Группа Телевизор, а вернее - то, что от нее осталось, записала очередной альбом. А остались от группы Михаил Борзыкин, компьютер и синтезатор. И сообща эта троица смастерила диск, который новым и язык-то не поворачивается назвать.
Когда-то Борзыкин пел про то, что рыба гниет с головы, и что дети просто уйдут, и никаких революций. Предсказанное не сбылось - рыба жива-здорова, хотя, конечно, пованивает. А дети никуда не ушли и уйти не могли - только по наивности, свойственной тогда всем без исключения, можно было полагать, что это так просто.
Тем не менее, осмеянная Борзыкиным страна куда-то шла, проходя через стадии, которые потомкам, вероятно, покажутся интересными. А вот с Борзыкиным, столь страстно желавшим перемен, ничего примечательного, напротив, не происходило.
Его поразила многократно описанная в литературе болезнь, косящая почти всех борцов за свободу в случае наступления этой самой свободы. Та же болезнь сразила Егора Летова, которого едва не упекли в 80-х за томик Набокова, и он в 90-х подался в ряды тех, кто его пытался упечь. Рефлексы, выработанные долгими годами тренировок, обучения искусству окапываться и отстреливаться, бесследно не исчезают.
И Борзыкин палил, очередями и одиночными, прицельно и по-македонски. Острие его искрометной сатиры жалило то своих популярных коллег по цеху, то пацанов в спортивных штанах. Одна беда - ни коллеги, ни пацаны этого не заметили. Музыканта это, может, и волновало, но в отчаяние не приводило точно. Он продолжал обличать, срывать покровы и ниспровергать, теряя музыкантов и аудиторию. Последняя признает его правоту, но вот сражаться ей до смерти надоело.
Постепенно облик Борзыкина тускнел, скукоживаясь из имиджа рыцаря в доспехах до статуса попа-мракобеса с кадилом, сулящего анафему врагам своим. И если разделять его чувства к спортивным штанам и к рок-музыкантам, возомнившим себя богами, было еще возможно, то на сей раз Борзыкин взял на карандаш всех женщин вообще и Аллу Пугачеву в частности. Слышать и то, и другое в XXI веке более чем странно. Вопрос о духовности женщин поднимался еще в Библии, а обсуждать его всерьез сейчас - дико. По Алле Борисовне тоже уже давно кто хотел, тот проехался. Она давно перестала быть уникальным культурным феноменом, достойным отдельного обсуждения, и стала просто певицей, которую кто хочет - любит, не хочет - плюнет. И потом, очень подозрительно слышать упрек в том, что путь женщин к успеху пролегает исключительно через постель, из уст человека, которым сам и такого пути-то не нашел. Другими мишенями разящего сарказма автора стали игра Doom и, наконец, все человечество в целом. Он в музыке воплотил старую сартровскую идею о том, что ад - это другие люди. В песне "Ада нет".
При этом Борзыкин, справедливости ради надо сказать, был и остается очень талантливым поэтом и композитором. У него просто что-то не сложилось с окружающим миром. И если бы не тяжелая идеологическая нагрузка, его песням в наше легковесное время не было бы равных. Но Борзыкин выбрал путь неподкупного борца за чистоту нравов.
В самом этом факте нет ничего плохого - должен же и у нас быть хоть один борец за чистоту нравов. Тем более, что нравы у нас... Проблема в том, что сама методика борьбы устарела, и музыкант, вооруженный ею, смотрится как средневековый рыцарь среди "Першингов". Где он, интересно, был, когда фраза "думать о вечном" стала сарказмом? Его мир, как в старые добрые 80-е, лишен оттенков, и делится на негодяев и ангелов. В борьбе с окружающим миром очень легко перейти ту невидимую грань, за которой Робин Гуд становится брюзгой и занудой. Михаил Борзыкин ее перешел.
Но! В музыкальном отношении альбом весьма и весьма интересен. Если бы все песни были сделаны на подобающей технике и записаны в дорогой студии, альбом "Путь к успеху" стал бы самым выдающимся музыкальным событием сезона. Если не вслушиваться в текст...