Левин, между прочим, - один из наиболее интересных современных русских поэтов. И именно это не дает ему стать интересным музыкантом. Его аранжировки еще хуже, чем его музыка. Но так происходит лишь потому, что он поэт очень хороший. Русскоговорящим людям ни к чему слушать его песни, лучше стихи почитать ("Шумелка-мышь шуршавая в полу, бубнитофон немножечко в углу..."). Людям нерусскоговорящим совсем не следует слушать "Кролика": не поймут. И удовольствия не получат.

Французский кролик Левина - соратник Белого Кролика Льюиса Кэррола, а также друг и родственник Кролика Алана Милна. Не зря же некоторые герои Левина схожи с Кэрроловским Бармаглотом и Милновским Слонопотамом. Слово "Лингвопластика" (так называется одна из книг Левина) очень точно объясняет, что именно поэт делает с языком: берется язык, преимущественно русский, и из него лепятся всякие нелепицы, придумываются новые слова (о благословенные левинские хухоумы и мумаузы!) и реставрируются старые (о незабвенный бутербард!). "Душа моя разделена на две недружественные части - музыкальную и поэтическую, - признается Левин. - Мирно сосуществовать они не могут, вытесняют друг друга куда-то на периферию при первой возможности".

Это чувствуется. Стандартная, в общем-то, музыка (хоть и написана "при участии В.-А. Моцарта, Л.-В. Бетховена и некоторых других авторов, привлекаемых для пущей полистилистичности", как сказано в буклете), неинтересные компьютерные аранжировки, сделанные самим Левиным. Когда он скромненько поет под гитарку, не пытаясь создать ничего сверхъестественного, получается гораздо лучше. Впрочем, может быть, ему надо записать свои песенки под симфонический оркестр или народные африканские музыкальные инструменты. Его стихам такое обрамление придаст ту еще полистилистичность.