числе и "Парамаунта". А в целом карьера Бесси - дело ее собственных рук, и в первую голову результат фантастических пробивных качеств, упорства и той способности влиять на людей, о которой в один голос говорят все знавшие ее при жизни.

Бесси родилась где-то в районе 1894 года в Чаттануге, штат Теннеси, и еще до десяти лет лишилась обоих родителей. Оставшиеся шестеро детей выживали, как умели; основная забота о семье легла на плечи старшей сестры Виолы, замученной и рано постаревшей. Старший брат Кларенс подрабатывал по мелочам, но при первой же возможности удрал из города с бродячей труппой - он был прирожденным шоуменом. В том, что Бесси сразу и окончательно выбрала свою профессию, сказалось и его влияние.

В 13-14 лет ее уже можно было видеть на улицах Чаттануги чуть ли не каждый вечер: она пела под аккомпанемент гитары еще одного брата, Эндрю, танцевала и вообще развлекала народ, демонстрируя недюжинный комический талант. В 1912 году Кларенс вернулся в город в составе известной в то время труппы Мозеса Стокса и организовал своей сестре прослушивание, после которого Бесси была принята туда танцовщицей. Довольно скоро продюсеры оценили и ее голос: через год она уже выступала с сольными номерами в Атланте, в театре "81" и, по воспоминаниям, очень нравилась и публике, и собратьям-музыкантам. Однако ей по-прежнему приходилось подрабатывать хористкой в разъездных труппах - из одной ее даже выгнали за слишком темный цвет лица. Только через восемь лет, в 1921-м, ей удается получить контракт на ежедневное выступление в филадельфийском кабаре. Переехав в Филадельфию, Бесси вскоре знакомится с двумя людьми, сыгравшими громадную роль в ее жизни: будущим мужем Джеком Ги и пианистом и композитором Кларенсом Уильямсом. Опытный музыкант и продюсер, Уильямс сразу почувствовал в Бесси потенциальную звезду и загорелся желанием записать ее: начинался "блюзовый бум", фирмы грамзаписи, стремясь удовлетворить растущий спрос на эту музыку, разыскивали все новых "блюз-леди", а Бесси, по его мнению, была лучшей из них. В самом начале 1923 года Уильямс привозит Бесси в Нью-Йорк на пробную запись в студию "Okeh", однако в тот раз ничего не вышло. В какой-то момент Бесси потребовала остановить запись, говоря, что ей "надо сплюнуть", и руководство забраковало ее, отметив голос и манеры как "слишком грубые". Однако вскоре во главе "расового отделения" конкурирующей фирмы "Коламбиа Рекордс" встал Фрэнк Уокер, который слышал Бесси еще на Юге, и он сам попросил Уильямса привезти ее. Первый день записи, 15 февраля, был неудачным, а следующий дал две песни, вскоре выпущенные на пластинке: "Downhearted Blues" Альберты Хантер и "Gulf Coast Blues" Кларенса Уильямса, который аккомпанировал Бесси на рояле. Успех был ошеломляющим: за полгода было продано 800 тысяч экземпляров, однако еще до начала продаж Уокер подписывает с Бесси годичный контракт на 12 вещей. В апреле было записано 8 песен, многие из которых стали впоследствии классикой: "'T Ain't Nobody's Business If I Do", "Baby Won't You Please Come Home" и т.д.

В это самое время Бесси, наконец, открывает для себя вопиющую нечестность Кларенса Уильямса в ведении ее дел: оказывается, ее контракт был заключен не с "Коламбииа Рекордс", а с ним самим, и он преспокойно клал в карман половину ее гонорара. Бесси расставила точки над "и", внезапно появившись в его офисе в сопровождении своего жениха. "Говорят, Кларенс от страха залез под стол, когда их увидел", - вспоминает Руби Уокер. Бесси добилась расторжения контракта и сразу подписала новый, напрямую с "Коламбией".

Первая пластинка появилась на прилавках магазинов 7 июня 1923 года, и в этот же день Бесси и Джек Ги отпраздновали свадьбу. Их любовь казалась, или была на самом деле, вполне искренней, но подходили они друг другу плохо. "Джек был слишком консервативный, - вспоминает Руби. - Он совсем не участвовал в жизни Бесси, не понимал шоу-бизнеса. Деньги - вот что заставляло его мириться со всем этим". Вместо медового месяца Бесси, как и следовало ожидать, отправилась в турне в поддержку своей пластинки, организованное самим Фрэнком Уокером. Ее рекламировали как "Королеву блюза от Коламбиа Рекордс", и чтобы упрочить позиции, первое представление состоялось в том самом театре "81" в Атланте, где она начинала и где у нее уже была масса поклонников. Однако успех превзошел все ожидания. В других городах Бесси также побила все рекорды посещаемости. Отзывы прессы были самые восторженные.

Лето прошло в непрерывных поездках по Югу, а к зиме Бесси уже была готова покорить Детройт и Кливленд, а затем и Чикаго. Тем временем "Коламбиа" делала все новые записи - теперь аккомпаниатором Бесси становится подающий большие надежды Флетчер Хендерсон, в будущем знаменитый пианист и аранжировщик. Успех первого сингла обеспечил Бесси статус настоящей звезды. Летом 1924 года ее приглашает ТОВА - ассоциация владельцев театров, самая крупная концертная организация черного Юга, с которой Бесси будет успешно сотрудничать в течение шести лет, долгое время оставаясь самой высокооплачиваемой из всех черных музыкантов. С этого момента она гастролирует практически постоянно, с краткими перерывами на запись, и имеет оглушительный успех. К лету 25-го она собирает традиционную "палаточную" труппу для поездок по сельской местности. В том же году происходит революция в технике звукозаписи: появляются электрическое оборудование и микрофоны. Последняя запись Бесси, сделанная "по старинке", однако, вошла в историю - это знаменитый "St. Louis Blues" с молодым Луи Армстронгом (Louis Armstrong) на корнете.

К 1927 году "блюзовая лихорадка" начала угасать, и дела музыкантов и заинтересованных организаций шли все хуже. Бесси пока спасала армия поклонников на Юге, которая считала ее своей, родной и домашней, в противовес вылощенным городским артисткам. В 1928-м ее шоу "Mississippi Days" практически единственное собирало полные залы, но упадок всего жанра начал отражаться на работе "Коламбии": количество плановых записей сокращалось. В 1929-м, когда ее шоу с успехом шло в Вашингтоне, Питтсбурге и Нью-Йорке, Бесси обнаруживает непростительное предательство со стороны мужа: деньги, выданные ему на организацию нового шоу, он тратил на раскрутку своей любовницы, светлокожей вамп Гертруды Сондерс. В полном соответствии со своим характером и привычками, Бесcи устраивает кулачную разборку, и в семье устанавливается непрочный мир, но ненадолго. Непрерывные скандалы провоцировали Бесси на пьянство, так что в паре случаев Руби Уокер даже приходилось заменять ее на сцене. В конце концов Бесси покидает и шоу, и мужа.

Бесси ищет себя в новых жанрах. Бродвейский мюзикл "Pansy", в котором ее уговорили участвовать, провалился с треском, однако короткометражный фильм "St. Louis Blues", один из первых в звуковом кино, получился отличным. На какое-то время казалось, что дела идут в гору: "Коламбиа" возобновила годичный контракт; новое шоу Бесси в гарлемском театре имело успех, но - грянул обвал американского фондового рынка, с которого ведет свой отсчет Великая депрессия. Тот водевильно-палаточный шоу-бизнес, к которому Бесси привыкла с самого детства, был на последнем издыхании. Вместо постановки дорогостоящих шоу театры теперь привлекали зрителя новомодным звуковым кино; многие белые артисты переквалифицировались в киноактеров, однако черным сделать это было куда сложнее. В это время Бесси заводит роман с еще одной звездой блюза - Лонни Джонсоном (Lonnie Johnson). Он вспоминает ее как трудолюбивую женщину, которая старалась не обращать внимания на царящий кругом упадок. "У нас так и не было ничего серьезного, потому что вокруг Бесси всегда столько всего происходило", - вспоминает он. В реальности ее дела обстояли все хуже и хуже: в 1930 году "Коламбиа" сделала всего 8 записей; железнодорожный вагон, в котором Бесси возила свою труппу по Югу, продали; сестры, которым пришлось урезать содержание, открыто возмущались, а ее наперсница Руби переметнулась не куда-нибудь, а в шоу Гертруды Сондерс.

Но Бесси продолжает работать. Подчиняясь новой моде, она радикально меняет свой стиль: место кричащих хламид и париков, украшенных страусовыми перьями, занимают строгие вечерние платья и гладкие прически. Такой же мобильной она оказалась и в выборе репертуара: в то время она начинает исполнять типично джазовые вещи, например, "Smoke Gets In Your Eyes" и "Stardust". Титул "Императрицы блюза" был отброшен: он только отпугивал бы слушателей. В это время филадельфийский "Стандарт-театр" организует Бесси последнее из ее крупных шоу, "Happy Days". Индустрия звукозаписи находилась на грани тяжелейшего кризиса, многие даже предсказывали ее полный крах: входило в свои права радио. Контракт Бесси с "Коламбией" хоть и был продлен еще на год, но всего на 12 вещей, и он оказался последним. Распадается ТОВА, и летние гастроли для Бесси устраивает ее брат вкупе с Фрэнком Уокером. Маршрут пролегал через Чикаго, и именно там в этот тяжелый момент она неожиданно находит свое счастье. Бесси встречает старого друга Ричарда Моргана, бутлеггера, в заведении которого она пела за несколько лет до того. Роль спутника Бесси и менеджера труппы подходила ему как нельзя лучше, и Бесси наконец-то успокоилась и расцвела: Ричард был полной противоположностью Джеку Ги.

Они поселились в Филадельфии, где Ричард продолжал свой бизнес. Однако Бесси не была окончательно забыта: в июне 1931 года "Коламбиа" опять приглашает ее на сессию - это была первая ее запись с участием барабанщика. Последняя и, возможно, самая лучшая запись Бесси была сделана в 1933 году, но не "Коламбией", а "Okeh Records". Тогда это воспринималось как благотворительность: музыкальный рынок захлестнула волна свинга, и затраты на эту запись, скорее всего, не окупились. Однако в наше время такие песни, как "Gimme A Pigfoot" и "Do Your Duty" кажутся бессмертными хитами: зрелый низкий голос Бесси с характерным рычанием предвосхищает не только чикагский блюзовый взрыв 50-х, но и эру рока.

В 1935-м Бесси выступает в гарлемском театре "Аполло", а вскоре на время подменяет Билли Холидей (Billie Holiday) в бродвейском шоу "Stars Over Broadway", но в целом казалось, что ее карьера закончена. Однако в сентябре 1937-го знаменитый блюзовый продюсер Джон Хэммонд договаривается с ней о еще одной сессии, с джазовыми музыкантами. "Мы хотели и в дальнейшем использовать ее на записях с малыми бэндами, - говорит он. - Я уверен, у нее бы все прекрасно получилось".

Казалось, что Бесси на грани возвращения, но судьба распорядилась иначе. 27 сентября 1937 года по дороге в Мемфис она попадает в автокатастрофу. Ее смерть породила одну из самых живучих американских легенд: долгое время считалось, что она погибла, так как не была принята в ближайшую больницу для белых. Эту версию распространял сам Джон Хэммонд, однако впоследствии он признал, что основывался на слухах. На самом деле Бесси сразу отвезли в больницу для черных, где она скончалась от огромной потери крови. Скоре всего, ее невозможно было бы спасти даже при наличии современного медицинского оборудования.
Впрочем, кому еще рождать легенды, как не Бесси Смит, которая была настоящей легендой и при жизни?

28.01.2004, Тамара КОЖЕКИНА (ЗВУКИ РУ)